Ведьмами рождаются. Книга 2 - Руднева Лилия - Страница 66

Девушка с удовлетворением отметила, что целительница здорово приложилась об пол, настолько, что магически восстановиться полностью не смогла.

— Поговорить? — Настя задохнулась от возмущения, — о чём? О том, зачем вам понадобилось затевать эту бойню, вступать в союз с чёрными магами и Акитоном?

Девушка вглядывалась в её лицо и не могла понять как эта женщина, служившая для неё образцом всего светлого, что являют собой белые маги, хладнокровно отправила на смерть стольких ни в чём не повинных людей.

— Не нужно на меня так смотреть. Ты ещё очень молода, и многого не понимаешь. Думаешь, легко постоянно принимать решения, от которых зависит жизнь людей? Да, пускай жестокие, компромиссные, но необходимые. На мне лежит ответственность за сохранение белой магии в этом мире, и я просто вынуждена это делать. Когда-нибудь ты это поймёшь.

— Ну почему же, я и сейчас понимаю, — Настя прислонилась к стене и сложила руки на груди, — Если бы дело обстояло именно так, как вы себе его представили, я, не задумываясь, сделала бы то же самое.

Целительница никак не ожидала услышать такое, и потому восприняла сказанное недоверием.

— Да, я бы первая уничтожила Александра, если бы он угрожал нашему миру. Только иногда нужно прислушиваться к голосу разума, а не принимать решения в панике. Сила Александра безопасна, и, если бы вы не устроили на него нападение при первой встрече, он смог бы вам это доказать. Более того, мы не собираемся оставаться в вашем мире…

— Я слышала об этом, — бесцеремонно перебила её тётя Маруся, — он мастер запудривать мозги дурочкам вроде тебя.

— Он изменился после плена у Акитона, — Настя еле сдерживалась, чтобы не запустить в неё каким-нибудь заклинанием, — он сам не хочет жить рядом с вами. Ему ничего от вас не нужно, и как только мы перейдём в своё пространство, Александр откроет Источники, и вы сможете вернуться к нормальной жизни.

— Девочка моя, зло всегда останется злом, люди не меняются, — она посмотрела на неё с сожалением.

— Согласна. Такие, как Мастер или Велиар, никогда не перестанут быть подонками, но Александр изначально был другим. Да, у него есть амбиции, и он может быть очень жестоким, но ведь его сделали таким сами люди. Он столкнулся с садизмом и жестокостью ещё в детстве…

— Это не оправдание, — голос тёти Маруси прогремел над сводами анфилады, — многие люди пережили страдания, и, тем не менее, остались людьми.

— А разве человек, способный пожертвовать жизнью ради другого, не достоин называться человеком?

Целительница печально вздохнула:

— Возможно, ты и права. В нём пока не погасла искорка человечности. Тогда Александр тем более должен позволить нам попытаться освободить его от опасной силы, несущей смерть всему живому в нашем мире.

— Ему не нужно этого делать, Александр научился контролировать свою силу, и только после этого стал выходить из Нижнего мира. Один этот факт является неоспоримым доказательством того, что он не хотел никому навредить.

— Негодяй всё-таки добился своего. Ты влюблена в него, и твой разум сейчас молчит, — тётя Маруся поняла тщетность попыток убедить девушку, и решила зайти с другой стороны, — а как же быть с Виталием?

Настю будто резанули ножом по сердцу.

— Для вас, наверное, было большим разочарованием, когда вы узнали, что на нём стоит защита и вы не можете к нему приблизиться. Если бы не это, не сомневаюсь, привели бы его сюда и стали меня шантажировать его жизнью, — Настя изо всех сил сжала зубы, словно это помогло бы ей сдержать бессильную ярость рвущуюся наружу.

— Он потерял интерес к жизни, — тихо проговорила целительница, — я действительно не смогла к нему подойти, но вот эмоции читались хорошо. У Виталия будто вырвали сердце. Такую боль, которую он испытывает, я не пожелала бы даже самому злейшему своему врагу.

— Замолчите, — прорычала Настя, не в силах это слышать, — ничего уже не изменишь, и вы это прекрасно знаете.

— Ещё не поздно всё переиграть, — целительница умоляюще смотрела на девушку, и Настю это удивило, — ты можешь мне не верить, но я люблю тебя как родную дочь. Мне больно смотреть, как ты катишься в пропасть. Настенька, опомнись, пока не поздно, Александр погубит тебя.

Настя отрицательно покачала головой.

— Хорошо, если ты не думаешь о себе, подумай о людях, которые хотят уйти с вами. Их смерть или рабство будет на твоей совести.

— На моей совести только Виталий, — девушка изо всех сил сдерживаться, чтобы не закричать, — а погибшие в нападении, и тот факт, что белым магам настолько плохо живётся в нашем мире — на вашей. Кстати, вы заметили, как их много?

— Мир никогда не станет совершенным, — отрезала целительница, — думаешь, тебе удастся создать свой маленький рай? Ошибаешься! Белые и чёрные перегрызутся через несколько недель, и начнут междоусобную войну. И на чьей стороне в этом случае будет Александр? — она ехидно улыбнулась.

— Убирайтесь, — жёстко сказала Настя, — я не хочу вас больше видеть. В убежище не сможет проникнуть никто, даже Акитон, так что приводите хоть целую армию, всё равно у вас ничего не получится.

— Ты не оставляешь мне выбора, — грустно проговорила тётя Маруся, — поверь, я делаю это для твоего же добра.

С этими словами целительница подняла руку с уже сплетённым заклинанием обездвижения, и девушка поняла, что не успеет ни поставить щит, ни трансформироваться в заклинание невидимости.

"Как глупо я попалась"- мелькнуло у неё в голове.

Но тётя Маруся, вместо того, чтобы бросить заклинание, вдруг широко открыла глаза, подалась вперёд и упала прямо к ногам девушки, открыв взгляду Насти ухмыляющуюся Марту — живую и здоровую. Тёмно-синие глаза казались кусками льда, а удивительно красивое лицо превратилось в застывшую маску ненависти.

— Не торопись, старушка, — она грубо пнула бездыханное тело тёти Маруси, не сводя с Насти холодного взгляда, — у меня тоже есть к ней претензии.

Марта сделала резкое движение рукой, намереваясь оглушить Настю, но девушка уже была в процессе трансформации и отскочила к стене, слившись с ней в одно целое.

Марта досадливо завертела головой, стараясь почувствовать её ауру, но тело Насти, пребывая в состоянии невидимости, приобрело свойство стены и обнаружить её стало невозможно.

— Ты всё равно умрёшь, тварь!

Марта, принялась бросаться сгустками огня в разные стороны, надеясь, что рано или поздно попадёт в цель, но девушка не собиралась давать ей такой возможности. Она постоянно меняла позиции и, дождавшись, когда соперница повернётся к ней спиной, сплела заклинание обездвиженности, и, словно сетку, набросила её на Марту.

Поняв, что она больше не может двигаться, девушка взвыла, словно животное и из неё полились такие ругательства, от которых покраснел бы даже портовый грузчик.

Настя сбросила с себя заклинание невидимости, перевернула девушку на спину и усадила, оперев о стену, пережидая, когда пройдёт приступ ярости.

— Ты всё равно сдохнешь, — шипела Марта, — и лёгкой смерти я тебе не обещаю.

— Чёрные знают, что Марк предал Александра? — Настя задала этот вопрос спокойно, но сердце её колотилось как бешенное.

Марта вздрогнула, но быстро вяла себя в руки.

— С чего ты взяла?

— Ну, судя по тому, что ты жива и здорова, спокойно разгуливаешь по замку, не смотря на то, что здесь происходит, у тебя есть союзник. И это не Мастер, который удавил бы тебя голыми руками. Остаётся Марк. Это он рассказал Акитону о том, что Александр не собирается оставлять ему Источник?

— Совершенно верно, — губы марты расплылись в довольной улыбке.

— Так вот почему Акитон так щедро раздал силу параллельного мира нападавшим, — Настя продолжала держаться спокойно, но паника захлёстывала её холодными волнами, — ему нужно уничтожить Александра любой ценой, потому что добровольно с Источником он не расстанется.

— Правильно, — Марта продолжала садистски улыбаться, — и я с удовольствием спляшу на его могилке, или что там от него останется.