Горец-изгнанник - Маккарти Моника - Страница 65

— Если это все, что вы можете сказать, то, боюсь, я слишком занята. — Она отвернулась, но Патрик схватил ее за руку, прежде чем она успела направиться к двери.

— Это не все. Ты не можешь выйти замуж за другого, потому что любишь меня, а я люблю тебя.

— Любовь? Определенно у вас странный способ показывать ее.

Чувство, которое отразилось на ее лице, поразило его. Он обидел ее…

— Я люблю тебя всем сердцем. Я уехал, потому что люблю тебя. Думал, так будет правильно. Думал, тебе будет лучше без меня.

Она внимательно вглядывалась в его глаза.

— Что заставило вас изменить свое мнение?

— Я понял: если тебе хоть вполовину так же плохо, как мне, то ты не сможешь быть счастлива с другим. — Сердце у него сильно билось от страха. — Я ошибался?

Слезы затуманили ее глаза, и в его душе затеплилась надежда.

— Как ты мог бросить меня? После всего, что мы пережили? — Она с неожиданной силой ударила его в грудь своим маленьким кулачком. — Ты хотел, чтобы я поверила, будто ничего для тебя не значу?!

Он обнял ее и погладил по шелковистым волосам.

— Мне так жаль, любимая. Мое единственное оправдание — я слишком люблю тебя. И хотел, чтобы тебе было хорошо.

Она снова ударила его.

А его маленькая кошечка с норовом!

— Ты — вот что для меня самое лучшее, ты, дурень.

Слов милее он еще не слышал, хотя придется ему поработать над ее лексиконом. Он снова обнял ее и крепко прижал к себе.

— Значит ли это, что ты не выйдешь замуж ни за кого другого?

Лиззи отклонилась, чтобы посмотреть ему в глаза, на ее губах играла озорная улыбка.

— А ты не хочешь спросить, за кого я выхожу замуж?

Патрик нахмурился.

— За Роберта Кэмпбелла, думаю.

Лиззи покачала головой.

Его лицо стало жестким.

— Тогда за кого же? Скажи мне, и я его прикончу.

— Еще одно «случайное» нападение на дороге? Спасибо, но больше никакого членовредительства ради меня.

Он удивленно поднял бровь. Она это вычислила? Терять ему было нечего, и он не стал придумывать отговорки.

— Мерзавцу повезло — я ведь не знал всего о его подлом поведении. А теперь ответь мне.

— Не знаю, — увильнула она от ответа. — Я еще не решила, простить ли тебя.

Он склонился к ней в нежном примиряющем поцелуе, его сердце наполнилось счастьем, когда он услышал ее слова. Патрик прервал поцелуй и посмотрел ей в глаза.

— Назови свою цену, любовь моя. Я готов сделать все, чтобы вернуть тебя, даже если для этого мне придется стать на колени и умолять о снисхождении.

Она наморщила носик, как будто серьезно задумалась.

— Звучит интригующе. Я вспоминаю последний раз, когда ты стоял на коленях. — Он увидел ее довольный взгляд, и его охватило желание. — Но я не думаю, что это потребуется. Считаю, будет достаточно того, чем Катрина усмирила моего брата.

Патрик удивился:

— Как же ей это удалось?

Лиззи провела его рукой по своему животу.

— Она поклялась, что будет рожать ему только девочек.

Сердце Патрика оборвалось, лицо его побледнело при этих словах. Ноги его ослабели, и ему пришлось опереться о стол.

— У тебя будет ребенок?

Лиззи кивнула.

Патрик сел на ближайшую скамью и обхватил голову руками, эмоции захлестнули его: и всего этого он мог лишиться. Она села рядом, и когда он поднял голову, глаза у него светились от счастья.

— Господи, Лиззи! Я и не думал, что когда-нибудь буду чувствовать себя таким счастливым.

Он добивался Лиззи ради возврата своей земли, но даже не догадывался, как много она может дать ему. С ней у него будет дом, семья. И любовь, и счастье, о чем он долгое время не мог и мечтать.

Он снова поцеловал ее. Легко. Нежно. Этот момент останется в памяти навсегда, настолько острым было ощущение.

Внезапно Патрик все понял.

— Ты ни за кого не собиралась выходить замуж. Ты ждала меня.

Лиззи улыбнулась. Она прижалась щекой к его груди и вздохнула:

— Ну наконец-то понял.

Сердцу вдруг стало тесно в груди. И на этот раз, когда Патрик поцеловал Лиззи, ему ни к чему было сдерживаться.