Книга 1. Цепные псы одинаковы - Олненн Иней - Страница 46

— Слушай, Ветер, нам обязательно туда? — сдавленным голосом Эйрик спрашивает.

Ингерд хмуро взглянул на него. Он сам туда не хотел — крюк такой давать.

— Ты не мне, ты эрилю скажи, — отвечает.

— Чтоб меня!.. — споткнулся Эйрик и Оярлику говорит:

— Если у тебя еще храбрость осталась, сейчас самое время вспомнить, где она лежит.

Оярлик Скантир что-то буркнул угрюмо и за Ингердом переступил границу Леса Ведунов. Эйрик Редмир последний раз на солнце обернулся, вздохнул и тихо, крадучись как кошка, юркнул в древесное царство.

Там было сыро и немного душно. Подлеска почти не и не росло, зато папоротник завивался так густо, что временами сквозь него было не прорваться. За долгие годы в лесу столько поднялось и пожухло травы, что теперь она ковром пружинила под сапогами. В этой траве птицы вили гнезда и часто вспархивали из-под ноги, ошалело щебеча — не привыкли к людям. Эйрик и Оярлик каждый раз вздрагивали.

Ингерд был в напряжении, все ждал, когда же накатит страх, какой они с Яном в прошлый раз испытали. Ждал, а страха отчего-то все не было. Он покосился на Лиса и Барса — те по сторонам испуганно глазели, но страх по земле их не катал. Потом Ингерд сообразил, в чем дело. Они с Яном в самом сердце леса были, туда всем дорога заказана, а страх там вроде бы как за стража, что границы охраняет.

Потом деревья полянами да пролесками перемежаться стали, а на них — малые и большие камни попадаться начали, те самые кайдабы. Трава на полянах высокая росла, но около камней ее обкашивали, бурелом вокруг расчищали, — заботились ведуны о своих Книгах. Правда, эриль Харгейд ни у одной не остановился, и Оярлик с Эйриком так и решили, что это простые камни.

Ингерд злился. Ему чудилось, что эриль вглубь леса их ведет, а ему надо было только краем пройти, чтоб дорогу спрямить, а теперь — выбирайся отсюда, только время без толку уйдет.

А эрилю Харгейду все нипочем, шагает себе, не оглянется ни разу, и ни трава, ни ветки его за одежду не цепляют, и кучи хвороста гнилого пути не преграждают, и древесные корни под ногу из-под земли не выпирают. А вот Ингерду, Эйрику и Оярлику всего с лихвой хватило, они и про страх думать забыли, глаза, ноги и руки уберегая. И шли-то вроде бесцельно, но Ингерд помнил, что в прошлый раз они тоже шли неизвестно куда, а забрели в такое место… Он вспомнил об этом и наконец-то почувствовал страх, хоть и отголосок прежнего, а все ж передернулся.

Шли они так, шли, пока не завечерелось, устали уже Волк, Лис да Барс, а эриль Харгейд знай себе лесные тропы неутомимо меряет, назад не оборачивается. Ночь все ближе подкрадывалась, средь густых крон звезды замигали, а они все шли, борясь с ветровалами да в темноте на коряги натыкаясь, и слова молвить боялись. Взмокли все, Эйрик с Оярликом одежду поизорвали, хорошо, что эриль в темноте светиться начал, так они не отстали и не заплутали.

К середине ночи они уже ковыляли, спотыкаясь, а к утру и вовсе еле тащились. И когда уже рухнуть готовы были, не чуя ни рук, ни ног, эриль Харгейд вдруг поворачивается к ним и молвит:

— Пришли уже.

Эйрик Редмир где стоял, там и лег, Оярлик Скантир со стоном упал неподалеку. Ингерд, смаргивая пот, огляделся.

На полянке они небольшой были, кругом нее клены да липы стоят, под их ветками шалаш притаился, в предрассветных сумерках Ингерд не сразу его разглядел. Посередине полянки кострище чернелось, и было он еще теплым — слабый дымок над ним курился. Под небольшим навесом травы всякие сушились, да береста лежала свежая, большими кусками снятая. Пока Ингерд осматривался, эриль Харгейд в шалаш заглянул и надолго там задержался. Посох снаружи оставил, к стволу липы прислонив.

Ингерд сел на землю, вытянув гудящие ноги, подумал и снял сапоги, давая отдых ступням.

— Куда это мы попали? — едва слышно простонал Оярлик, со спины на живот переворачиваясь. Глаза у него слипались.

— Спи, — так же тихо сказал ему Ингерд. — Я покараулю.

Оярлик кивнул и уснул сразу. Эйрик Редмир ничего не сказал, он еще до этого в сон провалился.

Ингерд сидел, дух переводил и гадал, зачем эриль Харгейд его опять в свои владения затащил. Ничего путевого не придумал, а тут и рассвет не задержался, и эриль Харгейд из шалаша, значит, выходит. Да не один.

Ингерд весь напружинился при виде незнакомца, но скоро расслабился: незнакомец тот юнцом безусым оказался. Ростом высок — с эриля Харгейда, пожалуй, но при этом худющий, как вяленый лещ, и оттого казался нескладным. Одет он был в холщовые штаны и длинную рубаху, и, видно, одежда такая не по вкусу ему пришлась, — он путался в длинных рукавах, постоянно поддергивал штаны и норовил ворот пошире сделать. И еще он был босой и лохматый.

Эриль Харгейд подвел его к Ингерду. Ингерд поднялся на ноги и увидел перед собой прищуренные, подслеповатые серые глаза, в которых таились непонятный страх и невольное любопытство.

Ингерд оглядел парня с головы до ног, начиная с всклокоченных длинных волос и заканчивая босыми пятками. И уставился на эриля Харгейда.

— Кто это еще? — спрашивает у него подозрительно.

— Его Травником зовут, — эриль сложил руки на груди и принял строгий вид.

— Травник? — Ингерд еще раз оглядел парня, тот пытался поднять рукава рубахи, но они все равно падали. — Зачем ты его привел? А?

— Он с тобой пойдет. Проводником.

— Кем?!

Ингерд моментально вскипел — не хватало ему помехи в дороге! Но эриль Харгейд, не повышая голоса, повторил:

— Он пойдет с тобой.

Ингерд уловил в его голосе явственную угрозу и отступил. Ссориться с эрилем было не с руки.

— Но зачем?.. — тихо спрашивает он.

— Надо, — коротко отрезал эриль и сказал Травнику несколько слов. Ингерд из них не понял ни одного.

— Травник — мой ученик, — пояснил-таки эриль. — Он ведун. Но другим, — он кивнул на спящих Оярлика Скантира и Эйрика Редмира, — этого знать пока не надобно. И зови его Травник, будь добр.

Ослушаться Ингерд не мог. Он наблюдал, как парнишка увязывает котомку, прилаживает ее за плечами, по-прежнему пытаясь сладить с длинными рукавами. Потом он взял под навесом посох, поднял лицо к светлеющему небу и что-то пробормотал. Может, заклинание какое, может, попрощался. Ингерд недовольно смотрел на него. Похоже, парень так и собирался идти босиком.

— Ну, ступайте, — эриль начертил в воздухе охранительную Руну. — Найра им, алья ма!

Из-за верхушек деревьев золотым дождем брызнули солнечные лучи, тень стремительно отступила, и Ингерд очутился за пределами Леса Ведунов, в зеленых лугах земель Стиэри. Оярлик, Эйрик и Травник — вместе с ним.

Эйрик Редмир, судорожно вздохнув, резко сел, точно ему дали под дых. Непонимающим взором он огляделся вокруг, потом встал. Держась за голову, точно с похмелья, рядом поднялся рыжий Оярлик.

— Это я так долго спал? — спрашивает Эйрик. — Где это мы?

— Пока сам не разберусь, — отвечает Ингерд, весь обратившись к своему чутью — больше не к чему, земель этих он не знал.

— Нам туда надо, — парнишка вытянул худую руку в сторону лесистых холмов, еще подернутых дымкой ночного тумана.

Оярлик с Эйриком уставились на него.

— Кто это еще? — спрашивает Оярлик, как совсем недавно до него Ингерд.

— Его звать Травник, — Ингерд поудобнее приладил меч за спиной. — Он нас поведет.

— Куда?! — хором воскликнули Редмир и Скантир.

— К Морю, — коротко бросил Ингерд. — Идемте, если вы все еще хотите идти.

— Но взялся-то он откуда? — не унимается подозрительный Эйрик. — Не с неба же упал!

— По дороге прибился. Пошли.

И Ингерд зашагал вслед за долговязым Травником. Оярлик и Эйрик переглянулись. Весьма насторожил их этот дылда, босой да с посохом, они разом вспомнили пришлых людей, из-за которых распри кровавые случаются, и решили с этого Травника глаз не спускать. Волк, похоже, ему доверяет, но мало ли что…

Так начал свой поход к Морю Ингерд Ветер. Он помнил о клятве своей, но теперь его клятва была лишь частью одной большой огдстамы, которую должна принести вся земля и каждый живущий на ней.