Любовь растет, как дерево - Оак Джанет - Страница 24

— Просто не представляю, что нам делать со всем этим? Придется сидеть и есть весь день напролет. Она подошла к буфету и занялась индейкой, которую пора было ставить в духовку.

— Очень надеюсь, что Грэхэмов Рождество не застало врасплох. У нас и елка, и еда, а у них, наверное… — Она осеклась и взглянула на Кларка, который смотрел на нее в изумлении, продолжая машинально держать в руке башмак.

Наконец, Кларк слегка покачал головой и вымолвил:

— Матушка слишком умна и опытна, чтобы застать себя врасплох. Она знает, чего можно ожидать от этих краев. Не думаю, что они сидят сложа руки. При этих словах Марти почувствовала облегчение.

— Очень рада это слышать, — сказала она, — а то я уже волновалась из-за бури. Она закончила фаршировать индейку и открыла дверцу духовки.

— Позволь, я помогу, для тебя эта птица тяжеловата, — сказал Кларк и поспешил Марти на помощь. Она не возражала. Пока индейка жарилась, а от плиты шло ровное тепло, Марти поставила кофейник и взяла стул.

— Сначала мне показалось, что вьюга победила, — тихо призналась она, — но ведь она не может победить, если мы сами ей этого не позволим? Кларк ничего не ответил, но, подняв глаза, Марти увидела, что он сочувствует ее огорчению. И, что самое главное, Кларк понимает, чего ей стоило преодолеть его. Внезапно он протянул руку и коснулся ее руки. Потом он мягко сказал:

— Я горжусь тобой, Марти. До этого он никогда не прикасался к ней, не считая тех случаев, когда помогал сесть в повозку или выбраться из нее, и это прикосновение вызвало в Марти теплое чувство. Ей было приятно, что он понимает ее. Надеясь, что Кларк не заметил ее реакции на этот жест, Марти быстро сказала:

— Индейку придется зажарить целиком, оставшееся потом заморозим. Овощи я переложу в горшки поменьше и приготовлю столько, сколько мы сможем съесть. Остальное может полежать пока на холоде, в подполе. А все, что я напекла, — она со смехом обвела рукой горы сладостей вокруг, — будем есть до самой весны, если, конечно, нам никто не поможет.

— Это меня устраивает, — сказал Кларк. — Я как раз волновался, что приедет целая орава Грэхэмов и так набросится на эту вкусноту, что мне, в конце концов, ничего не перепадет. А теперь все достанется мне одному.

— Кларк, — воскликнула Марти в притворном ужасе, — ты, наверное, нарочно молился об этой буре? Никогда раньше она не слышала, чтобы он так от души хохотал, и Марти тоже рассмеялась. Вскипел кофе, и она разлила его в чашки, а Кларк принес сливки. На кухне стало тепло, и, выпив кофе, Марти окончательно согрелась.

— Что ж, — сказала она, поднимаясь настолько проворно, насколько позволяло ей располневшее тело, — раз такое дело, почему бы не отведать чего-нибудь вкусненького? Все равно придется все это съесть. Что ты хочешь? Кларк выбрал ароматный пирожок с фруктами, а Марти взяла простое песочное печенье. Они пили кофе и обсуждали предстоящий день. Кларк сказал, что пойдет на скотный двор только после того, как проснется Мисси. Ему очень хочется увидеть, как она обрадуется. Позавтракают они позже, чем обычно, а пообедают в полдень. Вечером, чтобы Марти не пришлось весь день стоять у плиты, поужинают тем, что останется. Марти такой распорядок вполне устраивал.

— Когда я был маленьким, мы любили одну игру, — сказал Кларк. — Я сто лет в нее не играл, но она довольно забавная. Нужен лист бумаги или доска, которые можно расчертить, и пуговицы или пробки. Пока ты будешь возиться на кухне, я все приготовлю, и мы сможем поиграть. Время шло, но снег и не думал прекращаться, а ветер не ослабевал, хотя теперь это не имело значения. Кларк и Марти приняли неизбежное и внесли в свои планы необходимые поправки. Когда Мисси из спальни позвала Марти, вместо нее вошел Кларк. Марти осталась в гостиной и, сидя у камина, наблюдала реакцию девочки на рождественские сюрпризы. Мисси не обманула ожиданий взрослых. Она была вне себя от радости и восторга. Девочка вихрем подбежала к елке, увидела носок с маленькими игрушками, бросилась к кукольному дому, потом вновь занялась носком, громко восклицая от восхищения. Наконец, она остановилась, всплеснула ручонками и сказала:

— Какое к'асивое ождество! Кларк и Марти засмеялись, Мисси вновь сорвалась с места и опустилась на колени перед кукольным домиком, внимательно рассматривая его содержимое. Один за другим она осторожно извлекала разные предметы, разглядывала их и ставила на место. Наконец, Кларк неохотно поднялся, чтобы идти на скотный двор. Вьюга продолжала бушевать, поэтому он оделся потеплее. День для работы на скотном дворе предстоял нелегкий, но Кларк был рад, что у животных есть теплое стойло, где они могут укрыться от ветра. Марти с тревогой смотрела ему вслед. Валил такой снег, что загона для скота почти не было видно. Кларк взял с собой Ол Боба, и это немного успокоило Марти, поскольку собака не заблудится даже в метель и, если что, поможет Кларку найти дорогу. Кроме того, он оставил Марти ружье и попросил стрелять в воздух через каждые пять минут, если его долго не будет. Марти всем сердцем желала, чтобы ей не пришлось следовать его указаниям. К ее огромному облегчению, Кларк вернулся раньше условленного времени. Он продрог на ветру, но сказал, что все в порядке.

Марти приготовила завтрак, и они сели за стол. Мисси с трудом удалось уговорить оторваться от новых игрушек, и лишь клятвенные обещания, что она сможет продолжить игру после завтрака, помогли усадить ее за стол. Они склонили головы, и Кларк произнес молитву:

— Господи, порой неисповедимы пути Твои. Благодарим Тебя, Господи, что буран начался прежде, чем Грэхэмы отправились в путь, иначе метель застала бы их в дороге. Это не приходило в голову Марти, но она была полностью согласна со сказанным.

— Благодарим Тебя, Господи, за тех, кто сидит за нашим столом, и да будет благословен день рождения Сына Твоего. Пусть этот день, несмотря на холод, оставит в наших сердцах теплые воспоминания. Спасибо Тебе, Господи, за пищу, которую Ты даровал нам Своей милостью. Аминь.

— Аминь, — сказала Мисси и посмотрела на отца. — Дом, мой дом, — показала она пальчиком, — спасибо — дом. Кларк озадаченно посмотрел на дочь. Марти тоже не сразу поняла, чего хочет девочка.

— По-моему, она хочет, чтобы ты сказал спасибо за кукольный дом, — осенило Марти.

— В самом деле? Хорошо, Мисси, мы помолимся еще раз. Спасибо Тебе, Господи, за кукольный дом для Мисси. Аминь. Мисси была очень довольна и, произнеся «аминь» во второй раз, с энтузиазмом принялась за свой завтрак, все время нежно поглядывая в сторону новой игрушки. Потом они жарили орехи, посидели за игрой, предложенной Кларком, причем Марти неизменно выигрывала, и наблюдали за тем, как играет Мисси. Когда днем малышку уложили отдохнуть, она уснула, крепко сжав в руке кукольный стульчик. Марти занялась приготовлением праздничных блюд. После пробуждения Мисси начался рождественский обед. Марти очень хотелось, чтобы он удался. С того дня, когда она испекла свои первые лепешки, до нынешнего праздничного стола, уставленного всевозможными яствами, прошло немногим более двух месяцев. Марти очень гордилась собой.

После того как они от души насладились роскошной трапезой, Кларк предложил перейти в гостиную и прочесть историю Рождества.

— А ты стала отлично готовить, — заметил он, и Марти почувствовала, что краснеет. — Думаю, матушку Грэхэм твоя стряпня впечатлила бы еще больше, чем меня, — продолжал Кларк. — Мы обязательно пригласим ее к себе в другой раз, чтобы она могла ее оценить. Они уселись в гостиной, Кларк посадил Мисси к себе на колени и открыл Библию. Сначала он читал про ангела, который явился юной Марии, возвестив ей, что она станет матерью Младенца Христа. Он читал о том, как Мария и Иосиф пришли в Вифлеем, где не нашлось места на постоялом дворе, поэтому Младенец Иисус появился на свет в хлеву и лежал в яслях. От ангелов Благую весть услышали пастухи, которые пришли посмотреть на новорожденного царя. Затем, увидев звезду на востоке, явились поклониться Младенцу волхвы и принесли Ему дары, но вернулись домой иным путем, чтобы защитить младенца Иисуса.