Битва в Носферусе - Куримото Каору - Страница 14

Больше половины воинов прошло службу в приграничном патруле в Альвоне, Тауриде и Талосе. И хотя они тогда без конца смотрели на пустынный берег через реку, теперь все окружавшее было непривычным. Большинство из них ни разу не встречало живых семов, но слышало о множестве смертоносных тварей, населяющих пустыню. А уж бывать здесь вообще никому не доводилось.

В Приграничье ходили рассказы о людях, по каким-то невероятным причинам забиравшимся сюда. Среди них были купцы, искавшие заброшенный кананский город, по легенде, полный золота. Но о ком бы ни повествовали эти рассказы, все они заканчивались неизбежно трагически. Лишь немногим удавалось добраться туда, где сейчас находилось войско, а вернуться не смог никто.

Конечно, воины прекрасно знали подобные истории. Они не говорили об этом во всеуслышанье, боясь наказания, но если рядом не было командиров, тут же начинали перешептываться. Кое-кто поговаривал о том, что командование одержимо злыми духами, ведущими людей на верную смерть.

Командиры, собравшиеся сейчас в генеральском шатре, чувствовали настроение войска.

— Позвольте мне, пожалуйста, задать один вопрос, — сказал граф Марус, командующий фортом Таурида и двумя тысячами синих всадников.

— Что такое, Марус? — Амнелис пристально посмотрела на него своими пронзительными зелеными глазами. Она была настроена решительно, но ее терзала досада. Источник этой досады был вполне понятен — человек-леопард и парросские близнецы. Они нанесли ей тяжкое оскорбление, причем будучи у нее в плену, и к тому же после этого сбежали.

Сейчас все командование сгрудилось у стола, на котором была расстелена огромная карта Носферуса, начерченная черной тушью по пергаменту из овечьей кожи. На ней виднелось несколько пометок красным и синим.

Командиры вперили глаза в карту, не в силах выдержать взгляда Амнелис. И лишь один граф Марус, стоявший справа, мог смотреть ей в глаза. Рядом с ним стоял Иррим, второй человек в командовании Талосской Заставой, под началом которого находилась тамошняя пехота. Дальше стояли виконт Лиган, сын графа Рикарда, командовавшего Альвонской Заставой, и юный Астриас, пылавший от стыда и гнева. Далее у стола находились граф Влон и барон Линдрот, командовавшие отрядами белых воинов, находясь непосредственно под началом Амнелис.

Она была, как всегда, очаровательна. Ее светлые волосы струились по плечам золотой рекой. Гадатель Гадзус прятался в тени своей госпожи, а рядом с ним стоял белый воин Фелдрик. Чуть в стороне сидел некто, таинственный и молчаливый. Кто этот человек — не было известно никому из присутствовавших.

Он выступил в поход вместе со всеми, но ехал не на коне, а в паланкине с плотными занавесками, в каких обычно перевозят женщин в восточных краях. Одежда незнакомца была плотной и довольно мешковатой, так что сказать о нем нельзя было ровным счетом ничего.

Хотя командиров и одолевало любопытство, они ни словом не обмолвились об этом. Таинственный незнакомец переправился через реку одним из последних. Его окружали белые воины, в дальнейшем ехавшие рядом с Амнелис. Во время коротких остановок дверца паланкина ни разу не открылась.

Войдя в шатер и увидев незнакомца рядом с генералом, командиры решили, что покров тайны будет наконец-то снят. Но их ждало разочарование. Лицо незнакомца было спрятано под капюшоном, а плащ полностью скрывал фигуру.

Его наряд напоминал наряд Гадзуса, и командирам представилась странная картина — два черных божества стояли по бокам от золотой богини рассвета. Но если лицо и костлявые руки гадателя были видны, то человек, стоявший напротив него, не поднимал лица и не вынимал руки из карманов. По-видимому, он был колдуном. Любопытство командиров еще сильнее разгорелось, им начало казаться, что под черным плащом скрывается и вовсе не человек.

Граф Марус стрельнул взглядом в сторону незнакомца, затем поспешно отвернулся, как будто увидев то, что ему не полагалось.

— Пожалуйста, позвольте мне задать вопрос, — повторил он. — Нам приказали собраться под вашим руководством вместе со своими войсками для отправки в Носферус, что мы и исполнили. Но нам не объяснили, для чего тащить такие огромные силы в пустыню. Мы даже не знаем, сколько будет продолжаться экспедиция! — Он невольно повысил голос сильнее дозволенного.

— Я скажу вам в свое время, — ответила Амнелис ледяным тоном. — Я вам уже говорила об этом, граф Марус.

— Но когда же это случится, моя госпожа? — напирал тот на юную воительницу, годившуюся ему в дочери. — Нам необходимо знать, насколько мы оставили свои посты в Приграничье.

Амнелис не ответила, кажется, задумавшись.

— Генерал, — продолжал Марус. Он был старшим среди присутствовавших и занимал самое высокое положение в обществе. — Наши воины волнуются. Так долго продолжаться не может.

— Разве у монгаульских солдат нет рук и ног, позволяющих делать то, что велит мозг? — спросила Амнелис. — И разве я должна объяснять все свои действия простым воинам?

— Генерал… — произнес Фелдрик осторожно, опасаясь внезапной вспышки ее гнева.

Граф Марус глубоко вздохнул.

— Конечно, от вас никто этого не требует, — сказал он, так же пытаясь ее успокоить. — И все-таки я считаю, что лишь точная информация сможет унять панику, нарастающую среди воинов. Их очень интересует наша цель. Согласитесь, не слишком радостно идти туда, откуда никто не возвращался.

— Сперва мы думали, — вмешался Лиган, очень похожий на своего отца, — что нам предстоит наказать семов за разрушение Стафолосской Заставы. Конечно, Монгаул должен поддерживать свой авторитет. Но теперь все уже начали сомневаться в мудрости этого решения.

— Беспокоиться не о чем. — Амнелис взмахнула своей изящной рукой. Она по-прежнему не видела необходимости в объяснении целей похода. Однако у нее все же была причина, чтобы собрать командиров на совет. — Что ж, — произнесла девушка, собираясь с мыслями, подняла лицо и оглядела присутствующих.

Ее холодные глаза миновали графа Маруса, командиров Иррима и Тангарда, виконта Лигана и остановились на стоявшем с краю Астриасе. Несмотря на свои двадцать лет, этот молодой дворянин уже успел сделать себе громкое имя в герцогстве. Сейчас он не сводил глаз с фарфорового лица Амнелис, завороженный ее красотой.

Но встретившись с ее пронзительным ледяным взглядом, Астриас весь побагровел. Стушевавшись, он тут же опустил лицо. Амнелис, что-то почувствовав, смотрела на него еще мгновение, потом отвела глаза, повернувшись к Влону и Линдроту.

— У вас есть доказательства того, что моральный дух наших воинов падает, Марус? — спросила она, не глядя на графа.

— В данный момент нет, — поднял тот руки. — Но если мы в ближайшее время не объясним им цель похода, то слухи и домыслы будут распространяться, словно пожар, и уже к концу дня возникнут серьезные затруднения.

— Понятно, — сказала Амнелис, глубоко задумавшись. — Я ожидала большего от приграничного патруля. Ведь мы уже целый день в пустыне, а семы до сих пор не напали на нас.

— Хотя я сказал, что нет серьезных доказательств падения морального духа, — добавил Марус, — мне довелось услышать незадолго до этого совещания один слух. Многие воины полагают, что наша цель — вовсе не наказание семов, и доказательством служит…

— Что же? — спросила Амнелис, ничуть не изменившись в лице.

— Доказательством служит, — продолжал Марус, — то, что мы не посылаем разведчиков на поиск семов во всех направлениях. Вы приказали обследовать лишь восток, значит, мы должны искать что-то именно там.

— Воины меня удивляют. Они видят тогда, когда, казалось бы, не смотрят, и знают все, но при этом ничего, — заметила Амнелис, и на ее губах заиграла слабая улыбка. — Их глаза достаточно остры. Да, граф Марус, ваши подчиненные не ошиблись.

Присутствовавшие удивились, но не сильно, поскольку ожидали чего-то подобного.

— Конечно, истребление племен Сем — одна из основных задач нашей экспедиции. Но наша главная цель находится… Она… — Амнелис занесла свою изящную руку над картой и вдруг с необычайной силой ткнула указательным пальцем в какую-то точку: — Здесь!