Имя ветра - Ротфусс Патрик "alex971" - Страница 177

ЭПИЛОГ

ТРЕХЧАСТНАЯ ТИШИНА

И снова наступила ночь. Трактир «Путеводный камень» погрузился в тишину, и складывалась эта тишина из трех частей.

Первой частью было пустое, гулкое до эха молчание, возникшее по нескольким причинам. Если бы в стойлах были лошади, они переступали бы копытами, жевали, чавкали и разорвали бы тишину в клочья. Если бы в трактире осталось переночевать хоть несколько человек — их беспокойное дыхание и смешанный храп растопили бы молчание, подобно теплому весеннему ветру. Играй здесь музыка… Нет, вот уж музыки точно не было слышно. Так что в воздухе висела тишина.

В трактире, наверху, в мягкой благоухающей постели скорчился человек. Неподвижный, он лежал в темноте, широко открыв глаза, и ждал прихода сна. Этим он добавлял маленькое испуганное молчание к большей пустой тишине. Получался своего рода сплав, гармония.

Третью тишину ощутить было не так легко. Пожалуй, пришлось бы прождать около часа, чтобы почувствовать ее в толстых каменных стенах пустого общего зала и в сером металле меча, висевшего позади стойки. Тишина таилась в тусклом свете свечи, наполнявшем одну из комнат верхнего этажа танцующими тенями. Она пряталась в безумном узоре скомканных мемуаров, брошенных на столе, но не забытых. И в руках человека, сидящего рядом и старательно не замечающего страниц, которые он написал и давным-давно забросил.

У человека были рыжие, словно пламя, волосы. Его темные глаза смотрели куда-то вдаль, а в движениях сквозило то усталое спокойствие, которое приходит лишь со многими знаниями.

Трактир «Путеводный камень» принадлежал ему, и третья тишина тоже. Вполне закономерно, тишина эта была самой большой из трех: она окутывала две первые, заключала их в себе, — бездонная и безбрежная, словно конец осени, и тяжелая, как обкатанный рекой валун. То была терпеливая покорность срезанного цветка — молчание человека, ожидающего смерти.