Ведьмами рождаются - Руднева Лилия - Страница 15

— То, которое бабка Серафима передала тебе перед смертью.

— Она ничего мне не передавала, — девушку начинало трясти, — я вообще лет пятнадцать с ней не общалась.

— Да вкручивет она нам, Серый, — глаза Косого от злобы сошлись на переносице, — дай я ей пару раз в рыло заеду!

— Успеется, — осадил его тот.

— Слыш, Серый, — застенчиво проговорил Худой, — я вам пока не нужен?.. Тогда я это… Пойду пообедаю, а то кишки от голода сводит.

— Когда ты уже нажрёшься! — раздражённо ответил тот, окинув взглядом «сведённый голодом» шарообразный живот Худого, — иди, только быстро.

Худой со скоростью света вытащил из джипа огромный кулёк и с умильной улыбкой устроился в ромашках.

— Ну так как же так получилось? — Серый снова обратился к Насте, — разве можно брать чужое? Нехорошо, — он картинно покачал головой, — придётся вернуть.

— Да я с удовольствием вам верну всё, что захотите, только никакого золота бабка Серафима мне не передавала, Честное слово! — Настя для убедительности прижала руки к груди.

— Послушай, деточка, — голос Серого перестал быть ласковым, — мы серьёзные люди и не можем ждать когда ты перестанешь ломаться. У тебя осталась последняя возможность сохранить здоровье. А потом тебе будет очень, очень больно.

— Но я ничего не знаю! — заплакала Настя, — я не виделась с Серафимой, у меня нет золота!

Её рыдания прервал жестокий удар в солнечное сплетение. Согнувшись пополам, Настя судорожно пыталась поймать хотя бы глоток воздуха. От боли потемнело в глазах.

— Ну зачем ты себя мучаешь? — сочувствовал ей Серый, — подумай, стоит ли таких страданий какое-то ничтожное золото? А ведь дальше будет ещё больнее, — он сокрушённо вздохнул.

— Сначала я переломаю тебе пальцы на руках, а затем выбью все зубы, — радостно, предвкушая развлечение, просвещал её Косой.

— Ребята, ну поймите, нет у меня золота, — взмолилась Настя, — иначе я давно бы вам всё отдала!

Последовал сокрушительный удар в челюсть, Настя свалилась на землю, но сознания не потеряла. Понимая, что эти садисты не отпустят её живой, девушка попыталась отползти от них. Мысль о том, чтобы использовать свою силу, даже не приходила ей в голову. От страха она попросту о ней забыла. Кто-то потащил её за ноги обратно к джипу, Настя орала и брыкалась, но её могли услышать лишь бескрайние поля пшеницы.

Внезапно к её крику присоединился ещё один. Жуткий, пробирающий до костей, страшный вой. «Яшка»- мелькнула в голове у Насти радостная мысль.

Пока братки стояли с открытыми ртами и побледневшими от страха лицами, из-зи джипа величественно появился Пенёк. Лицо и одежда его были в зелёных пятнах травы, а на голове красовался роскошный венок из ромашек.

— Здрасьте, люди добрые, — проявил он вежливость, — вы моего крокодила тут не видели?

Парни синхронно повернули к нему головы и испугались ещё больше.

— Какого крокодила? — Худой первым пришёл в себя и стал опасливо оглядываться.

— Обыкновенного, маленького такого, метра три всего. Убёг, зараза, а мне теперь бегай его, искай! А как его найдёшь в траве — эту падлу зелёную! — пожаловался он браткам.

В этот момент ожили Серый и Косой. Они подошли поближе к джипу, тревожно всматриваясь в траву.

— Ты чё, дядя, в натуре крокодилов разводишь? — недоверчиво поинтересовался Серый.

— Ага, питомник у меня тут недалеко, — с готовностью ответил Пенёк.

Настя потихоньку заползла под джип.

— Так чего ж ты не смотришь за ними, придурок! — заорал Косой.

— Да он шустрый такой, зараза! Я клетку открыл, чтоб, значит, покормить его, а он как ломанулся!

Наверное, братки не слышали известного анекдота, поэтому и принимали бред Пенька за чистую монету.

— А венок зачем на бошку нацепил, как Красная Шапочка? — поинтересовался Худой.

— А чего? — удивился Пенёк, — красиво ж! Хотите я вам его подарю, этот цвет должен вам подойти.

И он шустро, пока Худой не опомнился, подпрыгнул и одел венок ему на голову. Вид жирной расплывшейся туши в романтичном девичьем веночке вызвал у его дружков приступ гомерического хохота.

— Ты посмотри, Серый, прям Белоснежка, сожравшая семь гномов! — заливался Косой.

— Не, это целлюлитный Колобок, сменивший ориентацию! — Серый задыхался от смеха.

Худой сорвал с себя венок и, как разъярённая Годзилла, двинулся на маленького Пенька, чего тот и добивался всё это время.

— Ты чё, мужик, смерти ищешь? — зарычал Худой и попытался его схватить.

Пенёк тут же растворился в воздухе и возник за спинами Серого и Косого. Вытянутые лапищи Худого сделали громкий хлопок, поймав воздух. Пенёк в это время дал под зад остальным. Те развернулись в изумлении, но Пенёк опять исчез, и материализовался метрах в двух от них.

— Мужики, — взревел Косой, — это ж подельник девки! Видали, что вытворяет! Держи его! — и он первым кинулся на врага.

Пенёк шустро проскочил у него между ногами.

— А-а-а! — заревел Худой, и всей тушей упал на стоявшего на четвереньках Пенька, надеясь раздавить гада.

Но Пенёк резво откатился в сторону и Худой всеми, своими килограммами, раскинув руки, рухнул на землю. От его падения чуть не перевернулся джип, под которым пряталась Настя. Тем временем Пенёк материализовался перед Косым и врезал тому между ног. Косой согнулся пополам, утробно воя. Не удержавшись, Пенёк на секунду остановился полюбоваться делом ног своих. В это время Серый, проявив завидную прыть, схватил Пенька за шиворот и развернул к себе, намереваясь дать в зубы. Но так как Пенёк едва доставал ему до груди, Серый, не рассчитав, промахнулся. Пенёк, тем временем, проворно расстегнул ему брюки, и спустил их вместе с трусами. Хватка Серого ослабла, Пенёк вырвался, а главарь банды, матерясь во всю глотку, стыдливо пытался натянуть штаны. Сделать это ему удалось не сразу, и он на некоторое время выбыл из строя. Косой с Худым кругами гонялись за Пеньком. Тот, казалось, издевался над ними, исчезая, как только кто-нибудь его настигал. Пришедшая в себя Настя потихоньку выбралась из-под джипа и заглянула в распахнутую дверцу переднего сидения. Ключи были в замке зажигания. На неё никто не собирался обращать внимания и, воодушевлённая этим обстоятельством, девушка села на переднее сидение. Теперь оставалось подать знак Пеньку, чтобы тот её заметил, и быстро запрыгнул в машину, тогда у них появится шанс спастись.

Бандитская троица тем временем, взяв Пенька в кольцо, угрожающе надвигалась на него с трёх сторон. Когда до мерзкого коротышки оставалось по метра, все трое, не сговариваясь, прыгнули вперёд. Пенёк тут же исчез и бандиты с громким звоном стукнулись лбами. Пенёк материализовался за спиной Худого.

— Пенёк, в машину! — закричала Настя.

Но в это время Худой, который, в отличии от товарищей, не слишком пострадал в столкновении и устоял на ногах, резко развернулся, и его руки случайно схватили Пенька. Рыча, он повалил его на землю и с наслаждением сомкнул руки у него на шее. Двое остальных, отмахиваясь от разноцветных звёздочек в глазах, навалились сверху. Образовалась куча мала из которой, Настя поняла, Пеньку не выбраться. В отчаянии она дико закричала и мысленно, через глаза излила всю свою ненависть на гадкую троицу. Огонь Настиной ненависти обрёл материальное тело и вспыхнул в нужном месте. Все трое её похитителей с визгом вскочили и, отчаянно хлопая себя по горящим задницам, заскакали по полю, напоминая резвящихся на лугу молодых баранов. Хотя нет, Худой эффектно выделялся их живописной группы — он мог с гордостью называться взбесившимся бронтозавром.

Пенёк, словно ветер, залетел в машину, и Настя рванула с места.

— Пенёчек, миленький, спасибо тебе, — лепетала она, судорожно сжимая руль, — если бы не ты… — она плечом вытерла выступившие слёзы.

— Да ладно, — засмущался Пенёк и достал с заднего сидения свою любимую котомку, — я её сразу в машину положил, — объяснил он в ответ на изумлённый взгляд девушки, — да не гони так, им ещё долго по полю бегать.