Серебряные башни - Панин Евгений Константинович - Страница 34

Я понимающе кивнул:

-Тогда понятно.

Кони действительно оказались хороши. Опробовав своего, я убедился, что взаимопонимание у нас есть, и попробовал несколько трюков. Все прошло успешно. Когда я закончил и подъехал к товарищам Хмед только покачал головой.

-Боюсь, моих соплеменников ждет разочарование. Все уверены, что в джигитовке им нет равных. Я уже видел, на что ты способен в других вещах, а теперь могу только развести руками. То, что делаешь ты, не сделает никто из наших всадников. Да и никто другой, пожалуй, тоже.

Дмир поддержал Хмеда.

-Нас тоже учат конному делу, но до такого еще никто не додумался.

Я пожал плечами:

-Другая страна, другой опыт.

Дмир с сомнением снова качнул головой:

-Страна страной. Но что бы сделать это и люди должны быть другие.

Хмед тоже закивал:

-Да уж. Я сам родился в седле, но такое и представить не мог.

Слушая их рассуждения, я вдруг подумал, а что вы скажете, если я улечу. Дмир хоть знал, что я затеваю. А вот Хмед и его соплеменники… Ну да ладно. Пока еще рано гадать на эту тему.

Состязания начались ближе к вечеру, когда спала дневная жара. Народу собралось много, и старейшины сами отобрали участников. Не обошлось и без обид, но старейшины были непреклонны. В конечном счете, осталось не больше двадцати человек и, глядя на них, было действительно видно, что отобраны лучшие. Даже отношение соплеменников говорило об этом. Этих людей уважали. Начало положили джигитовкой молодые воины, тоже отобранные старейшинами. Они показали все, на что были способны. Зрелище было действительно красивым. А когда толпа зрителей достаточно "разогрелась" начались действительные состязания. Мы с Дмиром, как гости, выступали последними. А пока смотрели на выступление хозяев. Ценителями были все. Каждый пас оживленно комментировался. Хмед, бывший рядом с нами, переводил комментарии. Когда пришла очередь Дмира, я заволновался, но как выяснилось напрасно. Если Дмир и не превзошел соплеменников Хмеда, то уж во всяком случае, ни в чем им и не уступил. Это же подтвердили и восторженные возгласы зрителей. Когда он закончил Хмед усмехнулся.

-Давай Марк. Покажи им.

И я показал. Если сначала какие-то крики еще были слышны, то заканчивал я при абсолютном молчании. Но стояли все. Даже старейшины вскочили на ноги. Тишина сохранилась и потом, после окончания. Когда я подъехал к Хмеду и соскочил с коня, люди подались в сторону. Хмед объяснил мне причину.

-Они говорят, что простой смертный не может так ездить. Это могут только боги.

-Скажи им, что если бы у меня, было, больше времени любой воин мог бы научиться у меня этому.

Хмед перевел мои слова. И это немного разрядило напряжение. Люди задвигались и заговорили. Их прервал верховный старейшина, обратившись с вопросом ко всем. Хмед перевел.

-Он спрашивает, есть ли у кого сомнения в победителе.

Ответ был единодушный рев. Хмед заулыбался.

-Мой народ хотя и очень гордый, но справедливый. Ты лучший.

Следующим видом была стрельба из лука. Стреляли великолепно, действительно тут было на что посмотреть. Стреляли на скаку вперед и назад в качающуюся мишень. Некоторые успевали попасть по четыре пять раз за проход. И били очень кучно. Показал себя и сын мастера. Он стрелял как английские лучники в тростник не меньше чем за сто шагов. Как гости мы с Дмиром были опять последние. Дмир повторил английское упражнение на той же дистанции. Отличие было только в том, что он выпустил пять стрел, в очень быстром темпе, и ни разу не промахнулся. Когда наступила моя очередь, Хмед спросил у меня.

-Какую мишень поставить?

Я улыбнулся и ответил, что мишень у меня есть. Я решил показать им монгольские игры с некоторыми вариациями. Пять стрел одним выстрелом вверх и пять по одной вдогонку. Номер удался, и я перебил все пять стрел в полете. И снова ответом была гробовая тишина. Когда я вернулся на свое место, даже Хмед смотрел на меня с суеверным ужасом. На этот раз обстановку разрядил сын мастера. Он подошел ко мне снял лук и переломил его через колено. Положил его к моим ногам и что-то произнес. Хмед перевел.

-Хмар просит оказать ему честь быть твоим учеником.

Я покачал головой и ответил:

-Такому мастеру не нужен учитель. А приемами я поделюсь с удовольствием.

Выслушав перевод Хмар заулыбался. И снова что-то сказал.

-Он сказал – перевел Хмед – Только позови.

Я улыбнулся Хмару и протянул руку. Тот понял мой жест и пожал ее. Когда начались поединки, я сказал Хмеду.

-Мне кажется, нам с Дмиром не стоит участвовать в поединках. У вас хорошие воины, но у них нет и одного шанса. Лучше я просто кое-что покажу.

Хмед выслушал меня и, кивнув, отошел к старейшинам. После коротких переговоров он вернулся обратно.

-Старейшины согласились. Когда определится лучший из наших воинов, ты покажешь то, что хочешь.

-Хорошо. Попроси Хмара. Пусть он отберет десять лучших лучников и пусть каждый из них возьмет по двадцать стрел.

Хмед кивнул и перевел Хмару мою просьбу. К тому времени как поединки закончились десять лучников стояли возле меня. Я объяснил им через Хмеда, что от них требуется. Когда нас вызвали на "арену", мы были готовы. Лучники быстро образовали вокруг меня круг на расстоянии тридцати шагов и изготовились к стрельбе. По команде Хмара они стали пускать стрелы в меня. То, что проделал я, было немного более сложным, чем стычка с людьми Юстаса на побережье. Хотя результат был тем же. Ни одна стрела в меня не попала, а я, коснулся шеи каждого тыльной стороной катаны. На этот раз тишины не было. Зрелище настолько захватило кочевников, что они, забыв все страхи, увлеченно вопили. Когда мы закончили, все, включая стрелков, окружили меня, крича и потрясая оружием. Рева был не меньше, чем от "Боинга-747" на взлете. Старейшинам с трудом удалось утихомирить впавших в экстаз зрителей. Когда относительный порядок был восстановлен, слово взял верховный старейшина. Сияющий Хмед переводил его речь.

-Вы знаете, что согласно обычая, любой чужеземец, победивший в одном из состязаний, имел право быть усыновленным нашим племенем. Даже если это был пленный враг. Сегодня обычай изменен. Мы сами просим у чужеземца оказать нам честь и стать членом нашего племени.

После его слов наступила напряженная тишина. Я повернулся к Хмеду:

-Что для этого надо сделать?

-Если ты согласен, то должен смешать кровь с одним из вождей. Но ты можешь и отказаться, в этом не будет оскорбления. Люди знают, что ты вестник Богини.

Я молча достал кинжал и, надрезав руку, протянул ее Хмеду. Его глаза вспыхнули. Он выхватил свой нож и, надрезав свою руку, прижал к моей. Кровь смешалась. Толпа, напряженно следившая за нами, снова взорвалась криками. А я?! Я стал триаром. Пир, который закатили по окончанию церемонии, был чудовищным по количеству съеденного и выпитого. Я сам не промах поесть и выпить, но здесь была явно не моя весовая категория. Мы с Хмедом и Дмиром сидели на почетном месте, рядом со старейшинами. Мои псы устроились у нас за спинами. Их покормили раньше и, наверное, зря. Они могли бы "посидеть" за этим столом в качестве равных едоков. Да и то некоторые воины явно пытались их превзойти. Атмосфера была самая непринужденная. Звучали шутки, смех. Одна из шуток особенно развеселила Хмеда. Отсмеявшись, он перевел.

-Они говорят, что я действительно приврал, рассказывая о своем освобождении. На самом деле молов было намного больше. Иначе как бы они умудрились ранить Дмира. А я объяснил им, что молы тут не причем. Просто лошадь взбесилась. Но они все равно не верят.

Самой приятной новостью на пиру, стало обещание мастера максимально ускорить изготовление дельтаплана. Он пообещал, что мастера будут работать и ночью, но успеют к сроку. Пиршество закончилось под утро. И надо сказать честно, его окончание я воспринял с облегчением. Дмир только посмеивался, глядя, как я укладывался спать. Но я настолько выдохся от этого великого кормления, что решил не обращать на него внимания. Хорошо выспаться мне не дали. Как живой пример того, что меня считают своим, пришел Хмар и с ним десяток вчерашних лучников. Они горели желанием освоить новые приемы стрельбы. Пришлось выполнять вчерашнее обещание. Я провозился с ними все утро и вечер, объясняя тонкости восточной методики стрельбы. Но результат был на лицо. Все научились пускать одновременно по две-три стрелы, а вечером Хмару удалось сбить первую стрелу. Восторгов было, хоть отбавляй. На следующий день пришел мастер и пригласил меня посмотреть на результаты их труда. Когда я увидел, что им удалось сделать, уверенность в успехе моей затеи у меня добавилась. Плоскость была сделана почти идеально. Размеры, изгиб, пропорции, несущая рама. Все отвечала требованиям. По весу, конструкция триаров даже выигрывала. Этот день я провел с мастерами, доводя конструкцию. К вечеру все было готово, и я решил вылететь утром. Когда я сообщил об этом Хмеду, он погрустнел.