Предатели Мира - Пекур Екатерина - Страница 72

Ещё пунь. Выжить бы нам обоим. Потому что иначе спасение теряло смысл. Ремень впивался в моё тело, жуткой силы ветер обтекал нас, подобно струе ледяной воды.

Успеть. Выжить. Ещё хоть раз в жизни пусть нам повезёт..!!! ветер сдирал кожу с наших лиц… чтобы хоть как-то сэкономить мои силы, Карун накрыл меня плечами, принимая ударную волну на себя, но это почти не помогало… Он обморозится, как пить дать обморозится, да хоть бы он вообще жив остался..!

Но я ничего не могла с этим поделать! Невыносимый холод. Почти запредельный. Я не могла этим дышать, по его телу пробегали судороги, на наших волосах появился лёд… тяжелее, ещё тяжелее, но я все силы бросила на полёт — все, что были, и даже больше.

Риннолёты приближались, и я уже могла различить силуэты кабин и растяжки на крыльях, уже должны были заметить, уже нет пути назад… Создатель, помоги нам…

Я кричала. Последние силы вытекали из меня, как капли воды из шприца, но я не смела ослабить тягу. В глазах потемнело, во рту появился привкус крови, почти теряя сознание, я выла от отчаяния… ещё двести шагов, сто пятдесят… только бы не «уйти»..! удержаться в сознании..! сто шагов..! сорок… двадцать… пять…

Я кричала. Хрипела. Сквозь муть в глазах я видела, как разворачиваются дула пулемётов, ощущала, как яростно сжимает моё тело Карун, пытаясь отвернуть меня от стрелков… как он орёт от боли… но я уже не жила… я черпала силы для полёта в биении сердца, в токе крови, в нервных импульсах мозга… я сжигала себя, чтобы выиграть ещё шаг, ещё…

Я уже даже не выла…

Я умерла…

В короткой вспышке света я увидела, как передо мной возникает быстрая тень… и всё погасло…

— Санда… любимая, девочка моя… очнись…

— Сейчас. Она ещё слишком слаба.

Я едва приоткрыла глаза. Карун — как тряпичная кукла, с которой смыли все краски — бледный, мокрый насквозь, с каким-то отёкшим лицом, с трудом стоящий даже на коленях — держал меня на руках, а надо мной склонялась девушка лет двадцати пяти, одетая в просторный комбинезон. У неё были кудрявые рыжие волосы.

В несколько быстрых пассов она загнала в меня столбики синего света — в живот, в грудь, ещё что-то тёплое под подбородок, а потом провела по лбу.

Целитель.

Я живая… но смогу ли я когда-нибудь летать..? после того, что я с собой сделала..?

Создатель… я жива, и мы на Острове?!

На мои глаза навернулись слёзы.

— Ей нужно будет спать, — проговорила девушка, обращаясь к Каруну, — но это не опасно. Было опасно. Но уже нет, — она склонилась надо мной, — Как тебя зовут? Я тебя не знаю.

— Санда, — прошептала я, обвисая на руках Каруна.

— Я Хийята Серая Тучка. Здешний оператор. Создатель, ты чуть не надорвалась, ты что! — обеспокоенно произнесла она, — Я когда увидела, что происходит, мы все кинулись вниз. Вы уже были в зоне поля, но ты выжалась досуха…

И даже немножко больше. Я знала. Неожиданно мне стало страшно при мысли, что только что произошло… Я потеряла сознание на высоте пять пуней, держа на себе совершенно беспомощного человека.

— Хийята, — прошептала я, прикладывая руку ко лбу, — Спасибо тебе. На мне Долг.

— На нас обоих, — тихо добавил Карун.

Изумлённая девушка моргнула.

— Я не следую Пути Порядка. Но… ладно, разберёмся.

— Хийята, — вдруг испугалась я, — Я не потеряю Дар?

— Дар, по счастью, только с жизнью уходит. Но ты… могла бы сейчас… потерять их обоих. И Дар, и жизнь, — сумрачно проговорила она, — Но ты разве не знаешь таких простых вещей? — удивилась девушка, — Ты же бриз — ты что, в школу не ходила?

Объяснить этой славной девушке я не успела. Раздался шум, подняв голову, я увидела, что вокруг нас собралась порядочная толпа местных — в основном, бризов, но было и несколько встревоженных аллонга и один (неожиданно мрачный) хупара в расстёгнутой меховой куртке. Через расступившуюся толпу островитян прошёл высокий старик в чём-то вроде классического ларго, но рыжий. Обычное лицо пожилого мудрого человека, тонкие руки. Несомненно чистокровный бриз.

— Кто вы? — твердо спросил он, — Назовите ваши полные имена, и с какой целью вы взошли на Остров КаЗнро. И… вы вооружены, — полуутвердительно сказал он.

— Вообще-то странно без оружия убегать от тех, кто хочет нашей смерти, — пробурчал Карун.

Он бережно подхватил меня под мышки и поставил на ноги. Ну, не пристало просить чего-то на карачках. Это правильно. Мы стояли, подпирая друг друга, в целом прямо, и держась друг за друга, как за последнюю опору.

— Меня зовут Санда Киранна да Кун… дас Лигарра, — сказала я. Хотя лицо у Каруна не изменилась, я почему-то ощутила, как он улыбнулся. От него как тепло пошло, — Я прошу убежища и защиты для нас обоих. По праву крови.

— Бризы не носят низинных имён, — настороженно произнес наш собеседник, — А ты как минимум сильная сайти. Как минимум.

— Я так привыкла. Это имя дано мне при рождении, и я собираюсь жить с ним до смерти. Такая у меня причуда.

— Дитя агента? — потрясенно пробормотал здешний командир — а по его виду и поведению я не сомневалась, что он тут за главного — или одного из главных… — Каким же образом Совет допустил..?!

Он потряс головой и перевёл взгляд на моего спутника.

— Карун да Лигарра дас Кун, — тихо и страшно проговорил тот. Ну вот. Мы это сказали. Теперь оставалось только ждать… пока кто-то вспомнит.

— Если я правильно понимаю имена низинных аллонга, вы — муж этой женщины?

— Совершенно верно.

— И вы согласились на это… зная, кто она такая?! Что она бриз?!

Уверенный кивок самого хрестоматийного на свете аллонга.

— Невероятно… — прошептал старый человек.

Он ещё раз глянул на меня и вдруг замер.

— Да Кун? Ты дочь Самала Куна Жёлтого Пути?! Та самая девушка..?!

Я медленно кивнула. Он посмотрел на меня, потом на Каруна. Потом снова на него. Я понимала, о чём он думает. Он явно знал нашу историю, и знал, с кем я сбежала из Адди, но не было никакой гарантии, что сейчас рядом со мной стоит тот же человек — тем более, что после упражнений Даллина беглеца могли считать мёртвым. Но если человек тот же — а имя его он, видимо, смутно помнил… мой собеседник как-то подобрался и опасно застыл. Его лицо стало неподвижным.

Хийята обеспокоенно переводила взгляд с начальника на нас и обратно.

— Мастер Харт… — рискнула подать голос она, — Она слишком слабая. Что бы это ни было, пожалуйста, не сейчас…

— Этот человек — сотрудник Комитета, — тихо и страшно сообщил Мастер Харт, — Если я не ошибаюсь, контрразведка.

По толпе прошел шорох. Все зашевелились и подались на полпальца вперед. А потом — назад. На лицах мелькнули удивление, ярость… Хийята отреагировала почти так же, но потом взглянула на нас обоих и нахмурилась.

— Мастер… — снова пролепетала она, — они не могут с вами сейчас…

На лице Каруна не отражалось ничего. Вообще ничего — наверное, с таким лицом принимал жуткий бой с собственной «конторой» год назад. Или, может быть, сейчас ему было слишком плохо, чтобы он рискнул хоть шевельнуть мимическими мышцами — чтобы его нечеловеческое напряжение не вылилось наружу. Только его ладони, будто живя сами по себе, прижимали к груди мою голову и плечи — и от этого, почти непроизвольного, беззащитного движения, мне неожиданно стало страшно. Он ничего не мог поделать… больше ни на что не мог повлиять. Впервые в жизни — не мог. Мы оба были совершенно беспомощны.

Харт смотрел не него, не мигая, а потом сказал:

— Я буду вынужден связаться с Советом. Возможно, разрешение не будет получено — по крайне мере, для него, — сказал он, — До тех пор вы можете остаться на Острове, однако я разрешаю это только ради девушки. Ваше передвижение ограничено. Вы будете ждать столько, сколько я сочту нужным, и примете решение безоговорочно. В противном случае вы будете высажены на Плоскогорье прямо сейчас.

— Если таково будет решение ваше и Совета, — тихо произнес Карун.