Броненосцы Петра Великого. Части 1 и 2 (СИ) - Кун Алекс - Страница 201

Рыцари привели к солидному зданию, в котором сразу заподозрил далеко не губернаторскую резиденцию, и оказался прав. Мог бы и сам догадаться, что первым делом рыцари пойдут благодарить высшие силы за благополучное окончание похода. Меня, почему-то, как и моих матросов, за это никто не поблагодарил — хотя приложили к походу явно больше сил. Все как обычно. Собор Сент-Мари-Маджоре, да большой, да красивый — но насмотрелся уже на них! Мне бы к губернатору…

Губернатор нас не принял. Точнее, это нам так чиновники сказали, и просили составить прошение. Жаль, несколько переоценил пробивную силу мальтийского рыцарства при штурме чиновников Франции. Написали прошение, завели светский разговор. Это в моем времени можно было заполнить бумажку и послать ее по почте. В этом времени, прохождение бумажки напрямую зависело от заинтересованности чиновников, подать ее сюзерену как можно скорее и под нужное настроение. Вот и делились деньгами и сногсшибательными известиями, в которых рыцари на белых конях освобождали стенающих под османами христианских дев от этой тяжкой участи. Немного подумал, и переформулировал, что девы страдали под гнетом осман — а то как-то многозначно получалось. Хотя, это же французы, тут любой вариант удивления вызвать не должен, если только поинтересуются, а как к этому освобождению отнеслись девы.

Еще несколько смущал мое повествование, факт османских кораблей на рейде. На этом фоне страсти по спасению истинных сынов и дочерей церкви выглядел не так выпукло. Переговорили и об османах — чиновники обещали послать на корабли под лунным флагом сообщения о заключенном мире. Причем, о заключении мира рыцарям поверили на слово — все же и от них есть толк.

До вечера гуляли по городу, аудиенцию нам обещали как можно скорее, но точно не сегодня. Как обычно — ждите ответа, и что за нами пришлют.

Что можно сказать о Марселе? На пушечные редуты нас не пустили, как и в форты. Жилые кварталы были совершенно обычные, для Европы, узкие и высокие скворечники, стоявшие стена к стене. Мастерских было много, но на фоне моих заводов эти кустари не смотрелись. Оставался только порт, жизнь в котором задавала ритм всему городу.

В порту было многолюдно, и агрессивно. Пожалуй, это будет второй порт Европы, где приходилось лавировать в толпе, обходя кучки зевак, с мордобоями в центре. Порадовался рыцарям, идущим с нами при полном параде, то есть при железяках. Посмотрев на них, к нам не лезли. Но в целом, порт производил впечатление жизни, бьющей ключом, и при этом громко гомонящей. В портовых лавках понравились ценники на товар. За проведенные, в этом времени, года — успел привыкнуть, что цены на товар в лавке надо спрашивать у продавца. А тут такая ностальгия — к большинству товара приложены бумажки с ценниками. Это видимо потому, что гомон в порту стоял уж очень разноязыкий. Огорчало только то, что цены на бумажках были грабежом чистой воды. Но горячего хлеба и вкусностей к нему хотелось еще с утра — начали активно торговаться.

Уже идя к шлюпкам, сделал закономерный вывод — не знаешь языка — плати в три раза больше, а если знаешь, то с тобой обойдутся вполне по-божески.

Утром вставал тяжело и болезненно, мой организм так и не выработал иммунитета к ядам, которыми вчера отмечали… да чего только не отмечали. День обещал быть длинным.

Большую часть мальтийцев отпустил в город. На кораблях оставались только дежурные и полный комплект канониров одного борта. Ну, еще и те, кому в городе было особо делать нечего, или не на что — но последние в моих экипажах были изрядной редкостью.

Вечером к нам опять пожаловали портовые службы. Пришлось плыть с ними в город, разбираться с проблемами и торговаться отдельно, за каждый выбитый зуб.

Вернулся на фрегат, и застал приглашение на обед к губернатору. Оперативно они.

Вечером и утром наша посольская миссия занималась подготовкой к обеду. Вроде бы, что в этом сложного? Взял ложку и пошел. Не тут то было. А как рассядемся? А что делают остальные, пока один говорит, что бы выражением лиц поддерживать говорящего. А как… А что… Не хочу быть дипломатом, даже поесть спокойно — и то нельзя.

Герцог принял нас в резиденции еще до обеда, так сказать, снизойдя до приватных бесед перед основным мероприятием. Раскланивались и вручали весьма ценные подарки.

Нас знакомили с многочисленной свитой герцога, и навязчиво пытали о новостях. Все же к османам тут было отношение особое. Вроде, как и нехристи, но таких, в Марселе, полный порт. Вроде, как и дань, султану Франция платит — но с другой стороны и пользы от него много, и торговые дела с ними обширные, да и совместные военные операции не редкость. Вот и выспрашивали нас о малейших нюансах.

Герцог, за светским допросом, демонстрировал нам шедевры живописи, которой Марсель славился, и прочие диковины. Демонстрировал явно не для рыцарей, которые тут считались куртуазными кавалерами, а для медведей из Московии, недавно слезших с елки. Не стал портить герцогу праздник, поахал над патефоном, любовно продемонстрированным нам хозяином — вот уж действительно диковина, и кто же такое чудо сотворил? Даааа? Это сами немцы так сказали? Обязательно куплю и себе такой. Интересно, а фотоаппарат уже дошел до этих краев? Не дошел, жаль.

Курили в узком кругу на балконе. Солнце пригревало, и отгоняло позднюю осень от нагретых стен домов. Вид на город был замечательный, даже наши корабли на рейде просматривались. Говорили о баталиях. Рассказывали в основном рыцари, у них это получалось красиво и по-рыбацки. Герцог, вроде как, и верил, но мелкие черточки наших кораблей на рейде за серьезный флот не принимал. Пришлось вмешаться.

Поведал Великому, что эти самые корабли, совсем недавно угробили не один десяток линкоров осман, а уж кораблей среднего класса — вообще без счета, и, кстати, примерно с этих же дистанций, спалили не одну османскую крепость. Преувеличивал, конечно — но рыцари все подтверждали, хотя, их там и не было. Задачи напугать герцога старался избегать, и все это рассказывал так, промежду прочим — но с подтекстом, что к новому флоту стоит отнестись со всем уважением. И дал понять, что новый флот на Средиземноморье навсегда, и с ним лучше дружить, чем снабжать его целями для атак.

Герцог вежливо согласился, но до конца не поверил. Ничего, он теперь будет землю рыть, в поисках подтверждающих или опровергающих фактов.

Перешли к обеду. Давненько меня так вкусно не кормили. Наш кок, конечно, молодец, и со своей задачей справляется — но он еще и абордажник, по совместительству, ну и готовит — как на абордаж ходит — все быстро накрошить и сматывать. У герцога повара были скорее алхимиками — собирали в кучку совершенно разные ингредиенты, засовывали их в печь и часами ждали, что же получится. Результаты видимо опробовали на поварятах, иначе и не могу представить, зачем еще их надо под сотню человек. Зато, то блюдо, после которого выживали — получалось очень вкусным и оригинальным.

Смакование обеда портили только разговоры. В очередной раз убедился, что русская традиция откладывать деловые разговоры на после обеда — мудра. Под приятное белое и малосольную красную рыбку, с вкраплениями не пойми чего, но то же вкусными — подошла бы история странствий, или дворцовые интриги. Но точно не расспросы, как османы летали частями через крепостные стены. Вот смотрю в круглые глазки светской дамы слева, лучше бы они тут Таю посадили, и думаю, что ей ответить. Покрутил рыбу на четырехзубой вилке, решил говорить ту правду, которая укроет князя дымовой завесой.

— Нет мадам — сделал паузу, мало ли неправильно предположил ее статус, хотя, для мадмуазель она несколько повзрослела, ей парик и тот уже, наверное, тяжело носить — ничего подобного мне видеть не приходилось. Увы, но мой удел бумажки и договора. Мне бы хотелось гордо рассказывать о своих победах, только вот рассказывать нечего. Зато хотите, расскажу вам о подвигах рыцарей по захвату и спасению Константинополя! Или как адмирал Крюйс бился на морях с османскими эскадрами!.. Хорошо, давайте расскажу о Крюйсе. Мне посчастливилось быть летописцем всей этой кампании, и поверьте, если вы где-то услышите нечто иное, то это досужие выдумки, так всем и рассказывайте. А началось все после того, как неожиданным ударом рыцари ордена ворвались в Константинополь и послали меня, случайно оказавшегося рядом, за помощью. Ну что вы, мадам! Совершенно случайно. Мы возвращались домой из посольства, и застали бой в проливе. Просто наше судно было очень быстрое, да, то самое, вот нас и отправили за помощью, так как рыцари держались из последних сил, мы проскочили проливы, и упали в ноги к царю нашему Петру Алексеевичу. Моля его о помощи воинам Христа. Петр Алексеевич велик душой и благочестием. Он отправил на помощь осажденным со всех сторон рыцарям — адмирала Крюйса, с великим, новым, русским флотом. И помощь подоспела буквально в последние минуты! В первой же баталии адмирал Крюйс показал себя изрядным флотоводцем…