Секрет барвуна - Ремез Евгения - Страница 58

— Дорогой, я, кажется, знаю в кого пошел наш Антоша, — подкалывала я мужа.

— Ты же знаешь что я не такой, — обидчиво отвечал он, — зато я точно знаю в кого пошел Максим, — съязвил он.

— Кто-то сейчас получит по лбу, — шуточно пригрозила я ему кулаком.

Максим пробился в государственную думу, став заместителем председателя комитета по безопасности. А Максим пошел работать в дорожно-постовую службу.

Я, всё же решила исполнить мету юности, и написала диссертацию. Естественно, не о народе усех. Я решила, остановиться на разработке методики изучения одного из языков Азии. Для этого, я отправилась в Мьянму, где в плотную занялась исследованием местного языка мон.

На это у меня ушел не один год, но работа увенчалась успехом, и наш институт на основе моей диссертации даже выпустил учебное пособие.

Воодушевлённый моим успехом, Филипп решил сделать тоже самое, но уже на другую тему, в которую, мне не хотелось влезать, что бы, не мешать ему.

Всё это время, я переписывалась со жрецом из Китая, рассказывая о каждом событие, произошедшем в моей жизни. Он же писал, что с каждым днём чувствует себя всё хуже и хуже, но он нашел бедную семью, которая ухаживает за ним, как за родным, и которой он отписал всё своё наследство. Так же, он намекал, что не забыл обо мне, и через пару месяцев после последнего письма, я узнала, что его не стало. Новоиспеченные богачи, написали мне письмо с просьбой приехать и забрать шкатулку, которую он наказал передать лично мне в руки. Он все-таки был прав. Они действительно честные люди.

Я пообещала им прибыть в скором времени, но так и не смогла этого сделать, так как на мою семью одна за другой посыпались беды.

Однажды ночью, в нашем доме зазвонил телефон, и после короткого разговора, лицо Филиппа исказилось болью. Умерла его мать. Хоть это и не было неожиданностью, мой муж отреагировал очень болезненно.

Всей семьёй мы отправились на похороны в Кемерово. Отец Филиппа выглядел уставшим и обессиленным, но наотрез отказался переехать к нам в Москву, решив остаться рядом с женой. Врачи уже давно поставили ему диагноз, но он не ожидал, что умрёт вторым.

Через три месяца он попал в больницу, где через два дня и умер. Филипп уже морально был к этому готов, и достойно выдержал этот удар судьбы.

Здоровье Фили сильно подкосилось, а я проклинала хименталь, ведь если бы не он, я смогла бы продлить жизнь близких мне людей.

А через полгода, нас потряс сильнейший удар.

Преследовав на машине преступников, Антон и его напарники не вписались в поворот и разбились насмерть.

Нашему мальчику было всего двадцать два года, и она еще ничего не увидел в этой жизни.

Мы очень тяжело переживали это горе. У Филиппа случился инфаркт, но врачам удалось его спасти. Я же впала в глубочайшею депрессию.

Я и мой муж почти год не вылезали из больниц, но Максим приезжал к нам каждые выходные, и я замечала, как его глаза становились всё суровее. К этому моменту, он уже стал довольно влиятельным в политике человеком. Только ради него, я и старалась держаться.

Мы слёзно просили его о внуках, но он был непреклонен, и мне показалось, что он чего-то боится.

Выписавшись из больницы, мы с Филей поняли, что нам необходима смена обстановки, и Максим отправил нас в кругосветное путешествие на морском лайнере. Мы побывали в Финляндии, Норвегии и на несколько дней останавливались в Исландии и Гренландии. Далее нас ждали Кения, Ботсвана, Мавритания и другие страны Африки. Мы завернули к Индии, но провели там недолго, пообещав себе обязательно вернуться сюда снова. Из Индии, мы самолётом добрались до Москвы.

Это путешествие, благоприятно повлияло на наше здоровье и психическое состояние.

Следующие десять лет мы только и занимались тем, что путешествовали по миру. Собрав очень много информации, мы выпустили кучу путеводителей, которые в первую очередь будут интересны археологам и историкам. Раскупались они на "ура", и наш институт решил наградить нас премией.

К нашему счастью, Максим все же женился, и у нас появилась надежда на появление внуков. Я чувствовала, что он сделал это скорее для нас, чем для себя.

Эта мадам оказалась алчной и продажной, позарившейся только на деньги нашего сына. Но Максимка, будучи умным человеком, быстро её раскусил и они развелись.

Через пару лет, Максим оказался в центре политического конфликта и ему начали угрожать.

Мы бы с отцом никогда этого не узнали, если бы не милиционеры, который взяли нас под охрану. Целый год, мы жили в постоянном страхе и в полной боевой готовности к переезду в более безопасное место.

Суд признал нашего сына невиновным в присвоении денег из козны государства, но угрозы и преследования не прекратились. Хотя с нас уже сняли наблюдение.

На семейном собрании, мы приняли решения покинуть Россию и осесть в другой стране, найдя глухой и далёкий город. Благо средства для этого, у нас были.

Остановились мы на знакомом мне, Богом забытом городке в Китае, тем более что у меня там были люди, которые меня помнили. Но, сделать этого мы не успели.

Когда необходимые вещи были собраны, билеты куплены и нас уже ждали в Китае, мы узнали что в подъезде своего дома, трое неизвестных расстреляли нашего сына.

Его госпитализировали в больницу, но он умер на операционном столе от потери крови.

Эта новость окончательно подкосила Филиппа, и упал прямо больничном коридоре. Он пролежал в коме несколько дней, и двадцать седьмого апреля в одиннадцать часов тридцать две минуты, врачи констатировали его смерть.

Я часа два не могла поверить в происходящее со мной. Я осталась одна…

Вернувшись в пустую квартиру, я как безумная просматривала фотографии всех моих родственников и рыдала. Если бы не проклятый хементаль, вся моя семья была бы жива и здорова еще как минимум лет пятьдесят.

Похоронила я мужа и сына в один день. На похоронах, присутствовало всего несколько самых близких человек, которых не испугало клеймо, которое недоброжелатели пытались поставить на нашу многострадальную семью. Но и те, уже были стары и даже не остались на поминки.

Разбирая вещи сыновей и мужа, я наткнулась на коробку, которую так тщательно скрывала всю свою жизнь, что даже забыла о ней. Я долго не решалась открыть её, ведь тогда мне придется лицом к лицу встретиться с тяжелыми воспоминаниями.

Поставив коробку на кухонный стол, я налила себе полный бокал сухого красного вина, привезенного из Италии, и села напротив, будто гипнотизируя её.

Опустошив бокал, я, набравшись смелости, всё же открыла крышку. В коробке, как и пятьдесят лет назад лежал калейдоскоп и маленькая бутылочка сильнейшего омолаживающего зелья, заранее припасенное мною. Сейчас, я вряд ли вспомню, что за план был у меня в голове тогда.

Решение, пришло само собой. Заказав билет в Китай, я отправилась в страну восходящего солнца.

Прибыв к бывшему дому жреца, я познакомилась с его новыми обитателями. На моё удивление, они оказались русскими.

— Здравствуйте, меня зовут Мария. Хозяин часто рассказывал о вас, — говорила женщина, встретившая меня, направляясь к огромной дубовой двери, — мы специально не трогаем его кабинет. Хотя бы так, мы можем отдать дань его великодушию.

Мы зашли в комнату, и Мария достала из дальнего шкафа шкатулку. Я заметила, что в комнате абсолютно нет пыли, это говорило об аккуратности хозяев.

На стене, я увидела портрет жреца, в окружении его семьи. Они выглядели такими счастливыми, что у меня сжалось сердце. Я представляю, как трудно ему было пережить их всех.

Мария, вложила в мои руки шкатулку и вышла из комнаты, чтобы не мешать мне. Оставшись одна, я осторожно открыла старинную китайскую шкатулку, в которой лежало письмо.

Повертев конверт в руках, я нерешительно его вскрыла. Жрец не был многословен.

" Я знал, что твоя жизнь в этом мире, будет трудна и полна боли. Но ты должна была пройти этот нелёгкий путь. Но так же, я вижу, что тебе предначертано прожить две жизни. По этому, ты должна вернуться туда, где у тебя остались незаконченные дела, и где тебя ждут. Судьбу не изменишь."