Правила возвышения - Коу Дэвид - Страница 95

Молодой советник кивнул:

— Благодарю вас, главный советник.

— Мы можем призвать одного из герцогов действовать от имени короля? — спросил другой кирси.

— Эта мысль мне нравится еще меньше, — сказала Венда, прежде чем Натан успел раскрыть рот. — Попытка заручиться поддержкой любого герцога от имени короля очень опасна. Как знать, не послужит ли она сигналом к началу войны, которую мы стараемся предотвратить.

— Вынужден согласиться, — сказал Пэгар. — Если главный советник не сумеет убедить капитана выступить с войском в Кентигерн, мы мало что сможем сделать.

Рядом с ложем Айлина открылась дверь, и в опочивальню вошел прелат Обид. Он бросил взгляд на советников-кирси, но мгновенно отвел глаза, торопливо прошел к своему обычному месту подле короля и начал шептать молитвы. Служители Ина относились ко всем кирси с презрением, и прелат не являлся исключением. Однако через минуту Обид украдкой взглянул в сторону кирси и, встретившись глазами с Натаном, незаметно кивнул. Прелат начал свою службу в Одунском замке всего за месяц до вступления Натана в должность королевского советника, и с течением времени двое мужчин научились понимать друг друга. Они не были друзьями. Натан, который каждый день предавался созерцательным молитвам в одном из четырех городских храмов, слишком часто слышал злобные выпады служителей Ина против кирсийской ереси и Старой Веры, чтобы дружить с прелатами. Обычно двое мужчин давали Айлину взаимоисключающие советы и всячески старались умалить друг друга в глазах короля. Но хотя во многих случаях Натан ставил под сомнение здравый смысл Обида, он никогда не сомневался в преданности прелата Айлину и знал, что Обид, в свою очередь, не сомневается в его преданности. Натан хорошо понимал, что чувствовал прелат в тот момент, когда молился своему богу в ожидании смерти короля, ибо кирси сам испытывал такие же чувства.

Он снова потерял нить разговора, но даже не расстроился. Натан очень устал и хотел лишь вернуться в свои покои и лечь спать.

— Мне не хочется спрашивать об этом, — произнес Пэгар, пристально глядя на Натана. — Но сказали ли целители, сколько еще король… сколько ему осталось?

Все остальные повернулись к нему. Венда, младшие советники. Бросив взгляд в сторону постели, главный советник увидел, что даже прелат выжидающе смотрит на него.

— Со слов целителей я понял, что они могут только строить предположения. — Натан возвысил голос, чтобы Обид тоже слышал. — Но королю осталось недолго. Несколько дней. Возможно, полмесяца. Похоже, он чуть не умер прошлой ночью.

Пэгар кивнул, словно не ожидал другого ответа.

— А что, если он умрет и Яван станет королем до того, как разрешится конфликт в Кентигерне?

— Об этом я тоже думала, — сказал Венда. — Если Андреас действительно намеревается воспрепятствовать восшествию Явана на престол, смерть короля послужит поводом к началу войны.

— Тем больше у нас оснований выслать войско в Кентигерн, — сказал Дайр, упорно избегая взгляда Натана.

Главный советник покачал головой:

— Тем больше у нас оснований не делать этого.

— Что?

— Подумайте сами. Если король умрет, когда королевская гвардия будет находиться в Кентигерне, все войско перейдет под начало Явана. Сейчас мы имеем двух герцогов, приблизительно равных по силе, угрожающих друг другу войной, исход которой не может с уверенностью предсказать ни один из них. Если вдруг Керг получит подкрепление в виде королевской гвардии, дело закончится страшным кровопролитием. — Натан оглядел советников. — Разве этого мы хотим?

Дайр просто потряс головой с таким изумленным видом, словно главный советник продемонстрировал новый вид волшебной силы, некий новый способ использования магического дара, прежде неизвестный молодому человеку. «Ну вот! — так и подмывало сказать Натана. — Ты видишь? Даже старый человек, уже стоящий одной ногой в Подземном Царстве, может додуматься до вещей, которые просто не приходят тебе в голову».

Венда лукаво улыбнулась Натану. — Полагаю, на сегодня можно закончить. — Она окинула взглядом присутствующих. — Утром мы снова соберемся. А вы тем временем молитесь о короле и о легком переходе Айлина в Подземное Царство.

Распустить всех надлежало Натану, но в данных обстоятельствах он ничего не имел против того, чтобы это сделала Венда. Он сказал свое слово.

Почти все младшие советники встали и начали один за другим медленно выходить из королевской опочивальни. Однако Дайр задержался, явно намереваясь оставить за собой последнее слово.

— Так вы поговорите с капитаном? — спросил он.

Натан на миг задумался, прежде чем вспомнил о своем обещании.

— Разумеется. — Он заранее знал, чем закончится разговор, но он дал слово.

— Благодарю вас. — Молодой человек немного поколебался, бросив взгляд сначала на Пэгара, потом на Венду, но в конце концов повернулся и вышел из комнаты.

— Он глуп, — пробормотал Натан, провожая Дайра глазами.

Венда улыбнулась, снова положив руку ему на колено.

— Он просто молод, Натан. Я помню нас, когда мы были такими же.

— Он не просто молод, — сказал Пэгар. — Он еще и испуган. — Советник бегло взглянул на прелата, а потом добавил, понизив голос: — И я тоже, по правде говоря.

Главный советник понимал, что он тоже должен испытывать страх. Со времени своего образования королевство знало не одну междоусобную войну; главные эйбитарские дома воевали между собой чаще, чем Эйбитар воевал с Анейрой. Натан ни на минуту не сомневался, что Яван и Андреас способны втянуть страну в очередную кровопролитную бойню. Но в последнее время подобные вещи совершенно не волновали его. Он должен был ощущать страх, или возмущаться глупостью герцогов, или хотя бы печалиться о том, что королевству до сих пор может угрожать подобная опасность. Но он не испытывал ровным счетом никаких чувств.

— Будет лучше, если Яван просто отречется от престола, — мгновение спустя продолжил Пэгар.

— И отдаст королевство Андреасу? — спросила Венда. — Он никогда не пойдет на такое.

Это было одним из слабых мест в эйбитарских Законах Престолонаследия. Они создавались девять веков назад главами всех двенадцати домов и, по мнению Натана, до сих пор были самым надежным и справедливым способом избрания верховного правителя. Поскольку взойти на престол разрешаюсь только старшему сыну короля, эйбитарские герцоги могли надеяться, что один дом не завладеет властью раз и навсегда. Но, утверждая Законы Престолонаследия, каждый из них рассчитывал также сохранить власть весьма продолжительное время. На протяжении многих веков господство дома Торалдов неоднократно вызывало негодование других домов, которое приводило к междоусобным войнам и не раз заставляло герцогов опробовать другие способы избрания короля.

Но они жили в странное время. Дом Галдастенов еще до сих пор не оправился от опустошительного нашествия чумы, унесшей жизнь герцога и всех его близких. Согласно упомянутым Законам, новые правители Галдастена могли претендовать на эйбитарский престол лишь через четыре поколения. Дому Торалдов, трагически лишившемуся герцога и его блистательного сына, приходилось ждать не так долго, как южному сопернику, но он тоже мог заявить о своих правах на престол только через поколение. Когда самые могущественные династии утратили право притязать на верховную власть, стабильности в стране настал конец, но не прекратилось соперничество между другими главными домами, равно как и попытки нарушить закон, предпринятые после смерти Бриенны и заточения Тависа. Герцог Торалдский и даже герцог Галдастенский в подобных обстоятельствах еще могли поддаться на уговоры и отказаться от эйбитарского престола, поскольку знали, что, согласно Законам Престолонаследия, их дома — самые могущественные в стране — в обозримом будущем все равно вернут себе корону. Но для Кергов и Кентигернов, чьи дома приходили к власти всего один или два раза за минувший век, отречение от престола представлялось просто немыслимым. Яван наверняка ревностно пекся о новом статусе своего дома в королевстве.