Сыны Амарида - Коу Дэвид - Страница 45

— Приближается буря, — сказала седая Джессамин, подойдя к остальным. Пусть двое из вас прикроют еду и снаряжение парусиной, а еще кто-нибудь поищет палки для факелов, с которыми мы ночью пойдем в рощу.

— Факелы? — переспросил Джарид.

— Без цериллов нам будет темновато, не так ли?

— Конечно. — Он почувствовал себя дураком.

— Если Джарид и Элайна согласятся заняться припасами, — предложил Сартол, — я позабочусь о факелах.

Он хитро подмигнул молодым магам и отправился к группе деревьев, находящейся на полпути между лагерем и рощей. Элайна слегка зарделась.

— Очень мило с его стороны. — Джарид улыбнулся и пошел вместе с Элайной выполнять поручение. Она снова покраснела.

Ветер крепчал, в воздухе холодало.

* * *

Надо же, как иной раз все сходится, подумалось Сартолу. Пару дней назад, лежа у огня и прогоняя болезнь, которую сам на себя наслал, и стараясь сделать это так, чтобы Баден ничего не заподозрил, он с растущим негодованием вслушивался в разговор Элайны и Джарида. Он знал, что они остались вместе допоздна и весь день болтали и смеялись. И это после того, что он сделал для нее за эти два с половиной года! Она никогда не смотрела на него так, как на Джарида! Ему хотелось убить их обоих, особенно этого самодовольного Баденова щенка. Но и выбора, в общем, не было. Ястребы молодых магов и их незаурядные способности давно предопределили судьбы Джарида и Элайны. И вот их легкий флирт давал ему прекрасную возможность осуществить самую важную часть плана.

Конечно же, факелы. Лучше и быть не может. Уже давно можно было догадаться. Он чувствовал себя почти таким же глупым, как Джарид, когда Ведунья объясняла мальчишке назначение факелов. Надо было догадаться уже тогда, когда Транн впервые предложил идти без цериллов. Факелы. Он только головой покачал. В общем, Сартол и так не сомневался, что Терон сам справится с отрядом, но счел необходимым лично удостовериться. Он остановился перед группой деревьев. Глядя мимо нее на Рощу, до которой оставалось лишь несколько сотен ярдов, он содрогнулся. Да уж, Баден и компания задумали нешуточное дело. Он не был до конца уверен, что они пойдут в Рощу при любых обстоятельствах.

Он снова покачал головой, словно прогоняя свои мысли. Предстояла большая работа. Он скоро нашел несколько сучьев длиной и толщиной примерно с руку, разложил их на земле и выбрал один, который был чуть побольше остальных. Магистр опустился на колени и, положив ладонь на сук, закрыл глаза, мысленно обратившись к огромной сове, которая сидела у него на плече. Внезапно он почувствовал в себе силу, подобную океанскому приливу, такую же огромную и неукротимую. "Если бы они только знали, как я могу", с улыбкой подумал он, не открывая глаз. Они однажды наказали его, унизив перед этими глупцами, которым он "служил", а потом предпочли ему Джессамин, когда умер Феаргус. Но скоро, очень скоро они взвоют под его пятой.

Через несколько мгновений он открыл глаза и убрал руку. На ее месте в дереве образовалась большая полость. Он достал из складок плаща бесцветный церилл, прозрачный как стекло и чуть меньше этой полости.

— Подарок для тебя, Терон, — тихо сказал он со злобной улыбкой. Используй его как должно.

Он вложил церилл в углубление и, закрыв глаза, восстановил связь с Хуваном. И тут же дерево стало смыкаться, закрывая полость.

За спиной послышались шаги.

— Сартол, — сказала Джессамин, — я не вовремя сообразила, что нам надо два-три запасных, на случай если...

Она остановилась. Он знал почему: он не почувствовал ее приближения, не обернулся и понял, что она его заподозрит, но требовалось всего лишь несколько секунд...

— Сартол! — Она говорила как-то беспокойно и все более настойчиво. Что ты делаешь?

Он прислушался. Она подошла ближе, и тогда он вскочил на ноги, шатаясь, с расширенными от страха глазами.

— Кто здесь? — Он постарался, чтобы в голосе прозвучало облегчение. Премудрая. Хвала богам, это всего лишь ты.

— Сартол... Ты в порядке? — Она озадаченно на него посмотрела.

Он скрыл улыбку:

— Кажется, да. — Он глубоко вздохнул. — Я услышал шаги и не знал, кто идет... Отключился, наверное. Последнее, что я помню, — это то, как искал факелы. — Он вытер лоб тыльной стороной ладони. — Похоже, я все еще слаб после болезни, как это ни грустно.

— Может быть. — Она внимательно посмотрела на него. — Да у тебя жар. Давай, я тебе помогу. Пойдем в лагерь.

Он попытался заслонить сучья, но было слишком поздно. Он замер в ожидании, зная, что случится и что ему надо будет предпринять. Еще одна молния рассекла небо, потом послышался раскат грома.

— Вот что ты нашел...

У нее прямо-таки дыхание оборвалось, когда она нашла ложный факел. Он медленно повернулся к ней. Выражение ее лица было почти комично: потрясение и страх боролись друг с другом, искажая морщинистые черты.

— Ты с ума сошел!

Он был, неожиданно для самого себя, спокоен, чувствовал облегчение удалось-таки осилить бремя предательства, пусть даже на несколько секунд. Ему нравилось, что Ведунья узнает, умирая, кто ее убил. Важно было, однако, сделать все осторожно, чтобы другие маги не увидели вспышки и не узнали ее по цвету.

Она подалась назад, и он ухмыльнулся, обнажая зубы:

— Боюсь, Премудрая, что не позволю тебе уйти.

Она подняла посох, обороняясь, и открыла рот, собираясь закричать.

* * *

Ветер все усиливался. Баден покачал головой. Он поднял глаза и увидел, как большое облако проплывает над руинами Рольде, закрывая появившиеся на небе звезды. Они с Транном почти успокоили лошадей. Почти. Животные казались все менее возбужденными по мере того, как их отводили от рощи к Мориандралу. Когда маги привязали их к деревьям у старого моста, те уже вроде бы успокоились, но тут началась гроза, и кони снова тревожно заржали. Баден решил, что это все в порядке вещей, но у Транна было иное мнение.

— Эти кони тащили нас и нашу еду без малого четыреста лиг, а ты собираешься оставить их здесь, под дождем? Да, старый брюзга? — Он усмехнулся.

— Я не брюзга, — сказал Баден тоном, ставящим под сомнение его собственные слова. — Это вы, южане, излишне сентиментальны. Ты еще скажи, что лошадкам нужны спальные мешки.

Они отвязали коней и повели их к руинам старого города, где и разместили их в полуразрушенном доме фермера. По крайней мере, здесь была защита от ветра и дождя, чего Баден не мог не признать. Лошади тут же принялись щипать траву, пробивающуюся сквозь трещины в полу.

Выйдя из дома, маги заметили янтарный огонек на площади.

— Оррис? — тихо спросил Баден, догадавшись по цвету церилла.

— Точно. Интересно, что он здесь делает?

Они молча подождали, пока неприветливый маг подошел и остановился прямо перед ними. Он был бледен, переводил взгляд с одного на другого и весь дрожал.

— Я только что говорил с Урсель. При помощи Камня.

Баден насторожился. Значит, что-то случилось! Эта магия требовала больше сил, чем любая другая, причем даже не на установку и поддержание контакта. Сначала Урсель должна была почувствовать, где находится церилл Орриса, и мысленно спроецировать на него свет своего церилла, подсказывая ему, кому надо ответить. Баден пользовался этим приемом лишь в случае крайней необходимости и теперь напряженно думал, пытаясь понять, что происходит.

— Еще одно нападение, — холодным обвиняющим тоном произнес Оррис. Позавчера в Каэре, на севере Равнины Тобина.

Каэра, мысленно повторил Баден. В молодости он как-то бывал там; недавно они прошли в двадцати лигах от этого места.

— Урсель не хватило людей, чтобы организовать сторожевые отряды по всей равнине. А все благодаря тебе и Одинану. Да и остальные тоже хороши не установили связь. Ты в ответе за это нападение, Баден.

— Оррис! — прикрикнул на него Транн. — Довольно! Баден невиновен!

— По крайней мере, виновен не он один! Уж этот ваш компромисс!