Путь к океану - Нартова Татьяна - Страница 3

— Ты что же, собираешься оставаться с нами? А как же Кайрос?

— Вот, я же говорю, что Лидка у нас теперь…

— Велера! — теперь попытался заткнуть девчонку капитан. Черноволосая пожала плечами. Уварс ходил у нее в непоколебимых авторитетах.

— В Кайросе от меня никакого толка, — все же ответил Шерненс, не обращая внимания на косые взгляды приятелей в мою сторону, — То, что там творится, уже совершенно неконтролируемо. Деревья один за другим валятся, словно подпиленные, снег не тает, а как будто испаряется. Туман стоит непроглядный. Короче, лес Гервена превращается в еще один участок мертвых земель. Это ужасно…

— Как ты думаешь, мы сможем вернуть его в первоначальный вид, если Элистар… — поинтересовалась Мэрке, не находя подходящих слов. Друг пожал плечами, но оптимистично добавил:

— Конечно. Я в этом даже не сомневаюсь.

— Но сколько же на это времени уйдет? — ахнула я, помогая Виканту с ужином, — Пока семена новых елей взойдут, пока снова в лес вернутся животные! Хорошо, если Кайрос станет таким, как прежде, спустя три-четыре десятка лет. Хотя о чем я, это же для вас не срок!

— Ну почему же не срок? — оскорбился за всех Локмер, — У меня складывается такое ощущение, словно ты нас считаешь какими-то монстрами, Лида. Ты совершенно ничего не понимаешь!

— Возможно, — не стала спорить я. В конце концов, мне же за подобные высказывания и влетит в итоге. Присутствие Дэрлиана, пусть даже и в обличии эльфа, меня изрядно раздражало. Поэтому, как только последняя ложка аппетитной каши с мясом провалилась в желудок, я поспешила откланяться и направилась в свою кибитку. Спать совершенно не хотелось, и я вытащила из сумки знакомую до последней царапинки коробку с бумагами. Отложив уже более-менее изученные, я приступила к разбору очередного документа, некогда принадлежавшего Азули. После того, как Велера отдала мне сведения о жемчужине, моим ежевечерним занятием стало чтение дневника узнающей и других ее записей. Но как я не пыталась понять, что же все-таки произошло в этом мире пять тысяч лет назад, так и не смогла. Правда, по мере того, как день за днем я просматривала жизнь Всевидящей, моему взору открывался ее настоящий образ. Не той властной и злой женщины, которой она представлялась мне до этого, а хрупкой, потерявшейся, преданной девушки чуть старше двадцати лет. Не то чтобы мне было ее жалко, но теперь мне стали понятнее ее поступки. И ярче осознание того, что я ничем не лучше Азули, если не хуже.

Я так увлеклась чтением, что не заметила, как в кибитку нырнул Шерненс. От неожиданности я ойкнула, едва не поддев протянутую мне кружку. Эльф вовремя успел отодвинуть явно горячую жестянку, на глазах превращаясь в Сотворителя.

— Прости, — первым нарушил он неловкую тишину, когда кончики его волос окончательно превратились из светло-русых в каштановые, — Ты не обожглась?

— Нет. Зачем пришел? Только не говори, что принес мне попить. Не поверю, — невежливо откликнулась я, принюхиваясь к содержимому кружки.

— Кофе, — словно прочтя мои мысли, улыбнулся Дэрлиан, — Еле достал. С Земли почти не возят.

— И ты решил потратить такой дефицитный товар на простую человеческую женщину, которая в своей жизни его не один литр выпила?

— Не на простую, а любимую, — продолжая улыбаться, прошептал мужчина. Я отвернулась, делая вид, что убираю лист бумаги обратно в коробку. Сотворитель, как всегда, оказался великолепным стратегом. Теперь у меня не было ни единой возможности выгнать его на мороз. И дело было вовсе не в чудесном, горьковатом напитке с молоком. Когда он так улыбался, даже говорить громко не хотелось. А хотелось просто, как ненормальной, улыбаться ему в ответ.

— Что читаешь? Только не говори, что местную беллетристику, не поверю, — продолжал издеваться надо мной Дэрл. Я отпираться не стала, пробормотав:

— Документы Азули.

— Что-нибудь интересное нашла?

— А то! — прихлебывая из жестянки, и с удовольствием прикрывая глаза, уже более мирно отозвалась я, — Тут любовные романы и рядом не валялись! И если честно, чем больше читаю, тем сильнее проникаюсь симпатией к этой старушке — Всевидящей.

— Да? Это почему же?

— Потому что… — осеклась я. Леквер неожиданно развернул меня к себе. Два теплых каштана с черными точками зрачков смотрели, казалось, прямо в душу.

— Лида, ничего не поменялось, понимаешь?

— Ты уверен?

— А ты?

— Ну, — пожать плечами все же я смогла. Сотворитель продолжал пристально, не мигая, вглядываться в меня. На несколько секунд я просто сосредоточилась на его утверждении, пока до меня не дошло, что этот гад, как всегда, прав. Возможно, он перестал существовать для меня как тот, далекий человек. Теперь он был каким-то эфемерным, многоликим, но по-прежнему, без сомнения, любимым до дрожи. До нестерпимого желания врасти в него, не теряя ни на миг.

— Лида, ничего — не — изменилось.

— Изменилось! — в сердцах бросила я, — зачем ты пришел? Поговорить о том, что прошло? Дэрлиан, прошло семь лет, и с этим ничего нельзя поделать. И вообще, я и так все тебе, кажется, понятно пояснила.

— Я не требую от тебя менять свое решение, — помрачнел леквер, — Я пришел, чтобы поговорить о твоих дальнейших планах.

— А что, разве ребята тебе не сказали, что они собираются делать?

— Сказали. Но мне важно не это. Все эти бредни о Дапмаре, жемчужине и твоей роли подарка на день рождения я уже слышал десятки раз. Мне это еще Гервен толковал. Но мне интересны именно твои планы?

— Следовать плану Элистара.

— А потом?

— Я еще не думала! — рявкнула я.

— А когда ты попадешь в Сер-э-Ревет? — продолжил допрос мужчина. Мне стало совершенно не по себе, словно сейчас шел какой-то экзамен, а не обычный разговор:

— Дэрлиан! — едва не плача, взмолилась я, — Дэрлиан, это мое дело!

— Значит, ты настаиваешь на том, чтобы я не вмешивался в вашу дурацкую операцию? — утвердительный кивок, — Хорошо. Спокойной ночи, Лида.

Сотворитель резво вскочил, не дав мне попрощаться с ним. Так я и осталась сидеть, шмыгая носом и сжимая уже едва теплую кружку с кофе. И впервые в жизни я пожалела о том, что не могу выплеснуть его.

Облака затянули к утру все небо, превращаясь в серые комья не слишком чистых туч. Снег, правда, так и не пошел, однако вид снаружи меня все равно разочаровал. Сладко потянувшись до хруста в суставах, я выползла из кибитки, зевая во весь рот. Было вообще удивительно, как я вчера смогла заснуть. Мысли путались в липкой паутине усталости. И, как ни странно, самой настойчивой из них была вовсе не мысль о Дэрлиане. Я просто не знала, радоваться мне его появлению или огорчаться. Зато наш вчерашний разговор подвел меня к неутешительному выводу: я действительно не знаю, как действовать в доме Дапмара. Когда я попала в Кайрос, все было проще. Возможно оттого, что я еще не знала обо всех опасностях этого мира, а возможно и потому, что кроме как за свою шкуру, мне не за что было отвечать. И вот теперь на меня ложилась вся ответственность за возвращение не только Гервена, но и за будущее всего рода Элистаров.

— А мы уже думали, что ты решила впасть в спячку! — вместо приветствия хихикнула Велера. Ребята плотненько сидели вокруг костра, что-то потягивая из кружек. Я вспомнила вчерашний кофе, и меня начало тошнить. Руалла задумчиво глядела на догорающие дрова, даже не подняв глаза при моем появлении. Позавидовав тому, что девушка может так уйти в себя, и при этом ее никто не достает, я уселась рядом с женихом. И только сейчас заметила, что среди лекверов недостает Шерненса.

— А где эльф? — пытаясь успокоить сжимающийся желудок, спросила я.

— Уехал, — безжизненным тоном отозвалась рыжая.

— Как уехал? Он же вроде говорил, что никуда от нас не собирается?

— А вот так, — дуя на горячий отвар, отозвался Локмер, — Вещи собрал, попрощался со всеми, сказал, что передумал и уехал, как только солнце встало. Кстати, он тебе какой-то конверт оставил.