Мелодия первая (СИ) - Пасика Кристина Андреевна - Страница 78

К тому моменту, когда проснулся ушастый, я уже была готова к дальнейшему походу и даже приготовила на завтрак своеобразные бутерброды из мучных лепешек и вяленого мяса. Эльф был какой-то хмурый, говорил мало. То ли я умудрилась незаметно для самой себя его обидеть, то ли это у него по другой причине был спад в настроении. Но забивать голову еще и этой ерундой я попросту не стала.

Наскоро перекусив и затушив угольки костра, мы двинулись дальше. В общем и целом второй день путешествия мало чем отличался от первого. Нависающие над головой огромные мохнатые ветки елей и сосен, хмурое осеннее небо и какое-то тусклое солнце, изгиб утоптанной дороги под копытами коварной рыжей кобылки, так и норовящей куда-нибудь свернуть. Разговоры с чуть оттаявшим эльфом обо всем… и одновременно ни о чем, легкая настороженность. В середине дня короткий привал на обочине.

За все время пути нам так никто и не встретился. Я думала, может хоть кто-то из людей или кентавров попадется на дороге, но Арнел'лиан объяснил, что товарами эти две расы обмениваются лишь раз в месяц, все остальное время здесь тихо. Так что практически полное уединение и спокойствие, даже птички мило пели где-то невдалеке.

Все вышло точно по словам княжича, и уже за несколько часов до заката мы оказались перед огромным деревянным частоколом с распахнутыми настежь воротами. Действительно, днем местным жителям бояться было нечего, они достаточно сильны, чтобы отразить любое нападение (хотя как раз желающих напасть на кентавра не так уж и много). А вот ночью, конечно, вход крепко-накрепко запирается, и частокол служит надежной защитой от темных тварей. Я зачарованно смотрела вперед, рассматривая открывающийся вид… потому что за этим забором не было абсолютно ничего такого, что хоть отдаленно бы напомнило мне поселение людей.

Вместо привычных деревенских домов — своеобразные крытые навесы, которые больше походили на огромные амбары с одной отсутствующей стеной. Их крыши крепились прямо на ветках деревьев где-то на уровне в два с половиной человеческих роста. Сбоку же висело большое сложенное полотно, видимо как раз и играющее роль четвертой стены и натягиваемое во время дождя или снега. Что находится внутри — видно плохо, ручаться не буду, но, по-моему, там на земле лежит сено. Таких вот необычных сооружений было не слишком много, по крайней мере на той территории, которая хорошо просматривалась. Практически все остальное пространство было очищено от кустарников и хвойных деревьев и радовало взор высокой густой травой, словно вдруг ты оказался на огромной поляне с душистыми цветами и зеленью. Даже интересно, как они умудряются сохранять ее в таком виде в это время года, к тому же при здешнем климате… Загадка.

Конечно деревья тут все равно оставались, одни играли роль необычных стен, другие закрывали надежным непроницаемым пологом от постороннего взгляда дальние части «города». Не скажу, что это поселение красиво, как например Вермина, но то, что оно меня поразило — это точно, ничего подобного видеть в жизни еще не доводилось. Вокруг ощутимо пахло свежим сеном и мятой. Приятный аромат странной лесной свежести и одновременно пряности летнего луга.

— Добро пожаловать в Орайне, княжич Малахитового леса, — я только сейчас смогла оторвать взгляд от картины, открывающейся за частоколом, и перевести взгляд на заговорившего с нами. Вернее не «с нами», а только с листоухим.

Было бы странно, наверное, если бы наш собеседник не был кентавром. Так что, тут и вариантов в общем нет. Прямо у входа, скрестив руки на могучей груди и глядя на нас сверху вниз, как раз и стоял самый настоящий кентавр. Впрочем, я совсем не обиделась на то, что он меня проигнорировал. Объяснялось все просто — в культуре этих существ женщины вообще не имели права голоса, и кобылицы всегда были прикреплены к своим жеребцам, являясь чуть ли не их вещью. Вот и для этого копытного эльф является фактически моим хозяином. Ничего, ради ночлега в защищенном поселении я могу стерпеть и не такое. Кентавры такие, какие есть, их уже не изменить…

Кентавры, люди-кони, объединенные, называйте как душе угодно, суть от этого не изменится. Споры о том, отнести их к отдельной расе или просто отделить как подвид людей, тянулись до сих пор и, по-моему, стихать даже не собирались. Хотя, посудите сами, если вы назовете коня собакой, он что — перестанет быть конем? Нет, конечно. Так что в целом самим кентаврам было глубоко наплевать на мнение всех остальных и на то, каким образом другие разумные запишут сведения о них в своих бесполезных книгах.

Вы можете не поверить. Довольно странно, что существам может быть все равно, что о них говорят и думают другие. Но вот кентавры как раз были именно такими. С людьми не враждовали, но держались отчужденно. Искали уединения в лесах, жили сплоченными общинами, желательно подальше от иных поселений, с представителями разумных рас практически не общались. Существовали в согласии с природой и окружающим миром, охотились, разводили кабанов и лосей. Магией почти не обладали, если не считать способности разговора с животными. В большинстве своем были воинами, предпочитавшими полуторные клинки с чуть изогнутым полумесяцем лезвием, но и с луком управлялись не намного хуже эльфов, пусть сами листоухие этого никогда в жизни и не признают.

Кентавры — сильные противники, которые не каждому по зубам. Хотя насколько помню, они принимали участие в войне лишь однажды, причем на стороне людей против темных эльфов. Это когда красноглазые вообще обнаглели и решили посягнуть на кусок территории Лейи и Мерридии. Было это правда веков семь назад. Вот с того момента люди-кони особо не выделялись. Жили сами по себе, в конфликты не вступали. Человеческий род не трогал их, они не трогали нас. Взаимовыгодная торговля, редкие встречи в лесу…вот пожалуй и все.

Все, что я могу сказать об образе жизни этой расы. А внешность? Нуууу, это даже пятилетний ребенок вам расскажет. В верхней части — человек, ниже талии — тело лошади. Вариации окраса разнообразны — белые, вороные, гнедые, каурые, прямо как у людей брюнеты, блондины, рыжие. Если рассматривать с человеческой точки зрения, то объединенные вполне привлекательны, пусть и красота их немного грубая, да и во многих их повадках нет-нет да мелькнет нечто звериное.

— Я рад приветствовать тебя, Страж, — о-о-о… тон у Лиана такой пафосный, словно он находится на церемонии вручения наград как минимум за спасение мира. Вот уж где вдоволь разгуляется его эльфийская натура. — Мое имя Арнел'лиан Лираве, я старший княжич клана Рябины. Мы с моей спутницей направляемся к границе с Лейей и просим жителей Орайне о приюте на ночь.

Меня даже не представил, правильно, зачем представлять свою сумку, например, или лошадь? Аж злость берет, но я терплю.

— Я Рий — вожак первого табуна Орайне.

Я не сдержалась и удивленно приподняла брови. Даже не знаю, это нам так повезло, что мы на него наткнулись, или у них всех прохожих встречает главный? Что-то больше склоняюсь к первому. Мне вообще катастрофически везет на такие вещи. Красноволосый эльф на Песчаном берегу оказался княжичем, облитый на приеме вином парень — принцем. Так что вожак — уже и не удивительно. Вон вдалеке еще кентавры бродят и уже так заинтересованно в нашу сторону поглядывают…

— Я рад приветствовать тебя, Рий, — эльф в почтительном жесте склонил голову.

Это людей остроухие никогда не замечают, а если вдруг и замечают, то смотрят с презрением, но вот представителей других древних рас порой даже уважают. Естественно, когда им это нужно и выгодно.

Меня всегда возмущала безумная любовь человеческих женщин к надменным светлым эльфам. Пусть и безумно красивым, но таким холодным и далеким. Даже темные эльфы, которые по жизни более опасные, хитрые и коварные, все равно живут хоть с какими-то эмоциями и чувствами, не то что ледышки из Малахитового леса! Я конечно не говорю о полукровках, которые удивительно сочетают в себе красоту эльфов и живость людей, здесь вообще отдельный разговор, я имею в виду чистокровных представителей остороухого племени, по которым сохнет любая женщина в возрасте от десяти и до семидесяти лет.