Дети Мира - Пекур Екатерина - Страница 43

Глава десятая

Я тревожно вздохнула, ощупывая рукой камень самых загадочных Гор Мира. Он не дымился под моими руками, и вообще ничего такого не происходило. Обычный камень. Но всё это было слишком странным и шокирующим, а я, к тому же, не понимала сути. Что произошло..? И я даже не знала, стоит ли об этом думать, чтобы не обезуметь… Я даже оглянуться за плечо не могла — туда, где красовалась чудовищная двухпуневая пропасть.

Я осторожно перевела взгляд на своего спутника — лицо да Лигарры было бледным и неподвижным, и за этим скрывалось куда больше, чем он смел мне показать. Он был напряжён и словно бы раздавлен. Глядя на меня расширенными глазами, он отрывисто дышал и временами сглатывал. И даже сидя чуть шатался от пережитого — хотя там, в небе, он держался куда лучше меня. Мы так сидели минуту, две, три, но постепенно он вроде как брал себя в руки, начиная походить на того спокойного человека, которого я наблюдала уже столько времени. Хотя на деле я его едва узнавала.

— Карун…? Что случилось, Карун? — шёпотом спросила я, — Я не понимаю, что вот только что случилось… ты понимаешь? А то мне кажется, я с ума схожу…

— Ты не аллонга, — еле слышно сказал он.

— Что ты имеешь ввиду?! А кто же я?! — всхлипнула я.

— Ты всё-таки рыжая, — растерянно прошептал он и неожиданно закашлялся. Таким да Лигарру я не знала — он был растерян, но он явно нашел в себе силы признать некий факт, который мои мозги упорно обходили, как смертоубийственный и в человека не помещающийся… — Ты…

От мысли, к которой он меня подводил, мне стало дурно. Как если бы я случайно убила человека. Я встала и на слабых ногах прошлась по площадке. Позади скалы, послужившей нам убежищем, мне вдруг открылся невероятный вид: уходящие каскадом в небо Горы — до самого горизонта, синие, розовые и белые в лучах заката, фиолетовые в тенях, золотые по краям — что-то фантастическое по силе, мощи и красоте, такое прекрасное, что это граничило с болью. Они были вовсе не такие, какими они казались из-за Барьерного Хребта. Я отстранённо подумала, какого же умиротворяющего и прекрасного зрелища лишено человечество… Мои ноги дрожали, и я снова села на камни.

Как это я — не аллонга? А кто же я, к Тени собачьей? Мне было тяжело дышать.

Если мыслящее существо о двух ногах, двух руках и голове — не аллонга, то оно может принадлежать только к двум расам — людям-хупара и нелюдям-летунам. Но я же не..? Я же не то и не другое, правда?

Тихий хруст камушков выдал присутствие Каруна.

— Ты понимаешь, что сейчас произошло? — настойчиво произнес он, садясь напротив меня.

У меня ещё теплилась надежда, что события после крушения риннолёта имели иную причину, чем та, к какой он меня бережно подталкивал, но я просто смотрела на него и молчала.

— Мы не разбились, Санда. Благодаря тебе. Я… в такой… я… не знаю… как быть… Я не понимаю…

— Карун. Это ветер… — жалобно проговорила я.

— Нет, Санда. Это ты не упала.

Я вспомнила, как он крепко держал меня за руки. Еле удерживая силу такой, чтоб не покрыть меня синяками. Да Лигарра — сильный человек. В такой ситуации не одуреть от паники…

А ведь, если на минутку допустить, что он прав — и от этой мысли меня обдало холодом — ему следовало меня уничтожать. Он не знает, как быть — Боги, он же мне это прямым текстом сказал! Сидит тут, ведёт беседы. И на самом деле он даже сделал всё мыслимое и немыслимое, чтоб я не погибла в воздухе над Стеной. Это я висела на нём, закрыв глаза, тихонько плача от страха — а ведь он всё это видел! — мир без опоры, высоту и весь этот потусторонний ужас. Или это он на мне висел..? Боги, я его спасла, это правда. На нём теперь Долг. А он… он тот, кто он есть. Но ведь это же бред..! Что происходит?!

— Карун? — жалобно простонала я, чувствуя, что мои глаза опять застилает от страха, но теперь куда более горячего и конкретного, — Карун… Что со мной?!

К моему удивлению, он устало улыбнулся. Ну, он пока меня не убивает. Не знаю, почему и как долго это продлится, но это так.

— Ты летун. Если человек не падает с такой высоты, это называется только так.

Ну вот. Он сказал это вслух! Правда, он не назвал меня бризом, но и Отродьем тоже. Даже человеком поименовал…

— Но я не могу им быть..! — закричала я, — Я — да Кун! Куча людей могла бы подтвердить моё рождение в Законе и Порядке!

Мысль, что я могу быть внебрачным дитям — даже по ошибке, даже по неведомым проискам Тёмных Сил — мною даже не рассматривалась. Родители блюли Порядок превыше всего на свете. Даже с учетом отцовского атеизма. Да и то сказать, ведь Карун убеждал, что это невозможно…

Да Лигарра критически оглядел меня.

— Если бы ты не была так похожа на своего отца, я бы ещё сомневался. Но ты явно дочь Самала да Кун дас Лоа и Хиранны да Лоа дас Кун.

— А вдруг меня вырастили искусственно, как да Ринна? — вспыхнула я.

— По-моему, глупо создавать искусственного аллонга, так похожего на настоящего бриза.

Когда до меня дошёл смысл его слов, я изумлённо выпучила глаза.

— Ты видел настоящего бриза?! — прохрипела я.

— Да. Ты вообще помнишь, кто я? Чем я всю жизнь занимаюсь? Видел, чего уж там, — проворчал он, — Хотя, по правда говоря, это мало приятного — расстреливать рыжих мальчишек с совершенно человеческими глазами. Можно потерять остатки Веры, знаешь ли. Даже под трибунал попасть.

Он был уставшим до рези в глазах — я могла лишь догадываться о его чувствах в эту минуту… С ним что-то происходило. Казалось, он что-то бешенно переосмысливал, спешно пытаясь загнать факты в теорию. И то, как он говорил со мной, выдавало совершенно неизвестного мне человека. Что-то такое, что я лишь изредка могла лицезреть, когда он забывал, что он офицер седьмого ранга в должности спецоперу, которому не положены ни эмоции, ни ощущения, ни личная оценка, а только молотобойское искоренение всеМирной заразы.

— Мало ли, что я не похожа, ведь мы ничего не знаем об их логике! — Мой мозг отказывался принять то, что он мне втолковывал, что да, то да…

Да Лигарра терпеливо покачал головой.

— Слушай, опыт у меня небольшой, но, как бы это сказать, ёмкий. Поверь, я что-то понимаю про логику бризов. Может, это идёт вразрез с классическим подходом, но вообще она мало отличается от нашей. По крайней мере, можно сказать, что нашу они весьма успешно копируют. Итак глупо выращивать рыжую аллонга, не способную возвести чего-то там трёхзначное в куб без детского арифмометра. Про неё будет знать вся округа. Она никогда не сможет стать рядовым членом общества. Ну ладно, не слишком-то ты рыжая, но достаточно, Санда, не спорь, — твердо закончил он.

— Но ты же говорил, что контакты людей и летунов бесплодны?!

— Так и есть. Но раз ты существуешь, выводов два: либо наша концепция не верна в корне, либо мы не знаем дополнительных фактов. Пока я не могу тебе пояснить, что случилось. Размышляю, но не могу. Итак нам придётся оставить всё как есть. Может, это какой-то феномен, связанный с… со «сказкой из Тер-Карела». Собственно, только это сейчас и удержало меня… от попытки… разбиться в ритуальной чистоте.

Я сглотнула. Да Лигарра обладал исключительной способностью называть вещи своими именами. А он продолжал — наверное, я уж слишком удивленно на него смотрела, раз он таки объяснил:

— Потому что если это так, то чего уж мне кулаками размахивать — у меня ведь и у самого рыльце в пушку? Ведь я же родом не из Десяти Первых Семей.

Я помотала головой. Это он там, в воздухе, такие сложные измышления проделал? Скорее уж верно то, что он всё время про это думал — неожиданно прошептал мне внутренний голос. Причём так часто думал, что в момент реальной опасности это руководило его поступками вернее, чем классическое воспитание и профессия, вот как.

Но не спросишь же про такие вещи. Неудобно как-то.

— Я правда… так похожа на них? — потрясённо спросила я.

— Достаточно, — подтвердил Карун, — На самом деле, если бы дети людей и нелюдей существовали, это бы, наверное, так и выглядело, — проговорил он чуток неуверенно.