Ловящая время - Нартова Татьяна - Страница 38

— Не подскажите, где здесь у вас больные? — начала я. Мужчина внимательно всмотрелся в мое лицо, и, похоже, узнал. Правда, от этого взгляд его ни чуть не изменился.

— В каком смысле, больные? — переспросил он.

— В прямом. Где тут у вас больница или медпункт? — маг только захлопал глазами, явно принимая меня за одну из выше обозначенных личностей.

— Мне к Арнону нужно, — в конец разозлилась я.

— Так вы бы сразу и сказали! — хлопнул он себя по лбу, — Это вам надо в главную резиденцию, там, на первом этаже его комната. Он еще совсем молодой, так что в жилом корпусе жилплощади не получил.

— Спасибо, — поблагодарила я, отправляясь по указанному маршруту. Парк блестел под лучами едва пробившего брешь в тучах, солнца. Тысячи блестящих капелек, осевших на листьях и земле, отражали его ненадежный свет. Резиденция встретила меня все тем же ледяным молчанием, что и в первый раз. Я поднялась по лестнице, ощущая себя здесь уже не просто гостей, а почти хозяйкой.

Комната Арнона нашлась на удивление быстро. Все благодаря тому, что в нее постоянно кто-то входил или выходил. Я шмыгнула вслед за тощей девушкой лет пятнадцати, которая даже не обратила на меня внимания. Сначала я не поняла, почему рядом с дверью так суетились, но когда вошла, то совсем растерялась. Комната мага, похоже, представляла собой спальню с отдельной гостиной. Именно в этой гостиной, куда я попала, собралось человек двадцать, отчаянно что-то обсуждающих. Я оглядела просторное помещения, подсознательно ища хоть какое-то знакомое лицо. И почти тут же нашла среди чародеев высокую фигуру нашего недавнего провожатого. Я быстро подошла к нему, бесцеремонно дергая за рукав.

— А? Простите, не заметил вас! — очнулся тот, поворачиваясь ко мне.

— Не подскажите, а что здесь происходит? — я посмотрела на собравшихся. Все были настолько поглощены обсуждением, что не замечали ни выходящих, но новоприбывших. Было ясно, что они тут не просто так поболтать собрались. Разобрать же, конкретно, о чем шел разговор, не представлялось возможным. Все толпившиеся в комнате, без исключения выражались на местном языке.

— О, Мелитриса, я должен вас огорчить, но, похоже, что с Арноном что-то серьезное. Честно признаться, я сам только недавно пришел сюда, и еще не до конца выяснил суть вопроса.

— Но что же с ним? — испугалась я. Несчастный парень вызывал во мне глубоко симпатичные чувства. Наверное потому, что был еще младше меня.

— Евернус, не могли бы вы рассказать нашей гостье, в чем дело? — обратился мой собеседник к ближайшему из магов. Тот кивнул, передвигаясь поближе ко мне. Из-за шума, царящего в комнате, приходилось практически кричать.

— Во-первых, здравствуйте, Мелитриса! — слегка поклонился Евернус. Я ответила ему быстрым пожатием руки. Странно, но мое имя здесь быстро запомнили. Хотя это не удивительно — у самих такие же "интересные" имена, как и у меня, — Боюсь вас огорчить, но, похоже, дело серьезное!

Я чуть не скрипнула зубами с досады. Они меня огорчить бояться! Еще немного, и я их так огорчу, что они двадцать раз об этом пожалеют! В конце концов, они могут хоть на несколько минут отбросить все свои церемониальные обращения и по нормальному мне все объяснить?

— Да говорите же! Не томите! — не выдержала я.

— Похоже, что ваша вчерашняя жертва была напрасной, — в зеленых глазах мага читалось недюжинное огорчение, — Сегодня ночью, уже часу во втором Арнону стало хуже. Он стал бредить, температура резко повысилась… Нам, кажется, что он умирает…

Я молча переваривала слова Евернуса, стараясь не расплакаться. В голове мелькнула на мгновение утешающая мысль. Ведь, наверно, они не все испробовали? Наверно, еще можно что-то сделать, чтобы вылечить парня?

— Но ведь вы можете ему помочь? — с надеждой спросила я. Оба собеседника стыдливо опустили глаза.

— Думаете, мы не пытались его спасти? Мы испробовали все. Ничего не помогает. Это так ужасно, — тихо проговорил наш провожатый, — Арнон еще такой молодой. Он даже не маг еще, а обычный студент. Приехал на недельную практику… и такое несчастье! Такой замечательный, талантливый мальчик…

Маг замолчал, в глазах его блеснули слезы. Я только с особой ясностью вдруг поняла смысл всего разговора. Но вместо того, чтобы начать рыдать, я только злобно чертыхнулась. Мой разум начал цепляться за последнюю нить хладнокровия, пытаясь найти выход. Прежде чем сдаваться перед смертью, я еще собиралась побороться за жизнь. Оба мага грустно притихли, явно изучая мою реакцию.

— Могу ли я вас попросить дать мне возможность пройти к нему? — обратилась я к ним, заведомо зная, что в любом случае попаду за дальнюю дверь спальни Арнона. Мужчины переглянулись, стараясь скрыть недоумение.

— Мы не в праве вам отказать, — пожал плечами Евернус, — если вам будет угодно, то вы можете посетить его, когда пожелаете.

— Отлично, — я по инерции сжала в руках свой кулон в виде листка. Последнее время этот жест стал почти автоматическим. Колкие грани кулона впились в кожу ладони, окончательно убеждая меня в том, что только что родившийся план стоит попытки его выполнения, — тогда я пойду к нему прямо сейчас.

— Как вам будет угодно, — ответил Евернус, — Хотите, я вас провожу?

— Не вижу смысла, — просто ответила я. Мне уже надоели эти дурацкие игры в вежливость, и теперь я начинала вести себя так, как всегда, — Я и сама могу пройти пять метров, не заблудившись!

Я прошла в маленькую комнатку, большую часть которой занимала кровать. На ней-то и лежал несчастный парень… скорее, даже не парень, а еще совсем юнец. Вчера я больше внимания уделила заклинаниям, которыми перебрасывались противники, почти не вглядываясь в них самих. Арнон был худой, только начавший приобретать настоящие мужские черты юноша лет шестнадцати-семнадцати. Лицо его, словно специально нарисованные, густо усеивали веснушки. "Солнышко поцеловало", — говорят про таких. Но видно, в этом случае, солнышко несколько увлеклось поцелуями. Не только щеки, но и весь нос пестрел золотистыми точечками. Если такой вот мальчишка, и, правда, уложил гарпию с одного заклинания, то я не удивляюсь тому, что ему посмели не поверить. Арнон перекатился головой по подушке, что-то пробурчав под нос. Дыхание его становилось все более поверхностным, иногда даже чуть не прерывалось, заставляя мое сердце непроизвольно екать. Я решительно подошла к нему, кладя руку на лоб. Похоже было, что температура у него перевалила за сорок. Медлить было нечего. Я стянула с себя цепочку с кулоном, одним широким жестом сдергивая одеяло. Сдернула и присвистнула. Вся нога Арнона была покрыта кровоподтеками и волдырями, а сама рана, наспех перевязанная бинтом, приставляла из себя нечто черное и жуткое. Преодолевая страх, я все же смогла кое-как распутать бинт, чуть не плача от жалости. Это же надо было его так покалечить! Если бы он попал в наш мир, ему точно бы отрезали ногу. Жуткая, обуглившаяся рана была настолько глубокой, что почти доставала до кости. Арнон только болезненно дернулся, когда я прикоснулась кулоном к ней. Листик в моих руках чуть дрогнул, привычно наливаясь краснотой. Зато рана сначала слабо задымилась, а потом неожиданно начала зарастать новыми тканями. Я заворожено смотрела, как медленно, но уверено сожженная кость начинает покрываться мышцами, как обугленные куски словно переживают второе рождение, становясь здоровыми, без всяких признаков повреждения. Кулон продолжал наливаться краской, превращаясь из рубиново-красного в темно-бордовый. А кожа вокруг ранения начинала разглаживаться, кровоподтеки на глазах рассасывались. Рана, наконец, закрылась, когда лист стал черным и перестал дрожать. Конечно, не все еще было сделано, но мне почему-то верилось в то, что смерть побеждена.

— Выздоравливай, — только и произнесла я, выходя из комнаты. Еще предстояло собрать вещи. Сзади меня больной вздохнул, задышав, наконец, нормально.