Сыны Амарида - Коу Дэвид - Страница 97

Но, глядя на Элайну, волосы которой трепал ветер, Джарид вспомнил, что смерть уже посетила их этим утром. "Мы убили Сартола, все мы, и она тоже", — напомнил он себе. Он попытался представить себе, что она чувствует; сам он радовался, что Сартол мертв. Он посмотрел на нее, думая, что бы такое сказать, чтобы облегчить ее боль. И, как часто случалось в последнее время, обнаружил, что она уже смотрит на него, словно читая его мысли.

— Не беспокойся, — сказала она, беря его за руку. — Я в порядке.

— Никто не станет попрекать тебя за смущение и печаль. Тем более я.

Она печально улыбнулась:

— Знаю. Я стараюсь не ставить себе в вику то, что позволила Сартолу предать... Но я не прощу себе, если не сделаю все, что в моих силах, чтобы исправить то, что он натворил. Когда мы победим иноземцев, я смогу заняться своими чувствами. Но не раньше.

Джарид хотел еще что-то сказать, но понял, что ей виднее. И он, крепко держа ее за руку, двинул дальше.

Транн все еще сидел там, где они его оставили, и разговаривал с Урсель, которая вернулась с прогулки. Солнце уходило за деревья, их тени распластались по берегу. На небо вышел молодой месяц.

— Скоро стемнеет, — заметил Транн, оглядываясь на подошедших. — Пора готовить еду.

— Если вы проголодались, — усмехнулся Баден, — могли бы уже все приготовить.

Транн улыбнулся:

— Я бы не отказался, но Урсель предложила подождать вас.

— Вовремя вы пришли, — вставила Урсель. — Он как-то странно поглядывал на моего ястреба, — наверное, представлял его поджаренным, с гарниром.

Они рассмеялись, Транн и Урсель встали, и маги принялись готовить обед. Большой коричневый ястреб Транна и стройная черно-серая птица Урсель не привыкли к подобной местности, и на охоту отправились Ишалла, Филимар и две совы. Они принесли птиц и кроликов, которых маги поджарили на костре.

Урсель достала мешок сушеных фруктов и мех легкого сладкого вина, сохранившиеся со времени разъездов в патрульном отряде, и угостила товарищей. Солнце скрылось за лесом, и компания наслаждалась скромной едой и тихим разговором, тактично избегая упоминаний о том, что им предстояло ночью.

На бархатно-синем небе зажглись звезды. Когда исчезли последние солнечные лучи, маги принялись внимательно вглядываться в лес. Приглушив свет це-риллов, они дождались, пока догорит костер, не зная, насколько ярким будет сияние, возвещающее о прибытии Фелана. От костра остались лишь красноватые угли, и над побережьем нависла напряженная тишина.

"Я видел Терона, — напомнил себе Джарид уже второй раз, — а бояться Фелана намного меньше причин". Он знал, что это так, и все же Фелан был одним из Неприкаянных. Идя с Элайной вечером по берегу, Джарид снова испытал присутствие смерти. Пульс его участился, в желудке похолодело, и он уже жалел, что пообедал.

— Я надеялась, нам будет проще, — сказала Элайна едва слышно, и он различил беспокойство в ее голосе.

— Там! — воскликнул Транн неестественно громко. Джарид посмотрел в сторону леса. Оттуда лился слабый серебристый свет, словно луна спустилась с неба. Свет становился все ярче и ярче, совсем как при появлении Терона.

Баден встал:

— Пошли. Нет смысла откладывать.

И они направились навстречу сиянию. Джарид запыхался, карабкаясь по высокому крутому берегу; наверху он заметил, что источник света намного ближе.

Вскоре поднялись и остальные, и шестеро магов медленно пошли по лесу, пока не оказались на небольшой поляне, где их уже ждали Фелан и era, волк.

Магистр был просто огромен — на голову выше Бадена, самого высокого в отряде, и чуть ли не вдвое шире в плечах. Джарид подумал: как же для него нашли плащ подходящего размера? Мускулистые руки мага напоминали толстые древесные ветви, шея была толщиной с бедро Джарида. Однако лицо его было на редкость открытым и приятным. Вьющиеся черные с проседью волосы и густая борода, полные губы, круглые щеки, которые при жизни, несомненно, были румяными. Джарид мог лишь догадываться, какого цвета были его глаза. Они сияли ярко, как звезды холодною зимней ночью.

Волк глухо зарычал. Он тоже был огромен, с лапами в мужской кулак толщиной. Шкура призрачного зверя отливала серебром, умные глаза были похожи на глаза Фелана. Мех на спине и загривке волка грозно топорщился.

— Тише, Кальба, — спокойно сказал Магистр голосом глубоким и мягким, как звук утреннего прилива. Он погладил зверя по спине. — Надеюсь, наши гости побеспокоили нас по веской причине.

— Приветствую тебя, Магистр, — сказал Баден и поклонился в пояс. Остальные последовали его примеру. — Прости нам наше вторжение, но мы пришли, надеясь испросить у тебя совета и помощи. Я Баден. А это Ньялль, Транн, Урсель, Элайна и Джарид.

Выражение лица Фелана осталось сдержанным.

— Добро пожаловать на отрог Эллибар. Это Кальба, а меня вы, похоже, знаете.

— Разумеется, Магистр. Это место сейчас называют отрогом Фелана. Быть твоими гостями — честь для нас.

Дух жестом отклонил комплимент.

— Отрог Фелана. К этому трудно привыкнуть. Зачем называть эту землю в честь привидения? Эллибар, по крайней мере, что-то значил, когда мы все еще говорили на древнем наречии. — Он умолк, словно забыв об их присутствии. Но вы пришли не за тем, чтобы обсуждать имена. Вам, кажется, нужны совет и помощь. Полагаю, это касается чужеземцев.

— Ты знаешь о вторжении?

Фелан кивнул:

— Кое-что сам видел.

— Тогда ты знаешь и о том, что внутри Ордена был предатель?

Лицо Магистра словно окаменело, в глазах появился ледяной блеск.

— Да. Вы разобрались с ним?

Теперь кивнул Баден:

— Он мертв. Но внешняя угроза все еще остается. Нам нужна твоя помощь.

— Понимаю, — холодно ответил Фелан. — Не следовало бы давать всему этому зайти так далеко. Бездействию Ордена нет оправдания. Вы стали слабыми. А Закон Амарида? Разве вы не приносили обета защищать свою родину?

— Мы здесь, Магистр, — сказал Баден. — Пусть и с опозданием, но мы здесь.

— Да уж, — фыркнул Фелан. — Сначала вы не обращаете внимания на проблему, а потом бежите ко мне за помощью. Что там у вас за Премудрый? Когда я правил Орденом, я такого не допускал.

Терпение Бадена лопнуло.

— Премудрая мертва. Предатель убил ее!

— Ну, возможно, смена власти пойдет на благо Ордену.

— Довольно! — загремел Магистр, шагая вперед и не обращая внимания на волка, который опять зарычал. — Джессамин была мудра и отважна, и я не позволю оскорблять ее память! Даже тебе, Фелан! Возможно, в твое время Премудрый мог навязывать Ордену свою волю, но сейчас, к добру или нет, выслушивают всех. Все мы в ответе за случившееся. Все мы! Не только Джессамин!

Волчий Магистр долго смотрел на бы его были плотно сжаты. Потом.— они растянулись в улыбку.

— А ты смел. Может статься, еще не все потеряно.

— Не время болтать. Ты нам поможешь или нет?

Дух снова выдержал паузу. Он перевел взгляд на других магов, потом снова посмотрел на Магистра:

— Я сделаю, что смогу. Но, честно говоря, это не так уж много.

— Ты можешь помочь нам найти чужеземцев?

— Я могу сказать, где они.

— А привести нас туда?

Фелан покачал головой:

— Нет. Мои возможности ограниченны. Я могу сообщить, где они, но, когда вы там появитесь, они уже уйдут. А сам я не могу сколько-нибудь существенно взаимодействовать с вашим миром.

— А я думал, Неприкаянные — воплощение Волшебной Силы, — вмешался Джарид, — Вы существуете как чистая энергия, да?

Фелан с нескрываемым любопытством посмотрел на молодого мага:

— Это правда. А телесных возможностей у нас нет.

— Но ты бы мог убить нас, если бы захотел. Терон же убивал тех, кто приходил в его рощу.

— Интересное замечание. Я сам при жизни слышал подобные истории. Магистр был первым из нас и куда сильнее всех остальных. Никто не мог, наверное, сравниться с ним и в умении влиять на ваш мир. Не знаю. Баден, твой друг прав. Мы — воплощенная Волшебная Сила. Но наши возможности все же не беспредельны. Впрочем, у кого как.