Ловящая время - Нартова Татьяна - Страница 69

— Ты хочешь сказать, Ирсиан, что Перлена…?

— Нет. Не обязательно. Пара поцелуев в щеку и все. Ведь ты же видела, что Нелива буквально кипела от напряжения, чтобы сохранить свою форму, а не растечься туманом по всей комнате. К тому же только представитель противоположного пола способен стать полноценным созидателем. Перлена уж никак под этот ракурс не подходила. Зато отлично подошла на роль монстра, который бы мог предоставить Неливе "сырье" для ее тела. То-то все головы ломали, почему он не подходит не под одну известную категорию, а чудище и не являлось ни нежитью, ни животным. Нелива просто заклинанием превращала свою служительницу в монстра. Думаете, зачем на одежде, на доме Перлены были вырезаны и вышиты руны превращения и смерти? Ведь каждый раз накладывать заклинание слишком накладно. Гораздо проще сделать так, чтобы оно активизировалось в нужный момент. К тому же вместе с монстром превращению подвергалась и одежда. Экономия на тряпках. И, в-третьих, руны все больше отравляли сознание Перлены, превращая в послушную рабу, в машину для краж.

— А почему Нелива просто не попыталась обратиться к феям, познакомиться с парнем? — изумилась я.

— Ага, и в том и другом случае она бы стала зависимой от своих созидателей. Одно дело строить себя из чужой энергии, полностью подчиняясь ей, чувствуя, как она становиться твоей частью и манит к ее поставщику. А совсем другое, впитать мертвый, лишенный энергии газ и пепел и с помощью химических реакций перестроить их как тебе нужно. К тому же таким образом Нелива могла создать себе любое тело. А после этого и семью завести и получить все те радости, каких лишены инриты. В этом случае никто бы больше не стал ее хранителем и созидателем.

— Мрак! — сделала я вывод из рассказа Ирсиана.

— А как же вам удалось так быстро ликвидировать защитное заклинание? — поинтересовалась Дерилия, — На совещании вы говорили, что на раскодировку вам потребуется не менее двух суток.

— Э, понимаете, когда я второй раз сделал более подробный анализ энергии купола, то пришел к выводу, что он достаточно прост, и все его части соединяются одним типом связей. К тому же заклинание не было закрыто ключом, что позволило мне применить разные вариации контрзаклинаний, прежде чем разрушить его. Все-таки двухматричная версия очень выгодно отличается от всех остальных. Никаких накруток на нее не повесишь, — произнес довольно маг. Я потрясла головой, ловя ускользающую мысль. Потом недоверчиво посмотрела на приятеля, немного удивленно переспрашивая:

— Прости. Ты сказал, что заклинание было двухматричным? Но ты же утверждал, что оно трехматричное! — Ирсиан недовольно смутился, начал заливаться краской и, в конце концов, махнув рукой, произнес:

— Главное, что я его снял.

Глава 16. Неудачный перевал.

Утро встретило меня солнечной погодой и приятными новостями. Во-первых, я оказалась в своей комнате, чему несказанно удивилась. Вчера вечером феи просидели у нас неимоверно долго, все более подробно расспрашивая ребят и меня о произошедшем, а потом рассказывая о своих обычаях. Первое время мне было очень интересно слушать о прирученных снежных барсах, о чудных цветах, о традициях и праздниках этой удивительной нации. Но как бы ни поразительны и интересны были рассказы, даже две чашки горячего гуаропарового сока, по вкусу напоминающего шоколад, не смогли окончательно прогнать сон, и вскоре я почувствовала, что начинаю засыпать. Наплевав на все приличия, я свернулась калачиком прямо в глубоком и просторном кресле и незаметно уснула. Теперь же, обнаружив себя переодетой и лежащей в постели, я начала гадать, кого же мне благодарить за это. Конечно, первой мыслью, пришедшей мне в голову, стало предположение, что работа совместная — парни перенесли, а феи переодели и уложили, но стук в дверь и ухмыляющаяся физиономия Тертена несколько пошатнули мою уверенность.

— С добрым утром, красавица! — улыбнулся парень. Я по привычке натянула одеяло, прикрывая голые колени и плечи, — Как тебе моя небольшая дружеская помощь? Извини, не одел тебя в более удобную одежку, но это все, что нашлось в шкафу.

Я почувствовала, что краснею, но на всякий случай все же спросила:

— Тертен, ты что, сам меня вчера переодевал?

— Ага, и нечего так смущаться! — приятель плюхнулся на кровать, — я же не вспоминаю о том, как ты вчера минут двадцать висела голышом на столбе.

После этих слов мне оставалось только уткнуться носом в одеяло, чтобы окончательно не расплакаться от стыда. Тертен осторожно провел рукой по моему плечу, меняя свой шутливый тон на обычный, серьезный:

— Мелитриса, нам с парнями вчера не до того было. К тому же заметь, что полностью я тебя не раздевал. Так что за свое целомудрие можешь быть спокойна, — я только сейчас поняла, что Тертен напялил на меня рубашку прямо поверх строгого непрозрачного комплекта белья. Значит, быть спокойной? Ага, как же. Теперь я обиделась еще больше. Значит, вместо того, чтобы хотя бы попытаться проявить ко мне интерес, он меня как куклу закутал, запихал под одеяло и забыл! Ничего себе, отношение.

— Тертен, а ты, правда, меня не трогал? — осторожно спросила я. Парень от такой наглости всплеснул руками.

— Нет, даже и мысли такой не было! По-твоему я могу так обойтись с тобой? Ты мой друг, а друг — это святое.

Я поджала губу, вспоминая несколько другую фразу, произнесенную когда-то одним из моих сокурсников по институту: "Друг — это бесполое, не имеющее возраста существо, хорошо понимающее твою душу и ценящего тебя таким, какой ты есть". Именно сейчас я и чувствовала себя бесполым и не имеющим возраста существом.

— Даже в мыслях? — приятель, похоже, уловил в моем голосе нотки сожаления. Страдальчески закатив глаза, Тертен произнес:

— Слушай, ты что, хотела бы, чтобы я тобой воспользовался? Ты абсолютно меня не понимаешь. Ты можешь считать меня грубым, добивающимся своего только силой. Да, с Клен я именно так и поступил. Я хотел добиться ее расположения, чтобы она бросила Ирсиана, но не пользоваться ей! И ты. Ты же мой друг, ты самый мой дорогой друг. И не только потому, что ты меня от смерти спасала, не только потому, что ты меня терпишь и все такое. Мелитриса, ты мне нравишься как человек, как женщина. Думаешь, я ледышка холодная?

— Значит, я тебе… — я не успела продолжить, но Тертен вдруг резко посуровел, вставая с моей кровати:

— Ты ничего не слышала, а я ничего не говорил. Я и так пытаюсь всеми мыслимыми способами вырвать привязанность к тебе. Я в любом случае останусь с Клен. Так что Мелитриса, чувства, которые я испытываю, не должны тебя касаться. Мы с тобой попали в одну команду, и никаких личных привязанностей здесь быть не должно. Да, кстати. Завтрак готов, мы все тебя ждем внизу, — Тертен вышел, захлопывая за собой дверь. Я почувствовала себя обиженной и несчастной. Шуточный разговор вновь кончился ненавистью и равнодушием. Слезы сами подкатили к горлу. Теперь я совсем не понимала, что мне делать. Я запуталась. Конечно, он не бросит меня, и на моем месте не следует так поступать. Но какая-то непреодолимая сила влекла меня к Тертену. Я готова была даже отбить его у Клен. Только вот отлично сознавала, что душой он все равно останется с ней, что счастливыми ни он, ни она не станут. Еще и Ирсиана в качестве врага наживу. Я потянула носом. Операция, так операция, команда, так команда. Оставалось только одеться, вытереть слезы и отправиться вниз, завтракать.

Гостиная встретила меня необыкновенным оживлением. Кроме приятелей, в ней сидели все наши вчерашние гости. Народ о чем-то весело болтал, не замечая меня. Первое же, что бросилось мне в глаза, стало присутствие Клен. Девушка выглядела свежей и полной сил, словно и не переживала ни путешествия, ни болезни. От шрамов на щеке не осталось никаких следов. Глаза подружки счастливо горели, в зеленоватой тунике и платье с вышивкой в виде вьюнка она смотрелась еще более прекрасной и женственной. Обнявшись с ней и что-то шепча на ухо, сидел Тертен. Выглядел он так, словно никакого разговора между нами не было. Пробежал по мне равнодушным взглядом, как в первую нашу встречу в офисе. Я постаралась изобразить дружескую улыбку, присаживаясь рядом с Ирсианом так, чтобы не видеть приятеля.