Путь к океану - Нартова Татьяна - Страница 92

Не дав мне опомниться, на меня налетел следующий подданный старшего Элистара. На долю секунды я залюбовалась им. Статная фигура, роскошная грива волос, и хищное, но завораживающее лицо. Поэтому, наверное, первый удар едва не заставил меня шлепнуться на колени. Руки свело от напряжения, но я смогла-таки отвести от себя его ятаган. Во все стороны полетели искры. Оба клинка буквально ринулись вниз, царапая землю. И тут леквер подло ударил своей сущностью. Мне показалось, что он каким-то образом запихнул меня в озеро. Так и не успев вдохнуть, я оказалась окруженной со всех сторон водой. Пытаясь из последних сил выплыть, начала болтать конечностями. Противник злорадно расхохотался, и до меня дошло, что же произошло. Нет, ему не надо было искать подходящий водоем. Мгновенно конденсировав вокруг меня всю влагу, что витала в воздухе, он создал некоторое подобие капсулы, из которой я при все желании не могла бы выбраться. Легкие начали разрываться и гореть, перед глазами все поплыло. Не выдержав, я вздохнула, и вода немедленно хлынула мне в рот.

— Получай! — рявкнул кто-то, уже не видимый мной. Капсула лопнула, выкидывая меня с плеском в образовавшуюся лужу. Кашляя, я попыталась нащупать свой меч, но это было лишним. Между мной и леквером уже стоял Рик, а противник тихонько сползал на землю с дыркой в груди.

— Обойдешься… — из последних сил выдохнул он. Что-то прозрачное метнулось к приятелю. Тот заорал, словно на него вылили кипяток. Да, кажется, так оно и было. Все еще дыша, как загнанная лошадь, я метнулась к нему. Руки и лицо Эвирикуса покрылись волдырями, а кое-где кожа начала слезать пластами.

— Сволочь… Мастер, — пробормотал ренн. Кто-то завизжал вдалеке, и снова на нас посыпались стрелы. Я беспомощно завертела головой. Уже несколько домов пылали, а лекверы все неустанно пополняли свои ряды свежими воинами. Совершенно непонятно было, откуда они берутся. Рванув к себе теряющего сознание Рика, я попыталась затащить его за один из поваленных столов.

— Рик, Рик, очнись! — взвыв, замахала я руками, как только мы оказались отгорожены с одной стороны столешницей, а с другой каким-то сараем. Не придумав ничего умнее, хлопнула его по щеке. Приятель захрипел, раскрывая глаза. А затем, дернувшись, обратил на меня взгляд совершенно бессмысленных глаз.

Мне никогда не было так страшно, как теперь. Губы Эвирикуса дрогнули, и он чуть слышно произнес:

— Прости меня…

— За что?

— Я не могу ничем тебе помочь. И тебе, и своему народу. Эти сволочи хорошо подготовились… Если бы я мог различить ее светлячок, моей матери.

— А разве ты не можешь? — удивилась я. Соленые слезы прочертили на щеках две дорожки, капая с подбородка.

— Уже нет. Я потерял ту основу, которая держит мои витки, Лида. И за это должен понести заслуженное наказание… Мне уготовано увидеть, как будет погибать народ реннов. Думаю, это достойная плата за все мои грехи.

— Да какие грехи? — почти закричала я, — Рик, прекрати нести чушь!

— Сначала я спрятался, спасая свою жизнь, пока моя мать и брат с оружием в руках боролись за чужую свободу. А потом я перестал быть ренном… Я стал существом, которое даже хуже химера, хуже самой отвратительной твари. Продавая жизни, как товар, продавая свободу, как вещи. И теперь сгусток света утренней звезды не отзывается на мои призывы.

— Послушай сюда, Рик. Ты считаешь себя трусом? Считаешь злодеем всех времен? А теперь посмотри на всех этих лекверов: разве это они пошли сюда, чтобы воевать с народом короля Ереха? Нет, их послал сюда Элаймус. Скольких ты убил или продал? Десять, двадцать, сотню разумных существ? А здесь десятки тысяч. И все они обречены на смерть одним мерзавцем — Элаймусом. И после того, как все это закончится, после того, как кровь реннов и сущность лекверов впитается в землю, он лишь прищелкнет языком и скажет: "Чудесно"! Рик, вспомни свою мать… Вспомни, что она говорила тебе.

Последние фразы произносились, словно не зависимо от моего сознания. Как будто их кто-то нашептывал мне. И тут я поняла, что слышала подобное от маленького мальчика-духа, брата Рика. И еще раз, более уверенно повторила:

— Прошу тебя, вспомни свою мать.

Главное не то, что ты сделал… Главное, что ты понял свою ошибку…

— Хорошо, Лида, я попытаюсь. Еще раз, — кивнул ренн, с каждым ударом пульса все больше слабея. Но я почему-то была уверена, что ему хватит сил. Иначе быть просто не могло.

Азули приземлилась на что-то мягкое, теплое и слегка пружинящее. Оглядевшись, она поняла, что ей несказанно повезло. Откройся портал несколько дальше, и ее выбросило бы посреди орущих и дерущихся реннов и лекверов. Андерета спрыгнула с насиженного места, с презрением глядя на распластавшегося у стены леквера. Кажется, именно он послужил "амортизатором" при ее падении из открывшегося телепорта. Что ж, в пещере в данный момент умирало не меньше десяти подобных несчастных, так что особых угрызений совести узнающая не почувствовала. К тому же, кажется, лекверы сейчас были на стороне противника, а это в корне меняло дело.

Схватив в руки камешек размером с голову младенца, Всевидящая мгновенно превратила его в замечательный, остро заточенный меч. Хотя, положа руку на сердце, она бы предпочла притащить сюда весь арсенал, хранившийся в подвалах Дома Сотворителя. Реннов явно теснили, уже повсюду полыхали пожары, еще пока разрозненные, но грозящие скоро срастись в сплошную огненную стену. Главное, чтобы она не опоздала к другому событию.

Это было похоже на полет орла между густо растущими деревьями. Орла с железными крыльями-топорами. В роли птички — сама Всевидящая, в роли леса — лекверы. Женщина буквально скользила над землей и камнями, играючи раня или убивая окружающих противников своим оружием. Там, где не успевал меч, помогала левая рука, способная выдрать горло или сломать позвоночник. В голове узнающей билась только одна мысль: успеть, найти ненормальную компанию во главе с Лидой. Черная, как космос, воронка странного смерча так и стояла перед ее глазами. Она не видела ни падающих тел, ни светящуюся сущность, пока под ноги ей не попался апельсин. Желтый сок брызнул в разные стороны, забрызгав и без того перепачканные кровью штаны. Ругнувшись, Азули, наконец, притормозила, не понимая, откуда на поле брани взялись фрукты. И тут обнаружила то, что искала.

Куча разбросанных по земле круглых фруктов соседствовала вместе с прочими продуктами, которые были пересыпаны осколками разбившихся бутылок с вином и соками. Теперь Азули стало понятно, что вся испорченная, раздавленная и перемешанная с пылью, снедь некогда находилась на столе, теперь поваленном рядом с небольшим домиком. А рядом со стеной домика…

— Лида! — Всевидящая бросилась к человеку, попутно засовывая меч в только что сотворенные ножны, — Что ты здесь делаешь?

— Ты можешь ему помочь? — светловолосая любовница Дэрлиана повернула к Азули заплаканное лицо. Та покорно опустила взгляд на причину Лидкиных слез и едва не ругнулась во второй раз. На земле лежал Сархард, больше известный всем под именем…. Хм… прозвищем Темный. Отлично, значит девчонка считает, что Всевидящая должна помогать повелителю нежити?! Может, ей еще в монахини постричься и следующие пять тысяч лет истязать свою плоть непосильной работой и круглосуточными молитвами?

— Я похожа на идиотку? — закончила свою пылкую речь Азули. Человеческая женщина свела брови, страх в ее глазах сменился гневом.

— А что, только идиотки помогают другим? — парировала она.

— Но это же, темный. Если он сдохнет, несколько миров освободятся от разнообразных зубастых и клыкастых тварей.

— Угу, а заодно и от нескольких сотен реннов, одного человека и одной дюже умной андереты. Я без тебя знаю, кто это. Он спас мне жизнь, вернув Дэрлиана, Виканта и Мэрке. Впрочем, ты никогда не испытывала чувство благодарности, тебе этого не понять. Что же касается нежити, то тут ты просто ошибаешься. Рик, конечно, может договариваться с некоторыми ее видами, но не более. Азули, поверь мне: он не чудовище, которым его все представляют. Он один из моих друзей. У тебя есть все основания ненавидеть или презирать его, но прошу, помоги ему. Помоги мне…