Сыны Амарида - Коу Дэвид - Страница 20

Другой человек, находившийся в комнате, тихо ждал, пока Джессамин поприветствует гостей. Теперь он подошел, чтобы познакомиться с Джаридом и поздороваться с Баденом. Это был высокий мужчина со светло-серыми глазами и густой копной черных волос, слегка тронутых проседью. Его красивое обветренное лицо озарила улыбка.

— Неплохо выглядишь, Баден. Рад снова тебя видеть.

— Я тоже рад, Сартол.

Высокий маг повернулся к Джариду, все еще улыбаясь:

— Джарид, рад познакомиться с тобой. Добро пожаловать в Амарид.

— Спасибо, Магистр. Знакомство с вами — большая честь для меня.

Сартол оглянулся и слегка поклонился Премудрой:

— Спасибо, что приняла меня, Премудрая Джессамин. Мне пора идти.

— Я всегда рада тебе, Сартол. Хорошо бы увидеться завтра.

Сартол поднял руку, и что-то большое и темное опустилось на нее. Сова мага была такая же большая, как у Джессамин, но серо-коричневая, с перьевыми ушками над большими бесстрастными желтыми глазами. Кивнув и улыбнувшись Бадену, Сартол удалился.

Баден посмотрел ему вслед и повернулся к Джессамин:

— Опять пытается подольститься к тебе перед Собранием, не так ли?

Джессамин неодобрительно покачала головой:

— Ты несправедлив, Баден. Он порядочный человек. Не надо осуждать его просто за то, что иногда он может переусердствовать. В конце концов, если учесть все, через что он прошел, его поведение вполне объяснимо.

— Конечно, ты права. — Он шагнул вперед, обнял Премудрую, потом снова отступил назад, оставив руки у нее на плечах. Джариду показалось, что Магистр почти в два раза выше ее. — Как ты, Джессамин? — озабоченно спросил Баден.

— Как и следовало ожидать в такое время... — В голосе ее не было жалости к себе. — Боюсь, предстоит разрешить немало проблем; я вот ругаю себя за то, насколько я стара и слаба. — Она указала на стулья у очага. Садитесь, пожалуйста.

Она взяла со стола хрустальный колокольчик и позвонила. Вскоре появилась девушка лет пятнадцати-шестнадцати.

— Принеси еще чаю, милая.

Девушка поклонилась и вышла.

— А мы вот не думаем, что ты старая, — сказал Баден с улыбкой. — Мы ценим твои мудрость и опыт.

Джессамин подняла бровь.

— Так кто же тут льстец? — сухо заметила она, заставив Магистра рассмеяться. Она подвинулась поближе к Джариду. — Если он собирается сегодня раздавать комплименты, не лучше ли поговорить нам с тобой? Откуда ты родом?

— С северо-запада, Премудрая Джессамин. Из поселка Аккалия в Лесу Леоры.

— Я слышала о нем. Баден, а это не там, откуда... — Она прервала себя, широко улыбнулась и снова повернулась к Джариду, поблескивая живыми глазами. — Конечно, есть даже некоторое фамильное сходство. И даже не столько с тобой, Баден, сколько с Линвен. Особенно глаза. Твоя семья многие годы играла важную роль в истории Ордена, Джарид. Тебе следует этим гордиться.

— Спасибо, Премудрая Джессамин. — Джарид про себя заметил с иронией, что историю его семьи она, похоже, знает лучше, чем он сам.

Молодая служанка вернулась с хрустальным подносом, на котором стояли три чашки чая и маленький чайник. Потягивая сладкий травяной напиток, Баден и Джессамин обменивались новостями, в том числе и о других членах Ордена. Потом они умолкли и выразительно посмотрели друг на друга.

— Все казалось проще, когда мы были моложе, — сказала наконец Джессамин. Губы ее улыбались, но глаза были серьезны. — Или я просто обманываю себя?

— Да, тогда все действительно выглядело проще, — устало согласился Баден, — но не потому, что мы были моложе. С Орденом ничего подобного не случалось за целую тысячу лет. Да уж, повезло нам с тобой... — Он взглянул на Джарида. — Но нам надо собраться, Джессамин. И потом, мы не одни: бок о бок с нами будут сражаться молодые маги, и такие, как Джарид, будут бороться даже тогда, когда нас уже не будет.

Баден встал, словно собираясь уходить, и Джарид последовал его примеру.

Джессамин ласково взглянула на ученика:

— Уж извини, что мы сегодня такие мрачные. Надеюсь, что у нас будет и более приятный повод для разговора.

— Мне бы тоже хотелось этого, Премудрая Джессамин. Было очень приятно познакомиться. — Джарид помолчал немного, потом, сам не зная почему, добавил: — Я вполне согласен с тем, что сказал Магистр Баден. Хоть я и не член Ордена, я оценил глубину твоей мудрости. Ты вовсе не кажешься старой, и я с радостью последую за тобой в любое сражение.

Закончив, он осознал, что наговорил лишнего, и густо покраснел, будучи не в силах посмотреть в глаза Премудрой.

Но Джессамин встала и обняла его.

— Смелые слова, — прошептала она. — Я знаю, почему Баден выбрал тебя вовсе не из родственных чувств. — Она отпустила его и повернулась к Бадену. — Рада, что ты здесь, Баден. Не могу себе представить Собрание без тебя.

— Ты действительно сомневалась, что я приду?

— В общем, нет. Но я знаю, что всякое может случиться. — Она сжала руку Бадена и повторила: — Я рада, что ты здесь.

Баден и Джессамин еще немного постояли так, потом она словно бы нехотя отпустила его руку.

— Ладно, — вздохнул Магистр, — нам надо идти. До завтра, Джессамин.

— До завтра. Прощай, Джарид.

На выходе из комнаты Премудрой Баден и его племянник едва не столкнулись с приземистым, крепко сколоченным магом; длинные желтоватые волосы его были собраны в пучок, борода коротко подстрижена. На плече незнакомца сидел внушительного вида светлый ястреб со спинкой ржавого цвета и умными глазами. Маг нахмурился и собрался было что-то сказать, но узнал Бадена и с немалым усилием промолчал.

— Баден, — буркнул он, — извини за спешку — надо срочно увидеться с Премудрой. — Джарида он, похоже, вовсе не заметил.

— Ничего, Оррис, — вежливо ответил Баден. — Рад снова тебя увидеть.

— Я тоже. — Оррис кивнул. Он как-то безразлично посмотрел на Джарида и постучал в дверь.

Джарид вопросительно взглянул на Бадена, и тот слегка пожал плечами и дал понять, что пора уходить. Они вышли на улицу и направились в центр города.

— Что это за человек? — спросил Джарид.

— Оррис? — Баден снова пожал плечами. — Не знаю. Оррис — один из предводителей небольшой группировки магов, преимущественно молодых, которые считают, что Орден погряз в самодовольстве и утратил целенаправленность. Похоже, он видит во мне и других старших магах препятствие развитию Ордена.

— Это действительно так?

Баден быстро взглянул на ученика, и тот решил, что рассердил Магистра. Но ответ прозвучал мягко и как-то задумчиво:

— Я понимаю, почему некоторые видят меня в подобном свете. Впрочем, забавно: в молодости я был одним из самых радикально настроенных магов. Каждое проявление несправедливости в Тобин-Сере я расценивал как оскорбление в адрес Ордена и настаивал на увеличении роли его членов в управлении страной. Но когда я стал старше, то понял мудрость пути, избранного для нас Амаридом. Мы служим стране, потому что наша сила помогает преодолевать трудности. Но не думаю, что эта сила должна вести нас к власти.

— Значит, — решился предположить Джарид, — Оррис в чем-то согласен с Тероном.

Баден остановился и посмотрел на племянника:

— Будь очень осторожен, когда упоминаешь Терона, Джарид. — Он говорил строго, но не гневно. — Сравнить мага с Тероном — значит обвинить его в нарушении Законов Амарида.

— Я не это имел в виду.

— Знаю, но все же будь осторожен, особенно здесь.

Джарид кивнул, и они пошли дальше.

— Тем не менее, — более спокойно сказал Баден, — в твоих словах есть доля правды. То, что разделило Терона и Амарида, остается и поныне предметом раздоров. Конечно, эти разногласия уже не столь открыты и едва ли смогут погубить Орден, не говоря уже о том, что Оррис с союзниками не сравнятся с Тероном в высокомерии и не зайдут так далеко в претензии на власть. Но Орден все еще не может до конца определить свою роль и положение в Тобин-Сере. Мы — третейские судьи и защитники страны, и в этом смысле наша роль является чем-то средним между служением и управлением. Как и многие старшие маги, я предпочитаю отклоняться по одну сторону от этой линии, Оррис — по другую. — Баден снова остановился, чтобы разглядеть переулок, ведущий налево. — Кажется, это здесь. Пошли.