Охота Гепарда - Левин Георгий - Страница 26

Утром встал, умылся, позавтракал и оседлал джип.

Народ просыпался неспешно, но к полудню город наполнялся. Телевидение о кризисе и рецессии говорило много и страшно. Но народ сновал по улицам, магазинам, ресторанам, кинотеатрам. Понимаю, что Москва особенный город. Все деньги страны крутятся здесь, и народу перепадает больше, чем в других местах большой страны. Понятно, что не всем подряд. Сам жил здесь, еле сводя концы с концами, знаю так жил здесь в Москве не я один. Но обездоленные в воскресенье сидят дома, за исключением тех, кто работает в переходах, возле магазинов и в метро. Есть, кто просто работает, а есть, кто просит милостыню. Конечно, среди этих просящих есть и истинно нуждающиеся люди, но таких очень мало. Стоять с протянутой рукой очень трудно обычному человеку. Занимающиеся этой работой люди, конкурентов не любят, постороннему стоять и просить не позволят. У них план и доход от выручки. Но меня эта суета не касалась. Вот и наслаждался благами жизни.

Вначале заехал в торговый комплекс. Он расположен на выезде на Калужское шоссе, возле МКАД. Побродил по ИКЕИ, сходил в кинотеатр. Там же пообедал и отправился в "АШАН". Поддавшись общему психозу, выехал оттуда с полной тележкой. Набрал еды на месяц. Загрузил это в джип, удивляясь своей глупости, и поехал кататься по Москве. Так и колесил до вечера. Освещённая огнями Москва прекрасна! Я жил в ней, когда она была столицей большой страны, но теперь она стала ярче и прекрасней. Я любовался ей, но скучал по моему миру. Примитивному, с точки зрения любого жителя этого мира, но дорогому для меня. Никогда не говорил ни с кем на такие темы. Скучают ли люди по покинутым родным местам? Или более колоритная и комфортная жизнь поглощает их? Мнения других людей не знаю, просто высказал, свои чувства и ощущения. Мне здесь было плохо и грустно.

Так катался, смотрел и думал.

От суеты города устал. Хотел зайти в ресторан поужинать, но передумал. Поехал домой. Сначала подъехал к своему подъезду и за три раза перетаскал пакеты с продуктами в квартиру. Затем поехал и поставил джип на стоянке. Мороз к вечеру усилился. Звёздное небо светило над головой, фонари освещали пустынные дороги города Московского, а я трусцой бежал к своему дому. Уже настолько привык к этому телу, к этой жизни, что везде говорю "своему", "себе", "я". Человек ко всему рано или поздно привыкает. Наверно, так устроена жизнь. Так и провёл этот воскресный день.

Понедельник оказался не только началом недели, но и началом весны, вернее её самой неприятной части, когда Вас встречает хмурое небо, пробирающая до костей сырость и слякоть тающего снега. Когда вспоминаешь, что это всё-таки февраль, становиться ещё более неуютно. В таком настроении шёл к стоянке. Игорь, позвонил и сказал мне в какой кабинет идти. Но до ГУВД ещё надо было доехать. Со стоянки выехал в 10.05 и тащился почти полтора часа. Москва, пробки. Пропуск мне был уже выписан, осталось только предъявить свой паспорт. Сделал это, поднялся в отдел кадров и в 13.11 из здания ГУВД вышёл старший лейтенант милиции Фомин Виктор Лукьянович. В новеньком удостоверении указывалось, что его обладатель имеет право на ношение оружия! Вот только кроме права, больше ничего у меня не было. Ещё мне сообщили, что я оперуполномоченный ГУ уголовного розыска по городу Москве, знал и фамилии руководства, и номер телефона дежурной части. Но кадровик, выписывавший мне удостоверение, сказал, что эти подробности лишние. Хотя это секретные сведения, но минимум 85 % сотрудников милиции знает, кому выписывают удостоверение этой серии. При этом он старался отвести свой взгляд и постарался избежать моих вопросов, сообщив, что обед у них с 13–14. Я намёк понял и простился. Подходило назначенное время встречи с моими новыми сотрудниками. Ехал к нему и нарвался на инспектора ГИБДД. Джимы тормозить любят. Сохранился старый стереотип, что в них ездят только богатые, но как убедился остановивший меня инспектор, не только они. Предъявил ему удостоверение. Моё звание на капитана впечатление не произвело, но здесь убедился в правдивости сказанного кадровиком. Инспектор скользнул взглядом по серии удостоверения, его лицо сразу стало озабоченным и он, молча, отвернулся, а я поехал дальше. Думая, что богатым и при власти неплохо жить и в этом мире.

По дороге проехал мимо универмага "Москва" купил цветной школьный рюкзак, пенал, ручки и фломастеры. Припарковался у "Чебуречной". В небольшом зале было человек пять посетителей. Пожалел, что назначил здесь встречу. Посетители будут мешать разговору. Решил отдать рюкзак девочке и дождаться Алексея и Вячеслава снаружи. Вячеслав был местный и подскажет, где мы сможем спокойно посидеть и поговорить. С таким решением вступил во владения Гурлена, его кухню. Поздоровался и отдал девочке рюкзак. Оно вытерла руки и осторожно взяла его. Её лицо светилось от счастья. Моё сердце невольно сжалось, навалилась тоска по моим детям. Странно! Жил человек без семьи, уже не мечтал ни о чём. Смирился совсем. Обзавёлся семьёй и постоянно скучает, думает о ней. Подавил эти воспоминания. Гурлен вытер руки и подошёл ко мне.

— Балуешь ты мне внучку! Кушать будешь?

— Да хотел, но у меня встреча. Нужно поговорить, а в зале люди. В другой раз.

Ответил я, с жалостью посматривая на горку румяный чебуреков на тарелке. Гурлен увидел мой взгляд и улыбнулся, всё понял без объяснений. Я смотрел на чебуреки с вожделением, даже сглотнул слюну пару раз.

— Слушай! У меня есть небольшая подсобка, там стол три стула. Места конечно не много, но посидеть и поговорить можно. Никто мешать не будет. Идём, посмотришь и решишь. Я буду рад угостить тебя, сегодня хорошо печётся.

Он проводил меня в подсобку. Конечно, это были не хоромы, но поговорить здесь можно было. Ради его чебуреков и лаваша это сделать стоило! Я согласился и пошёл встречать Алексея и Вячеслава.

Вскоре они приехали. Вячеслав был полной противоположностью Алексея. Худощавый мужчина, среднего роста, с невыразительным лицом, коротко остриженными волосами, лет 40. Такого в толпе и не заметишь. Внимание привлекал только его взгляд. Цепкий, внимательный. Его рукопожатие было крепким. Как бы он не выглядел, но сила в его руках чувствовалась. Процесс знакомства много времени не занял. Мы прошли в подсобку. На столе уже стояли тарелки. Одна с овощами и зеленью, вторая с нарезанным сыром "сулугуни" и три пустые. Как только мы вошли, девочка внесла и поставила на стол большую тарелку с чебуреками. Поставив её на стол, она тут же вышла. Упрашивать никого было не нужно, дружно опорожнили тарелки и с чувством исполненного долга, откинулись на стульях. Но Гурлен занёс три чашки чая и тарелку с тремя "хачапури". Снова придвинулись к столу. Казалось, что желудок был полон и туда уже ничего не влезет, но опустевшая тарелка доказывала обратное. Правда, никто от этого не расстроился. Справились со всем, теперь можно было и говорить.

Объяснил стоящую задачу. Положив на стол фотографии, где был запечатлён Тимин с подругой. До этого никогда не сталкивался с розыском человека, об этой работе знал из книжек и фильмов. Алексей был бойцом. Мог преследовать, брать вооружённого преступника, но Слава был из розыска. Он и взял инициативу в свои руки.

— Начнём с осмотра квартиры. Адрес известен, это будет не сложно. Сейчас кто-нибудь из вас напишет заявление о пропаже родственника. Это территория нашего ОВД. Дежурный сегодня нормальный мужик, я с ним договорюсь, он примет заявление. Начальник болен, его заменяет мой друг, он отпишет это заявление мне, и мы спокойно осмотрим квартиру на законных основаниях. Уже после осмотра будем думать дальше.

Мы с Алексеем не возражали, руководство розыском оставили за Славой, став его помощниками. Но вначале решили ещё один вопрос. Оказалось, Алексей и Слава имели неучтённые стволы, как выразились они. Безоружным оставался один только я. Учитывая, что Вола искали не одни мы, а и Кар с лагами, оставаться без оружия мне было неразумно. Кар опасности не представлял, но в каких тварей вселились разумы свирепых лагов? Я не знал. Это нужно было решать. Слава помог и здесь. Он подсказал, где найти человека, который мог решить этот вопрос. Для меня это было открытие. О том, что оружие продают в магазинах, я знал, но о наличии "чёрного" рынка, где им торгуют? Даже не представлял. Вот наивность! Но лицо делал знающее, позориться не хотелось. Я быстро под диктовку Славы написал заявление о пропаже моего "племянника", отдал его ему. Алексей передал Славе половину данного мной ему аванса и ключи от своей старой "девятки". Я рассчитался и простился с Гурленом. Мы покинули его подсобку. Слава поехал в ОВД оформлять бумагу, а мы с Алексеем поехали за оружием, на моём джипе. Алексей был со своим неучтённым "ТТ" стареньким, но по его словам вполне надёжным.