Ловящая время - Нартова Татьяна - Страница 33

— Ничего себе! — произнес Ирсиан, недоверчиво трогая рисунок на стене, — Вот это маги отгрохали дворец! Самое интересное, что я сначала подумал, что это всего лишь хорошо накинутый морок. Ничего подобного. Можете сами проверить — все это настоящее.

— Они ворочают капиталами таких масштабов, что нам и не снилось. Представьте себе, что каждый чародей, который работает на конфедерацию, отдает ей половину заработанных денег. Плюс еще те, кто называет себя "вольными волхвами". Они отдают еще больше — почти все в казну магической верхушки. Услуги мага, между прочем в наши дни не дешевы, — проговорил Ирсиан, поднимаясь наверх. Мы проследовали его примеру. Сначала надо разведать, где тут что, освоиться и устроиться. А уж потом начать любоваться всей этой красотой. Лестница открывалась в странный коридор, состоящий из одного пола, выложенного стеклянными и каменными кусочками в виде мозаики. Вместо стен в этом коридоре были невысокие изящные решетки. Я глянула через одну из них вниз и буквально застыла. Приятели также удивились, увидав под нами громадное поле, по которому текла река.

— А вот это уже морок, — довольно произнес синеглазый, привычно встряхивая рукой в воздухе.

Когда мы перешли через необыкновенный мост, то сразу уперлись в высокую двустворчатую доску, больше всего походящую на ворота. За ней начиналась целая сеть небольших одинаковых коридорчиков с множеством дверей. Ирсиан постучал в самую крайнюю из них, но никакого ответа не последовало. Тогда он толкнул дверь, и она с тихим скрипом растворилась. Я не удержалась, всунув в открывшуюся щель голову. Такого я еще не видела. За дверью ничего не было — ни пола, ни потолка, ни окон, ни мебели. Сплошное безграничное пятно режущего глаза белого цвета. Словно за порогом поставили лист белоснежного картона.

— Что это за дрянь? — испугалась Клен.

— Это так называемая моделируемая комната, — откликнулся маг, входя во внутрь, — Теперь я чувствую себя, как дома. Честное слово, я уж было испугался, что местные кудесники разучились колдовать.

Лицо Ирсиана прямо светилось от удовольствия. Зато лица остальных приятелей с каждой секундой все более мрачнели. Маг свободно ходил по белому пятну, словно зависая в воздухе, вращался, прыгал. Казалось, будто он стал двухмерным, плоским бумажным человечком, которого двигают по прямоугольнику бумаги. Я не удержалась и тоже вошла в странную комнату. И чуть не вскрикнула, чувствуя, что меня ничего не держит. Ноги не упирались в привычную твердую поверхность пола, я словно шагала по воздуху, при этом не падая. Нет, никакой невесомости я не ощущала. Меня все также тянуло куда-то вниз. Но странное чувство свободы перемещения, почти полета оказалось очень приятным. Настолько приятным, что я весело подпрыгнула прямо на месте, чувствуя, что никак не могу упасть. Надо мной была безграничная белизна, подо мной то же самое. Маг вовремя поймал меня за руку, остановив мое движение

— Лучше так не делай. Эта комната не имеет границ. Ты же не хочешь лететь всю жизнь?

— Слушай, как тут жить? — удивилась я, краем глаза замечая, как во внутрь вошли Клен с Тертеном. Парень плюхнул сумку, которая так и осталась лежать на месте.

— Она права, как тут существовать? Или мы и спать должны в воздухе, а? — раздраженно поинтересовался он. Ирсиан только пожал плечами, усаживаясь в неизвестно откуда взявшееся кресло.

— Это заклинание работает по принципу "что захочешь, то получишь". Конечно, золотых гор или изображения леса ты не добьешься. Но, — приятель легонько стукнул ногтем по спинке кресла, — мебель и стены по вкусу выбрать можно. При этом магом быть не обязательно.

Я только в раздумье потерла лоб, начиная представлять, что бы мне хотелось. Тертен сзади меня судорожно отшатнулся от самой настоящей стены с обоями. Я оглядела результат своих мыслительных трудов и добавила к комплекту стен еще и пол. Теперь под ногами привычно оказались доски, а глаз начал усиленно цепляться за новый интерьер. Клен, похоже, поняла принцип действия интересной комнатки, и уже свободно расположилась на широкой кровати с десятком подушек. Следующим шагом был громадный тяжелый стол с множеством ящиков, выросший рядом с Тертеном. Теперь помещение начало приобретать жилой вид, особенно когда в нем появилось окно со шторками. До того пространство было освещено словно отовсюду ровным мягким светом. Пару горшочков с цветами и горящий торшер добавили уюта. Больше уже нечего было изобретать и мы дружно хлопнулись на кровать, подтягивая к себе тяжелые торбы.

— Надо бы тогда, наверно еще одну комнату занять, — предложил Тертен, — не будем же мы в одной ютиться?

— Успокойся, Терт, для этого не обязательно занимать еще одну комнату, — ответил Ирсиан, подходя к вновь созданной двери и распахивая ее в широкий коридор, — Я же сказал, что каждая комната практически безгранична. В ней одной такой можно создать целый девятиэтажный дом.

Тертен прошел во внутрь коридора, распахивая все новые двери. Я присоединилась к приятелю, обнаружив две ванные комнаты, туалет, гостиную и еще три спальни. Теперь мне становилось понятно, почему в таком маленьком здании (а выглядел оно совсем не большим снаружи) могли жить сразу несколько сот магов.

— Думаю, что нам пора отдохнуть, — предложила Клен, — я лично забиваю эту комнату себе.

— Согласен. День сегодня был полон впечатлений. А завтра, между прочем нам надо быть уже около скал. Мы и так кучу времени потеряли, — мрачно отозвался командир, входя в ближайшую дверь. Я последовала его примеру, нырнув в следующие помещение, в котором ничего, кроме стен и пола не было. Пришлось начинать оборудовать его почти с самого начала. В мгновение ока передо мной появилась кровать, диван и пару кресел, а также стол, камин и небольшой шкаф. Я довольно хмыкнула, садясь в ближайшее кресло перед огнем. Что ж, теперь можно обо всем спокойно подумать. Я переложила к себе на колени сумку, начиная усиленно в ней копаться. Все это время я чувствовала себя не в свое тарелке, словно какую-то важную часть сознания от меня убрали, отрезали.

— Иди сюда, — произнесла я, вынимая маленькую шкатулочку из дерева. Раньше в ней хранились мои украшения, теперь кроме них в самом маленьком отделении лежал кулон в виде кленового листа. Я вытащила его, осматривая. Он перестал быть красным, приобретая все больше свой привычный золотой цвет. Я осторожно сжала камушек в ладони, чувствуя как что-то знакомое, родное снова начинает окружать меня. Перед глазами на краткое мгновение мелькнули радужные блики, дохнуло свежим ветром. Я даже оглянулась на небольшое окошко, но оно было закрыто. Стараясь не думать о том, что это уже признаки шизофрении, вытащила из сумки тетрадь и ручку. Задумалась, всматриваясь в языки пламени, вслушиваясь в треск поленьев. Теперь надо было сосредоточиться, поймать за хвост мелькнувшую в голове фразу. Но перед глазами от чего-то стояло лишь знакомое, неуловимое лицо Тертена.

И вдруг я четко представила себе летящего над степью орла. На горизонте в вечернем мареве громоздились скалы. И вдруг одна картина сменила другую: море, синее, бесконечное море с берегом, на котором кучками, словно громадные богатыри, прилегшие на отдых, расположились валуны. И все эту красоту будто стирал в моем сознании образ Тертена — сильного, странного, наверное, даже загадочного. Задумчивость на его лице сменилась теплой улыбкой. Гранитный, простой, как плоская степь на первый взгляд, постепенно разливающийся бескрайним морем чудовищной глубины.

Облаков створы вновь солнца луч раздвигает,

Небо ищет в бескрайности вечной предел.

Кто на суше живет, тот, кто моря не знает,

Тот степного орла душу не разглядел.

Он парит, он крылом задевает просторы

Он спокоен и тверд, словно мудрость времен.

И друзья лишь ему — высокие горы,

Для полетов свободных он птицей рожден.

Тебе кажется, он так жесток, неприятен,