Кварталы Нелюдей - Ивен Кейт - Страница 43

Однако когда я примеряла обновку, стало ясно: объём груди и бёдер у меня не тот. Ха-ха.

— Недолёт, — произнесла я, когда платье скользнуло с меня вниз, и в одних трусах шагнула из его круга. Под моей ногой при этом оказалась какая-то розовая тряпка.

— Этого-то я не учла, — Ким встала перед зеркалом рядом со мной. — У нас с тобой разные пропорции… Ну тогда примерь это.

— Что? — я уставилась на её пустые руки.

— У тебя под ногой.

Я подняла розовое кружевное платье и меня передёрнуло от… от… Господи!!! Да это же то самое платье, которое приснилось мне в ночь поединка Ника и Эдуарда!!! Матерь Божья!!! Кошмары сбываются!!!

Только этого мне не хватало…

Платье, собственно, по сравнению с другими ничего: треугольный вырез, заканчивается до колен, а само полупрозрачное. Правда, в нём есть второй слой ткани — шёлк, закрывающий грудь, живот, спину и задницу.

— Оно мне теперь мало, — произнесла Кимберли, собирая наши чашки и блюдца.

— Оно розовое, — хрипло произнесла я.

— Тем более, — пожала плечами Ким, — сомневаюсь, чтобы Эдуард поверил, будто ты когда-нибудь в жизни сможешь одеть хоть что-нибудь розовое.

— Я тоже. Но аргумент железобетонный, — после её слов я скисла и полезла в платье.

Ой, это можно надорваться от хохота, но оно мне оказалось как раз. Только к моей боевой раскраске и причёске не шло. Или наоборот — макияж и причёска не идут к наряду?

Как бы то ни было, это хорошо. Может быть тогда подберём что-то не розовое?

Я посмотрела на себя в зеркало.

Господи, и это я?!!

Глава 7

За моей спиной болтался одолженый у Ким чёрный рюкзак, где находились пузырьки каких-то шампуней, бальзамов-масок, лосьонов, кремов и массажные расчёски. Что делать со всем этим барахлом я толком не знала, но Кимберли, пока мы шли яркими улицами Кварталов, доходчиво объясняла:

— Расплетёшь косички и вымоешь голову тем шампунем в салатовой упаковке — он смоет краску. Волосы хорошенько сполоснёшь хвойным ополаскивателем — половина синего тюбика на пять литров воды. Не забудь сделать волосам питательную маску — она в розовой баночке — и промыть отваром ромашки. Запоминаешь?

— Ага, — кивнула я, огибая какого-то сильно пошатывающегося мужичка в спортивном костюме, при этом волна креплёного перегара едва не сбила меня с ног. Батюшки! Ну и духмарь! Это ж сколько этот придурок успел выжрать?!.

— Не отвлекайся! — дёрнула меня за рукав рубашки Ким. — Теперь что касается твоего лица. Тоник, гель для умывания, скраб, маска из глины, смываешь и протираешь кожу безспиртовым лосьоном, ясно?

— У меня же, в принципе, инструкция на три листа, — фыркнула я. — Ты ручек и чернил не пожалела!

— Про ароматическое масло для тела и крем для рук…

— Помню!

— Соль и пенка для ванны…

— Помню!

— Скраб для тела?

— Да не забыла ничего! Что я, совсем склеротик?! — тут уж у меня вырвалась буря возмущений. — И вообще, неужели ты каждый день проделываешь эти нудные процедуры?!

— Не все, но каждый, — флегматично пожала плечами Кимберли. — А что поделаешь, красота требует жертв.

Я шумно вздохнула. Единственное, что утешало меня перед лицом предстоящей «химчистки», так это то, какой будет рожица Эдуарда, когда узнает, что милая — ха-ха — леди в розовом платье — Кейни Лэй Браун… Но даже это становилось плохим стимулом, когда в голове возникал вопрос: а вдруг догадается? Я понимаю, что от моих прежних внешности, голоса, телесного запаха не останется ни следа, но… Но вот в том-то и всё «но», что характер у меня останется такой же тяжёлый. Впрочем, если белокурый парень оказался прав — если, повторяю это слово — то я буду сначала думать, а потом делать. Интересная фраза в применении ко мне, любимой. Да чтобы я сначала думала?!.

Хм, кстати, надо зараннее написать темы моих с Эдуардом разговоров: погода, здоровье, музыка, спорт…

Пока я размышляла, Ким удалось затянуть меня в магазин шмоток, где я разжилась розовой полумаской в виде бабочки, прожилки крыльев которой были вышиты мелким бисером. Полумаска неплохо шла к моему платью — это плюс. Но на неё ушли все мои последние деньги — это минус.

Что ж, пришлось обзавестись новыми. С этим делом я медлить не стала. Почему-то некоторые хорошо одетые толстые граждане, привыкшие передвигаться на собственной машине, держат свои объёмистые бумажники в задних карманах брюк. А бумажникам в таких местах очень не нравится, поэтому они настойчиво выглядывают наружу… Ну, я и спасла один такой от судьбы быть в n-ный раз придавленым сегодняшней ночью громадной задницей. Дорогущий же парфюм оказался у её обладателя, а вот выражение лица, с которым он на меня глянул — омерзительное. Значит, окромя спасение кошельков будем перевоспитывать таких субъектов путём изъятия крупных денежных сумм.

Ким промолчала, глядя, как я рассматриваю бумажки с портретами добрых дядюшек президентов, которые на том свете уже наверняка передрались из-за того, что кто-то из них оказался на более крупной купюре. Я на их месте поступила бы точно так же, если б меня посадили на десятку, а, скажем, Эдуарда — на сотню… Ну как, точно так же… Если бы мы не держали всякие там глупые пари.

— Как бы тебя не поймали, — наконец произнесла Кимберли. Всем своим видом эта порядочная гражданка показывала, что возмущена моим поступком до глубины души. Ну что ж, я тоже. Но вот только жить как-то надо? Или ты кого-то, или завтра кто-то тебя — закон джунглей.

— Не поймают, — мои глаза повернулись к витрине ювелирного магазина, который мы как раз проходили…

Я замерла как вкопаная.

Потому что там на чёрной бархатной подушечке лежала красивейшая подвеска из белоснежного серебра в виде рыбки. Она искрилась в ярком свете ламп и слепила глаза тысячегранными микроскопическими алмазами. От неё отходила украшенная бриллиантами цепочка, и всё это великолепие переливалось радугой…

Какая прелесть…

Знаете, я, в общем-то, терпеть не могу всё то, что называют женским, и тяги к ювелирным украшениям обычно не испытываю, но почему-то именно за эту рыбку я готова была отдать все свои деньги. Жаль, что у меня нет такой суммы, а то, может, и отдала. Цена, правда, очень красивая: прямо номер мобильного телефона.

Шумно вздохнув, я отвернулась от украшения. Ким встретила меня ехидной улбкой, но я успела быстрее неё выпалить:

— Без комментариев!!!

— Как скажешь, — неохотно согласилась девушка. — Ну что, пошли дальше? Давай через мост Грешников.

— Через мост Грешников, так через мост Грешников, — пожала я плечами и неожиданно принюхалась. — Слушай, мне кажется, что вокруг пахнет розами, или тут где-то цветочный магазин открыли?

Впрочем, аромат как нарочно пощекотал нос, отчего я оглушительно чихнула, и стало ясно, что никаких цветочных магазинов поблизости нет. Тогда что же это — опять?!

— Тебе кажется, — в глазах Ким появились искорки тревоги. — И часто так?

Я огляделась, словно мы были парой шпионов во вражеском строю, и тихонько шепнула ей на ухо:

— Розами пахла та вампирша… Что это значит?

Кимберли озадаченно покачала головой:

— Не знаю. Комары могут по-разному менять человека и по-разному оставлять на нем свои следы. Как отметили тебя, без понятия.

— А та была гибридом, — заметила я и невольна почесала укус. — Однако всё равно противным.

Мы свернули на улицу Чёрных гробовщиков, тем самым покинув район магазинов и всяческого рода бутиков. Народу здесь оказалось поменьше, что очень даже хорошо. Знаете, как говорят? Меньше народу — больше кислороду.

— Я знаю, что она была гибридом, — Кимберли решила продолжить разговор. — Эдуард мне говорил.

— А что он тебе ещё говорил? — невинно поинтересовалась я. Нужно же, чёрт подери, знать, что о тебе думает парень, приворожить которого ты вознамерилась!.. Ого! Какое мне явилось откровение: знать, что о тебе думает… Вот весело-то!