Сыны Амарида - Коу Дэвид - Страница 105

— Ее сегодня уже навещали, — сказала служительница. — Из Храма Арика. Они сказали, что после все го, что с ней случилось, ей надо быть с Сынами и Дочерьми Бога, а не с Орденом.

Транн вздохнул:

— Сонель знает?

— Да. Она сказала, что выбирать должна сама Кайлин.

Она умоляюще посмотрела на Транна, словно желая, чтобы ее уверили, что Кайлин не заберут, но маг лишь пожал плечами:

— Сонель права. Нельзя держать девочку против ее воли.

Женщина хотела еще что-то сказать, но промолчала и ушла.

Маги еще немного посмотрели на Кайлин, которая словно и не замечала их присутствия. Потом они удалились. Транн вернулся в свою комнату в "Гнезде", но Джарид и Элайна пробродили по старому городу до вечера, гуляя по мощеным улицам и разговаривая с уличными торговцами. Они не могли забыть встречу с Кайлин.

На улицах иные приветствовали их и благословляли; некоторые торговцы даже угощали и дарили им подарки, благодаря за победу. Но многие другие смотрели на них с опаской и недоверием и даже обвиняли молодых магов в том, будто те охраняют пленников, чтобы не предавать огласке свой сговор с ними. Джарид остановился и заспорил с кем-то, но Элайна потянула его за рукав, посоветовав не обращать внимания. И все же эти столкновения, вкупе с воспоминанием о Кайлин, омрачили весь день. К вечеру, когда небо над Амаридом начало темнеть, молодые маги молча, погрузившись в глубокие раздумья, отправились в "Гнездо". Они постарались избежать шумных, многолюдных улиц: рядом с Великим Залом все еще бродило немало народа с факелами, требуя выдачи преступников. Увидев это, Джарид подумал, что, возможно, победа пришла к ним слишком поздно.

Вскоре, однако, они пришли в "Гнездо", где сразу же нашли в дальнем углу Бадена, Транна и Орриса. Таверна была совершенно такой, какой запомнил ее Джарид: темной, полной всевозможных запахов и необыкновенно уютной. Глядя на темные, изрезанные ножами столешницы, массивные подсвечники и затертый деревянный пол, вдыхая запахи кислого вина, табачного дыма и жаркого, Джарид наконец понял, почему Баден возвращался сюда каждый год. Позади был невероятно тяжелый день, настроение оставляло желать лучшего, и все же он чувствовал себя так, словно вернулся домой.

Пока они шли к столу, его окликнула женщина. Обернувшись, он увидел Кайле, подходящую к нему со знакомой, чуть кривою усмешкой.

— Маг! — тепло сказала она. — А я уж подумывала, заглянешь ты ко мне или нет. — Она крепко обняла его и поцеловала в щеку.

Он улыбнулся в ответ:

— Привет, Кайле. Как жизнь?

— Ничего. Шикарно выглядишь! Роща Терона пошла тебе на пользу, не так ли? — Она оценивающе посмотрела на Элайну, словно только что ее заметила.

— Кайле, — внезапно смутившись, сказал Джарид, — это маг Элайна. Элайна, это Кайле.

Служанка протянула руку:

— Очень приятно.

Элайна приветливо улыбнулась:

— Взаимно.

— Идите к своим друзьям, — сказала Кайле, снова глядя на Джарида. — Я сейчас принесу вам эля.

— Вообще-то, — остановила ее Элайна, — я предпочла бы медовое вино, если можно.

— Разумеется.

Элайна подняла бровь.

— Просто друг, а? — сказала она, как только Кайле отошла достаточно далеко.

— Да. — Он усмехнулся.

— Ну, она милая. И к тому же хорошенькая.

Джарид кивнул:

— Именно. То есть она милая.

— Вот так-то лучше.

Она взяла за руку и подвела его к столу.

— Явились, не запылились! — проворчал Оррис.

Месяц назад Джарид мог рассердиться, но с тех пор он неплохо узнал Орриса и понимал теперь, что маг шутит.

— Рад, что ты обо мне скучал, — парировал он.

— Если нам кого-то и недоставало, — вставил Транн, — так это твоей прелестной спутницы.

Элайна ослепительно улыбнулась:

— Спасибо, Транн.

— На самом деле, — объяснил Баден, — эти двое уже сами не свои от нетерпения: я еще не рассказывал им о допросе, потому что ждал вас.

Веселье немедленно улетучилось, и четыре мага устремили взгляды на Магистра.

— Мы многое узнали. И, честно говоря, то, что рассказал этот Барам так его зовут, — звучит весьма тревожно.

— Он легко отвечал на вопросы, — спросил Оррис, — или пришлось применить магию?

— И то и другое. — Баден прервался: Кайле принесла четыре пинты янтарного эля и графин легкого вина. — Сначала он отказывался отвечать на наши вопросы, и мы его сильно "прощупали". Потом мы дали ему еще один шанс, и он согласился. В конце допроса мы тем же способом проверили, что он ничего не скрыл и не обманул нас.

Кайле принесла обед.

— Так вот, мы оказались правы: они из Лон-Сера, из местности под названием Брагор-Наль.

Транн пристально посмотрел на него:

— Брагор-Наль!

— Я так и знал, что тебе это покажется интересным.

— О чем это вы? — спросил Джарид.

— Ноль — это слово из древнего языка, нашего древнего языка, объяснил Транн, не отрывая взгляда от лица Бадена. — По крайней мере, у нас оно означает общину.

Баден кивнул:

— Судя по тому, что сказал Барам, там оно значит примерно то же.

Транн задумчиво помешал ложкой рагу.

— Думаю, мне не следовало особенно удивляться. Мы же всегда знали, что у Тобин-Сера и Лон-Сера общая история.

— Общая древняя история, — поправил Оррис.

Транн пожал плечами:

— И тем не менее.

Элайна спросила:

— Баден, а что из себя представляет этот Брагор-Наль?

— Он огромен. Во всем Лон-Сере только три Наля, и этот — самый большой. Это самоуправляющиеся города вроде Амарида, но намного больше и в тысячи раз многолюднее. И они полностью зависят от механических приспособлений типа тех, которые мы видели.

Оррис прищурился:

— О чем ты?

— Это трудно объяснить. Многие слова их языка, которые употребил Барам, не имеют точного перевода и обозначают незнакомые нам вещи. У нас когда-то был общий язык, но за столько веков наши страны стали совсем разными. Но я понял, и Сонель с Радомилом согласились, что... что их мастерство — это не только в производстве просто оружия. У них совершенно иной уклад. Они иначе общаются, путешествуют, производят разные вещи и еду и, конечно, воюют.

Транн провел ладонью по лицу:

— Ты утверждаешь, что они там все делают при помощи различных приспособлений?

— Именно. Когда я сказал, что в Лон-Сере всего три Наля, я имел в виду, что больше там толком ничего нет. Есть только Нали и горы. И все. Почти нет полей, совсем немного лесов, степей и пустынь. И в горах почти никто не живет. Все, что им нужно, они изготавливают. Ну как этих птиц.

— Просто три города, — пробормотал Транн, словно повторяя мысли Джарида. — В стране величиной с Тобин-Сер. Представить себе невозможно.

Несколько секунд все молчали. Джарид вслушивался в шум таверны, рассеянно жуя и пытаясь представить себе общество, в котором людей окружают необходимые для жизни предметы, ни один из которых не получают непосредственно от земли. И не мог. Каждый раз он представлял свою мать, работающую в поле, или отца, рубящего дрова за домом.

Наконец Элайна пошевелилась, словно пробуждаясь ото сна, и посмотрела на Бадена:

— Вы смогли уяснить, зачем они пришли и что им нужно от нас?

— Смогли. — Магистр невесело усмехнулся. — Неудивительно, что они ищут здесь то, чего уже не могут производить сами.

Оррис чуть склонил голову набок:

— Но ты же только что сказал, что они могут сработать все необходимое для жизни.

— Верно. Но законов природы они избежать не смогли: ресурсы закончились. В общем, не могу сказать, что я все понял, но, похоже, даже они не могут обойтись без каких-то простых вещей, вроде дерева и металла.

— Так им нужна наша земля, — перебил Джарид.

— Наша земля и все ее богатства, — подтвердил Баден. — Но еще им нужны территории. Их города перенаселены, воздух и вода безнадежно изгажены. Короче, они ищут себе новый дом. А у нас есть все, что им нужно. То, что Терон сказал об их слабостях, оказалось еще более значимым, чем мы предполагали.