Ведьмами рождаются - Руднева Лилия - Страница 36

— Грузите этих, — усатый майор мрачно уставился на Настю, — а вам, гражданка, я настоятельно советую не оставлять без присмотра своего брата. Или сдать его в дурдом, если вам приспичило по дискотекам бегать.

Настя открыла рот, чтобы высказать милиционеру всё, что о нём думает, но Виталий предостерегающе поднял руку, и её рот захлопнулся. Она крепко прижала к себе Пенька и, наградив майора уничижительным взглядом, вышла из помещения.

— Интересная у вас жизнь, Анастасия Михайловна, — иронично произнёс Кузьмин, догнавший их на выходе, — вас постоянно кто-то бьёт, вы всё время ходите с синяками, от кого-то убегаете. Может, вы член клуба садомазохистов?

— Виталий Николаевич, я же всё объяснила милиции. Эти бандиты думали, что соседка моей бабушки передала мне какое-то золото. Они гонялись за мной по всему городу, и здесь нашли.

— Значит, теперь у вас всё в порядке? — в его тоне явно скользило недоверие.

— Да. Не знаю, что бы я делала, если бы не вы… Кстати, как вы оказались возле чёрного хода?

— А, это очень занятная история! — оживился Кузьмин, — стою я, стою, любуюсь вашим эротическим танцем с уважаемым принцем крови…

— Почему эротическим? — не поняла Настя.

— Потому что любому в зале было ясно, что сегодня же ночью вы окажетесь в его постели! — Кузьмин едва сдерживал своё раздражение.

— Да как вы смеете! — закричала Настя.

Виталий подошёл к ней вплотную и жёстко посмотрел в глаза.

— Вы хоть самой себе не врите!

— Не знаю, что вы там себе напридумывали, — срывающимся голосом произнесла девушка, — но я не сплю с едва знакомыми мне мужчинами!

— Хорошо, если так, — Кузьмин не думал успокаиваться, — так вот, я продолжаю… Стою я, смотрю на ваш целомудренный танец, и вдруг вижу — чей-то якобы больной брат вместе со своей замечательной няней разносят гостям напитки. Никакого слабоумия нет и в помине, наоборот — взгляд осмысленный и цепкий. А уж когда няня уединилась с дамой, а брат начал взламывать замки, я вообще перестал что-либо понимать! Что происходит, Настя?

— Вы за мной шпионили? — произнесла она гневно, вспомнив, что лучший метод защиты — нападение.

— Если бы я не пошёл за вами, вас бы увезли бандиты! — отбил подачу Кузьмин.

— Согласна, но это не даёт вам права разговаривать со мной, как с преступницей! Я ни в чём перед вами не виновата!

На Настю вдруг накатила апатия. Тело стало вялым, мыслей и желаний никаких.

— Вы правы, — мягко произнёс Кузьмин, — вам столько довелось сегодня пережить, а тут ещё я на вас набросился. Возможно, у вас есть причины для подобного поведения. Мне только жаль, что вы не хотите поделиться со мной своими проблемами.

— Виталий Николаевич, от проблем вы меня избавили. Я сейчас найду брата, и мы поедем домой.

— Никуда вы без меня не поедете, — решительно сказал Виталий, — сейчас вы пройдёте в зал и подождёте меня минут десять. Думаю, среди людей с вами ничего не случиться. А я улажу одно дело, и отвезу вас с братом домой… Можем захватить и няню, если она уже освободилась.

Настя засмеялась, вспомнив дядю Гришу в объятиях Клеопатры Ивановны.

— Рад, что вы немного развеселились, — глаза Кузьмина излучали тепло, — пойдёмте в отель, обещаю, я оставлю вас совсем ненадолго.

Виталий привёл девушку в зал, строго-настрого приказав оставаться на месте, а сам ушёл с парнем, который приносил ей чайник, и которого, вспомнила Настя, зовут Володей.

Как только Кузьмин растворился в толпе, из ниоткуда рядом с Настей возник Пенёк.

— Пенёчек, — кинулась к нему девушка, — ты должен немедленно спрятать мою бабушку! Задание Плевако я провалила, и теперь, когда сорвалась его затея отомстить мне, он рассчитается с ней!

— Думаю, до утра у нас время есть.

— До какого утра! Немедленно отправляйся в деревню! А я заберу дядю Гришу, и Кузьмин нас отвезёт домой.

— Я не могу тебя оставить, ты же знаешь! Зачем ты вообще вернулась в отель! Александр может выкинуть что угодно, нужно немедленно уходить.

— Только попробуй не выполнить моей просьбы, и ты узнаешь, как просыпается моя сила! — Настя угрожающе сверкнула глазами.

— Ладно. Бабушка — это святое, — Пенёк полез в карман брюк и извлёк оттуда мобильный телефон.

— Что это? — обалдела Настя.

— Ты чего? — лицо у Пенька вытянулось, — это мобилка. Берёшь, нажимаешь кнопочки и разговариваешь.

— Ты что, умеешь им пользоваться?

— Конечно, ты меня совсем за деревню держишь! — обиделся Пенёк.

— Нет, просто не понимаю, кому ты можешь звонить, и зачем?

Не обращая на неё внимания, Пенёк набрал номер, выпятил грудь и подбоченился, как будто собеседник мог его видеть.

— Алло, — важно проговорил он в трубку, — бабуля, это я.

В трубке послышались охи, стоны, причитания, а под конец такие ругательства, что внучёк, в целях сохранения слуха, был вынужден отвести телефон на вытянутую руку. Наконец трубка угомонилась и П опасливо снова поднёс её к уху.

— Бабушка, — на этот раз его голос был заискивающим, — ну чего ты, я ж говорил, что у меня важное дело, — и, опасаясь нового взрыва ругательств, снова быстро отвёл от уха телефон, — ба, тут дело на сто миллионов. Нужно спрятать Настину бабушку… Да, да, бабушку нашей Насти. Сделаешь?.. Спасибо. Мы скоро проведаем вас обеих… Всё… Целую, — сказав это, Пенёк покраснел. Косясь на Настю.

Та, в свою очередь, во все глаза смотрела на Пенька.

— Откуда меня знает твоя бабушка?

— Оттуда, — Пенёк снова перешёл на многозначительные интонации.

— И почему в разговоре с ней ты называл меня «наша Настя» тоже не скажешь?

— Всё, что я могу тебе сказать — с твоей бабушкой уже всё в порядке. Моя её спрятала.

— Уже?

— А чего? — удивился Пенёк, — там делов-то — пальцами щёлкнуть.

— Тогда позвони своей бабушке, чтобы я поговорила со своей, и убедилась, что с ней всё в порядке.

— Не положено! — милицейским тоном отрезал Пенёк.

Неизвестно, чем бы закончилась их перепалка, но в это время к ним подошёл какой-то странный человек. Его полностью чёрная одежда оттеняла землистую бледность лица. Глаза абсолютно ничего не выражали, они будто бы остановились в одной точке. Заострившийся нос и синюшные губы делали его здорово походим на покойника. Увидев подошедшего к ним субъекта, Пенёк изменился в лице и побледнел. Он попытался загородить собой Настю, но человек поднял руку и Пенёк застыл на месте с округлившимися от ужаса глазами. Настя понимала, что происходит что-то нехорошее, но отчего-то не могла пошевелиться.

— Анастасия Михайловна, — прошелестел человек, ибо звуки, издаваемые им, иначе назвать было нельзя, — принц Александр просит вас подняться к нему в апартаменты. Он просил сказать, чтобы вы ничего не боялись. В этом доме никто не причинит вам вреда.

«Жаль, что я не знала этого, когда выходила через чёрный ход», — подумала девушка и помимо своей воли проследовала за живым покойником. Пенёк продолжал стоять неподвижно, выражая своё отчаяние одними глазами.

Они подошли к портьере в самом углу зала, «покойник» приподнял её и жестом пригласил Настю пройти в открывшуюся нишу.