Зимнее солнце - Нартова Татьяна - Страница 74

Азули хмыкнула. Вообще, отношения между главой узнающих и верховным леквером больше всего походили на шахматную партию, где каждая сторона пыталась даже не сделать свой правильный ход, а просчитать как можно больше ходов противника. И с каждым новым веком игра становилась все сложнее и интереснее. Всевидящей порой казалось, что исход ее уже предрешен и давно известен ей, читающей чужие судьбы в своих собственных снах. И вот именно в такие моменты Сотворитель преподносил ей очередной сюрприз. Причем такой, что заставлял Азули долгими ночами не спать, подчас даже с каким-то отчаяньем раздумывая над сложившейся ситуаций. Так произошло и на этот раз. Правда, вначале все больше походило на обычную шутку или скорее местную байку о втором пришествии с карантинного мира. Девушка до сих пор не могла простить себе того, что первые несколько дней лишь отмахивалась от подобных россказней. Но после одной ночи, точнее, после одного своего сна, Азули перестала так безответственно относиться к появлению в этом мире еще одного человека. Хотя, даже тогда это не толкнуло ее на решительные действия. И только после того, как в них всплыло знакомое имя Гервена Элистара, Всевидящая по-настоящему стала беспокоиться. Но было уже поздно. Так что впервые в жизни Азули пришлось не обходить все козни Совета, а пытаться отнять у него свою законную добычу. И вот, по прошествии полутора месяцев, узнающая ни разу не пожалела о решении принять Лиду в свои ряды. Эта девка была хитра, обладала недюжинным умом и буквально притягивала полезные знакомства и знакомых. Основной же проблемой стала даже не ее поимка, а Дэрлиан, неожиданно взявший контроль над этим делом в свои загребущие ручонки. С первых же дней стало ясно, что леквер не только не осуждает человеческую девушку, он искренне сочувствует ей.

Всевидящая наконец достигла верхнего этажа, и, почти не тратя времени на отдых, прошествовала к еще одному посту, теперь уже электронному. Громадная машина у двери, больше напоминавшая холодильник-переросток, при приближении Азули замигала всеми своими огоньками, встроенными в переднюю панель, а ледяной голос потребовал:

— Предъявите ваш личный допуск! — узнающая давно отработанным жестом вытащила из потайного кармана платья маленькую карточку, вставляя ее в небольшую прорезь в боковой панели автомата — охранника. Дверь сейчас же распахнулась, впуская девушку в ее покои. В отличие от кабинета Сотворителя, спальня Всевидящей больше всего походила на научную лабораторию. Только маленький диванчик в углу, который обыкновенно ставили в качество постели в дешевых гостиницах, выдавал в этом хаосе из стекла и железа вполне жилое помещение. Однако Азули это устраивало, потому что она могла работать, практически не отрывая пятой точки от мягкого пледа из натуральной шерсти, да и никуда выходить лишний раз не приходилось.

На низком столике в центре комнаты узнающая увидела искомые документы и, довольно потерев руки, принялась складывать вещи в достаточно объемную дорожную сумку. Сейчас от ее скорости зависел успех всей операции. Если дать возможность этому мальчишке хоть немного прийди в себя после недавнего разговора, он может еще что-нибудь придумать, да такое, что потом за столетие не разгребешь последствия. Конечно, Азули явно дала ему понять, чтобы Сотворитель не вмешивался в ее игру, да только послушается ли он столь доброго совета? Слишком уж быстро леквер согласился на то, чтобы представительницей от правителя в суде стала она. Червячок сомнения с каждой минутой превращался в настоящего удава, медленно душившего девушку всей своей массой. Нет, Сотворитель был не из тех, кто так легко сдавался. Узнающая на мгновение сморщилась, но потом, кое-что вспомнив, вновь усмехнулась. Она тоже не собиралась упускать возможности присоединить в свои ряды столь замечательную особу, коей являлась Лида. К тому же у нее был еще один козырь, как раз приготовленный на случай, если дело дойдет до суда.

— Всевидящая, — раздался голос со стороны незапертой двери. Азули на мгновение вынырнула из своих мыслей, переключив внимание на очередного представителя жалкого лекверского рода, — Вас хочет видеть Сотворитель.

— Хорошо, — как можно спокойнее кивнула узнающая, хотя ее просто разрывало от удивления. Никогда прежде Дэрлиан так быстро не работал, тем более что для создания личного допуска в Ревет-Завер требовалась не только куча сил, но и колоссальная сосредоточенность. Или это очередная гадость, или допуск был уже заранее готов. Но тогда почему же Сотоворитель так долго и рьяно сопротивлялся тому, чтобы Азули поехала вместо него на суд?

Теряясь в догадках, Всевидящая рванула в сторону основного Дома, едва не сбив с ног давешних охранников. Она уже собиралась отправиться в совещательный зал, где обычно леквер принимал всех своих подчиненных, когда ее окликнула личная служанка Дэрлиана:

— Азули, он ждет вас в своем кабинете, — девушка даже не успела как следует оскорбиться на столь фамильярное к себе обращение, настолько ее удивил сам факт того, что Сотворитель снова решил изменить всем своим правилам. Он никогда не принимал никого у себя в личном кабинете, если только дело не касалось того, с кем он собирался говорить. Вряд ли Азули грозила взбучка. Как раз наоборот, все громкие речи и постукивания кулаком по стулу глава страны предпочитал разыгрывать на публике. В обыденной жизни леквер редко повышал голос более чем на полтона. Едва не задыхаясь от любопытства, Всевидящая ворвалась в кабинет шефа, так и застыв на пороге.

— Садись, Азули, — не выпуская чашки отвара из рук, приказал Дэрлиан.

— Я постою, — мрачно откликнулась девушка.

— Сядь, — не меняя тона, повторил мужчина, — Мне надо с тобой поговорить. Не как Сотворитель со Всевидящей, и даже не как леквер с узнающей. Я хочу поговорить с тобой, как Дэрлиан Истиский с Азули. Или как там тебя звали до того?

— Неважно, — девушка сразу обмякнув уселась в кресло напротив Сотворителя, пытаясь заглянуть вглубь его глаз. Да только там ничего не было, — как ты правильно заметил, это было до того. Так что ты мне хочешь сказать, Дэрл?

— Прежде чем ты оправишься в столицу, мне надо тебе кое в чем признаться, — Азули невольно приподняла бровь. Или она ослышалась, или леквер действительно хочет ей в чем-то признаться? За свои пять тысяч с небольшим лет девушка научилась отличать ложь от правды, поэтому сейчас была поражена еще больше, — Все, что ты видела в последние несколько месяцев, все твои сны и видения были не чем иным, как моими посланиями.

— Что?

— То, — Дэрлиан почти покаянно опустил глаза, но уголки его губ продолжали приподниматься сами по себе, — Лида не может быть одной из узнающих. Она обычный человек, поэтому и наказана должна быть, как самый обыкновенный преступник.

— Но я же сама видела ее в качестве…

— В качестве твоей правой руки? — насмешливо продолжил мужчина, — Нет, Азули. Лида не может быть узнающей, это не ее судьба.

— Но как ты смог проникнуть в мою голову? — ошарашено произнесла Всевидящая, — Никто этого не мог, никто!

— А я и не проникал, — хмыкнул Дэрлиан, — Ты сама себя запутала и запугала. И вообще, ты не хуже меня знаешь, что человек всегда видит то, что хочет. Даже во сне. Пока ты напряженно думала о том, что может означать появление Лиды в этом мире, я все больше разжигал о ней слухи и сплетни внутри Дома и за его пределами. А от частого повторения одного и того же присходит запоминание. После недели постоянного капанья тебе на подсознание, мне оставалось только совсем немного применить свой дар.

— Но ведь ты можешь только создать внешние образы! — засомневалась Азули, с горечью сознавая всю правдивость рассказа Сотворителя. И правда, несколько первых дней после появления в Кайросе Лиды о ней говорили едва ли не чаще, чем о самой Всевидящей, когда она появилась в Доме.

Дэрлиан пожал плечами, словно извиняясь за свое поведение:

— Ну… я же не виноват в том, что тебе в голову втемяшилось следить за мной? Ты первая проникла ко мне в сознание, первая начала отслеживать все мои мысли и поступки. Но ведь ты отлично понимала, что это не может остаться без последствий. Ты увлеклась, Азули.