Мастер перекрёстков - Зинченко Инна - Страница 36

— А мне, что там делать? — Спросил он зло. — Это ваши семейные разборки. Хватит меня уже таскать за собой, как собачонку! Надоело! Слышишь, Князь, надоело! Если хочешь, можешь опять запереть меня в подвале, посадить на кол, но прекрати обращаться со мной, как со своей собственностью…

— Иначе, что? — Ехидно поинтересовался Галимат.

— Иначе, Князь, ты больше не дождёшься никакой помощи, а она, поверь мне, может очень скоро тебе понадобиться.

Светлейший презрительно скривился, но только для того, чтобы скрыть своё недоумение. В княгиня впервые за всё время взглянула на Макса с интересом. А, плевать! — с отчаянием подумал лекарь. — Мне терять нечего! Я уже и так потерял целый мир, свой мир. Никогда я не смогу здесь прижиться, как тропический цветок в Сибири! Он направился к двери, насколько не переживая по поводу того, что Галимат может сейчас от злости снести ему голову, а, возможно, втайне даже надеясь на это. Никто даже не подумал его останавливать и лекарь беспрепятственно покинул комнату Патиты. Тишина за спиной говорила о том, что Светлейший не собирается его догонять, это одновременно и обрадовало и огорчило Макса. Всё верно, — сказал он сам себе, — я здесь никому не нужен. Я — чужак и останусь им до скончания дней.

Уже на первом этаже его кто-то догнал и толкнул в спину. Макс остановился, повернулся и увидел перед собой Княгиню. Что-то изменилось в ней, растаяла в глазах эта морозная синева, да и черты лица стали вдруг мягче, не было той привычной отчуждённости, к которой все привыкли. Как будто и тот человек и уже совершенно другой. Подчиняясь внезапному порыву, Максим вдруг взял её за плечи, притянул к себе и, нисколько не беспокоясь о том, что кто-то может их увидеть, поцеловал. Поцелуй был долгим и вместе с ним исчезала тоска по своему привычному и безвозвратно потерянному миру, одиночество и гнетущее чувство своей ненужности. Лита даже не пыталась оттолкнуть его, лишь прижалась ещё сильнее к его груди, как будто она понимала, что именно сейчас с ним происходит. Казалось, что это длилось целую вечность, наверное, так оно и было, потому что, когда она осторожно отстранила его, перед ней стоял уже не запуганный и загнанный лекаришка, а умный и сильный мужчина, который знает себе цену.

— Останься, — робко попросила Светлейшая Княгиня.

— Хорошо, но твой муж должен относиться ко мне, как к равному. Я не его собственность! Я — свободный человек и, даже, если он навечно запрёт меня в подвал, я и там останусь свободным человеком!

— Он уже всё понял, — тихо сказала Лита.

Вскоре к ним спустился и сам Князь, немного испуганный и растерянный, таким, каким его никто и никогда не видел.

— Макс, я прошу, — здесь он слегка запнулся, слово прошу давалось ему с трудом, — тебя остаться. Мне кажется, что ты не случайно оказался именно на моей земле. Мне не дают покоя слова этого чудища, помнишь: Духи говорят, что предначертанное свершиться очень скоро. Все собрались в одном месте! Близок час торжества! Нашего торжества! Близок день, когда Тёмный Господин исполнит давнее пророчество. Как ты думаешь, о чём речь и кто это те, кто собрались в одном месте?

— Не знаю, Князь, а вы полагаете, что речь шла о нас?

— Я в этом почти уверен.

— И что дольше, Князь?

— Я прошу тебя, пошли с нами к Голту, — Светлейший заискивающе заглянул в глаза лекарю, — нам надо освободить мою дочь, но это означает войну, войну с хорошо подготовленным противником. Ты ведь понимаешь, что Грифары уже ждут нас.

Максим кивнул. Конечно же, барон подготовился к любому вторжению, времени для этого у него было предостаточно. Но вот зачем Князю нужен Голт?

— Видишь ли, Макс, помочь нам может только магия, — терпеливо объяснила Лита. — А Голт владеет этими древними знаниями, как, впрочем, и необходимой Силой.

Теперь всё стало ясно. Лекарь кивнул и они все вместе пошли к кабинету Светлейшего князя Галимата. Макс уже знал, что их ждёт.

Удивительно, но Княгиня чувствовала себя в подземелье гораздо уверенней своего мужа, хотя никогда до этого момента не была здесь. Её не пугали ни прикованные к стенам скелеты, ни призрак Армии, ни подозрительные слишком чёрные и густые тени. Она с интересом наблюдала за всем происходящим и не переставала восхищаться гением того зодчего, который всё это придумал.

— Галимат, ты только подумай, как это ему удалось всё это скрыть так, чтобы никто ни о чём не догадался?!

Светлейший помрачнел. За все годы совместной жизни, я так и не смог понять эту женщину! — думал он с досадой. Впрочем, а кто сможет понять ведьму?

Призрак Арми подошёл к Лите, заглянул ей в глаза и прошелестел печально:

— Всё верно, это ты! Вспомни Ликасия, вспомни меня! — В его голосе звучало такое страдание, что у Литы слеза навернулась на глаза. Незаметным движением она смахнула её и поинтересовалась у мужа:

— Кто этот несчастный?

— Какой-то родственничек Грифара, которого убил мой дед, — объяснил Светлейший равнодушно.

— А ты знаешь, что мою бабушку звали Ликасией? Как ты думаешь, это совпадение?

Князь остановился и соизволил посмотреть на призрака. Тот по привычке вытащил у себя из груди кинжал и стал грозить им Галимату, но на этот раз без слов. Потом призрак Арми вновь обратил свой взор на Княгиню и по его прозрачному лицу полились слёзы.

— Ликасия, ты помнишь меня? Ты всё так же прекрасна, ведьма!

Светлейший дёрнул жену за руку и пошёл дальше, не обращая на стенания навязчивого привидения никакого внимания. По тому, как он спешил, Макс понял, что сам вид Арми ему глубоко неприятен. Хотя, это можно понять, гораздо сложнее разобраться с Литой. Что за странная женщина? Хорошо, пусть ведьма, но ведь человек же! А любой нормальный человек при виде призрака с торчащим из груди кинжалом, если бы и не грохнулся в обморок, то уж точно испугался бы до полусмерти, тем более, если этот человек — хрупкая женщина.

Когда они вошли в камеру Голта, того, как и в прошлый раз не было нигде видно. Лита недоумевающее осмотрелась по сторонам и вопросительно посмотрела на мужа. Светлейший пожал плечами и обратился к пустоте:

— Хватит фокусов, Голт. Нам надо с тобой поговорить.

Нет, она не грохнулась в обморок при одном его виде, что не удивительно, учитывая, с кем ей пришлось встретиться на болотах, она улыбнулась странному существу и без страха протянула ему руку. Человек-дерево растерялся, он никак не ожидал такой реакции. Потом на его лице появилось некое подобие улыбки и он осторожно пожал протянутую ему руку.

— Да, Галимат, с женой тебе очень повезло, — тихо прошелестел Голт.

— Я знаю, — буркнул Князь, которого общение с этим существом всегда выводило из равновесия. — Я принёс то, что ты просил. Только вот что, предок, ты должен будешь мне помочь…

— Чушь! — Прошептал Голт. — Я ничего тебе не должен! Но, если ты объяснишь мне чего ты от меня хочешь, я, возможно, подумаю.

И тогда заговорила Лита. Чувствуя, что человек-дерево относится к ней с симпатией, она решила использовать это на всю катушку. Княгиня отодвинула мужа в сторону и ласково-ласково замурлыкала:

— Понимаете, Голт, у нас тут случилась беда…

— Знаю, — признался предок Галимата, — Грифары украли вашу дочь.

— А, — заревел Светлейший, — ты, значит, всё знаешь?! А почему же ты, трухлявый пенёк, не защитил её, когда я, рискуя своей жизнью, добывал для тебя эту клятую воду?!

Максим понял, что сейчас Князь всё испортит. Своей несдержанностью он только ещё больше разозлить Голта, у которого и без того злость на всех своих потомков уже не помещается в его деревянном теле. Он осторожно отстранил князя и сжал руку Княгини, давая понять, что разговаривать с этим существом лучше ей, а не Князю. Лита всё прекрасно поняла.

— Голт, без вашей помощи нам никак не обойтись. Грифар наверняка хорошо подготовился к нашему появлению и пробраться в замок незамеченными у нас не получится.

Человек-дерево скрипуче рассмеялся, соглашаясь с ней.