Мастер перекрёстков - Зинченко Инна - Страница 60

— Торний, что ты имеешь? — Рыжая ведьма печально усмехнулась. — Ведь даже между собой вы никак не можете разобраться. Юагор постоянно бодается с Кристалином, тебе вообще никто не доверяет. Скажи, оно того стоит?

Торний опустил глаза. Ему надоело оправдываться, но Лиса не утратила свою власть над ним, даже спустя годы.

— Всё верно, — сказал он, — вода и огонь плохо ладят друг с другом, а воздух — слишком ненадёжная опора. Почему ты ушла на болота? — Спросил он неожиданно.

— Потому, что там вы меня не сможете достать, — ответила Лиса с вызовом. — Ты ведь знаешь, что это за место? Это место Силы Пятого Дома! когда-то болота не были столь обширными и на их месте стоял замок Мистерия. Знаешь, что осталось от этого замка?

— Ничего! — Воскликнул хрон.

— Ошибаешься. От него остался один только камень. Теперь это жертвенный алтарь! Мистерий вернётся!

На лице Магистра появился испуг. Никто не хотел признаваться, но имя Мистерия наводило ужас на всех четырёх Магистров. Все прекрасно помнили его предсказание. И как бы ни хорохорились эти могущественные существа, как бы ни пытались себя убедить в том, что тот, кто сгорел, никогда не сможет воскреснуть, страх всё равно не желал покидать их.

Где-то в лесу заухала сова и Лиса прошипела зло:

— Как же я не люблю превращаться в птицу! После этого у меня вся кожа чешется. — Лиса выдернула из головы коричневое пёрышко и сморщилась. — Но сегодня мне пришлось это сделать, потому, что я обещала помочь этой девушке, — она кивнула на Патиту.

— Кому обещала? — Удивился Торний.

— Тёмному Господину! — ответила она с вызовом. — Тебе знакомо это имя?

Над верхушками деревьев пронёсся мощный порыв ветра. Упала с ветки обалдевшая от неожиданности, зазевавшаяся сова. Над лесом раздались раскаты грома. Такая резкая смена погоды нисколько не удивила Рыжую ведьму.

— Торний, не дури, — сказала она строго, — меня этим трудно впечатлить!

И тут она вспомнила о Патите. Повернулась к Княжне и приказала:

— Патита, сейчас мы с тобой отправимся домой, но учти, ты не должна никому рассказывать то, что сейчас услышала!

Патита покорно закивала. Всё, что угодно, лишь бы оказаться у себя дома в безопасности, подальше от всего этого!

— Лиса, а ты не боишься, что я могу вас не отпустить? — поинтересовался тихо Магистр. — Ты — ведьма Пятого Дома и я просто обязан тебя уничтожить.

Рыжая ведьма вышла из себя.

— Послушай, Торний, я не собираюсь что-то тебе доказывать, — сказала она гневно, — я просто постараюсь тебя убить и, мне кажется, что у меня это получится.

Маг ссутулился, весь как-то поник, постарел. Патите даже немного стало его жалко, но она тут же вспомнила, что бывает с теми, у кого хроны забирают молодость. Маленькие дети умирают от старости в течение нескольких лет, молодые люди превращаются в развалины.

— Как вам не стыдно?! — Воскликнула она. — И вы ещё называете себя Великим Магистром! Что мы вам плохого сделали?

Кусты затрещали и на тропу выскочил оборотень. Теперь Патита уже точно знала, что это не простой волк. Обе луны светили так ярко, словно большие масляные фонари и можно было разглядеть одну странную деталь в его облике — у волка были человеческие глаза! Здоровенная зверюга преграждала дорогу и ничего не боялась. Оборотень был уверен в своих силах. Троих? Ха, он, бывало и пятерых сильных мужиков убивал в течение двадцати минут! А тут всего-то две женщины и мальчишка…

— Уходите, — приказал Магистр, — с этим я сам разберусь.

Он поднялся с земли и стал перед волком, заслонив собой Патиту и Лису. Его взгляд, казалось, смотрит сквозь густую, жёсткую шерсть и видит того, кто под ней спрятался. Радужная плёнка вновь затянула серые глаза Магистра, а это не обещало ничего хорошего.

— Совсем молодой, — удовлетворённо сказал хрон, — мне сгодится.

Он протянул оборотню руку.

— На, возьми! — Дразнил Торний зверя. — Боишься? Слабак!

Оборотень оскалился, обнажив острые белые клыки. Шерсть у него на загривке стала дыбом, из горла вырвалось глухое рычание. Торний рассмеялся дерзко и весело. Его забавлял этот человеко-зверь.

— Уходите же, — Магистр стал терять терпение, — а то я ведь могу и передумать.

Лиса дёрнула Патиту за руку и они пошли по тропе. Страх прошёл и теперь девушке очень хотелось посмотреть, чем же закончится схватка оборотня и мага, но Рыжая ведьма настойчиво тянула её за собой. За спиной прозвучало:

— Дай мне дотронуться до тебя, собака!

Ключевое слово было произнесено и теперь даже мимолётное прикосновение хрона становилось смертельно опасным. Оборотень этого не знал или же он оказался настолько глуп, что не смог разобраться, кто стоит перед ним. Патита не выдержала и оглянулась. То, что предстало перед её глазами, испугало девушку даже больше, чем целая стая оборотней.

Животное пружинисто подпрыгнуло, но Торний отстранился и волк лишь слегка задел его лапой. Этого оказалось достаточно. Шерсть стала сползать с оборотня неровными, грязными лоскутами, обнажая, спрятанную, но изрядно деформированную человеческую плоть. Оборотень взвыл от боли и страха. Патита отвернулась и быстро зашагала по тропинке, спеша покинуть это страшное место. Она знала, что теперь тот, кто был оборотнем, станет стареть не по дням, а по часам. Умрёт он не сейчас, а через несколько лет.

Глава 23

Бедный маленький Лигус

Лигус стоял перед воротами замка Галиматов и обливался потом. Его всего трясло, как в лихорадке. Хотелось развернуться пока не поздно и бежать отсюда, но ноги не слушались, а проголодавшийся рыкун куда-то сбежал. Рука, подчиняясь чьей-то недоброй воли, схватилась за тяжёлое железное кольцо и несколько раз стукнула по двери. Во дворе замка занялась в безудержном лае собака, потом её подхватили ещё несколько шавок. Лигус ненавидел себя в этот момент. Что за дела такие? Зачем он сюда явился? Но где-то в глубине души он понимал, что решение это принимал не он. Кто-то другой заставил его сорваться среди ночи и мчаться без остановок, как будто спасаясь от неведомой опасности. Жена Галимата — ведьма, — вспомнил Лигус, но слишком поздно, — дочь его тоже непростая девочка. Какого беса отец решил с ними связываться?!.

Раздались торопливые шаги и женский голос крикнул собакам:

— Уймитесь, твари брехливые!

Спавший у ворот стражник, нехотя разлепил тяжёлые веки и поздоровался с женщиной:

— Доброе утро, Госпожа Кирата! — И тут же торопливо стал оправдываться: — Я не спал, просто глаза закрыл на минутку.

— Ты уже проспал Княжну, — сурово ответила женщина, — теперь хочешь и замок проспать? Открывай двери! Господа ждут гостя.

От волнения у Лигуса подкосились ноги. Ещё не поздно, ещё можно убежать! Но тело больше его не слушалось, оно продолжало жить своей жизнью.

Ворота открылись и перед Лигусом появилась незнакомая женщина, чем-то похожая на Княгиню Литу. Она окинула барона презрительным взглядом и строго спросила:

— Кто такой? Чего тебе надо?

Стражник, маячивший за её спиной прогудел густым басом:

— Это Лигус, этот засранец похитил Патиту.

Лицо женщины и без того строгое и холодное, стало жёстким и злым. Она усмехнулась так, что барон понял, что надеяться на пощаду ему не стоит. И тут, как по мановению волшебной палочки, мозг его прояснился, а тело вновь вернулось под его контроль. И сразу же нашлось решение. Состроив недовольную мину, Лигус небрежно проронил:

— Кто ты такая? Мне нужен Князь, я к нему по важному делу!

— Я — Кирата, сестра Светлейшей Княгини и ты тут на меня зенками своими не сверкай и важный вид на себя не напускай! — Не растерялась женщина. — Ты учти, что это ты у нас в гостях, а не мы у тебя. Хотя, таких гостей я на вертеле жарила бы и совесть меня, потом не мучила бы. Наслышана я о твоих делах. Ладно, проходи, раз пришёл.

Идя по песчаной дорожке к замку, Лигус лихорадочно думал, как теперь ему выкрутиться из этой ситуации. Ладно, ерунда всё это, — пытался он успокоить сам себя. — Сделаю вид, что специально приехал поговорить о Патите. Кто знает, может, что и выгорит. Девка-то его у нас! Он гордо вскинул голову и уже более уверенно зашагал по ступеням. Кирата шла следом, не спуская глаз с его спину. Она твёрдо знала, что таких людей, как этот прыщавый барон, нельзя выпускать из поля зрения.