Deja vu (СИ) - Рыжая Анна - Страница 3

— Я задал вопрос! — вампир начинает злиться. Марка нет со мной, защитить некому.

— Да, и что? — спокойно ответила я, избегая его взгляда.

— Может, опустишь стекло? — вкрадчиво произнес он.

— А шею тебе не подставить? — прошипела я.

— Значит, ты меня помнишь?

— Нет. Но твоя рожа мне знакома.

Вампир засмеялся.

— Дерзишь? Не боишься? Марка ведь тут нет.

— Откуда ты знаешь Марка? — дернулась я к стеклу.

— Помнишь дождливый день на пирсе? — снова эта ядовитая ухмылка, — Я тогда нарушил вашу идиллию.

— Филипп, — осенило меня, — Чего ты от меня хочешь?

— Да ничего, — пожал он плечами, — Но буду благодарен, если подкинешь до дома.

— Размечтался! С какой радости? — нет, ну не нахал, а?

— Ну как хочешь. Я бы мог рассказать тебе про Марка, — лукаво улыбнулся Филипп.

— Тебе-то это зачем?

— Просто хочу побыстрее попасть домой, меня жена ждет. Ты меня везешь, я тебе — информацию.

— Ладно, садись, — проворчала я. Соблазн узнать про судьбу моего любимого взял верх над страхом стать ужином вампира.

— Миленькая машинка, — вампир мягко сел на переднее сиденье.

— Куда тебе? — снова прошипела я.

— К Зимнему, — улыбнулся он.

— Ну да, по возрасту тебе как раз место в музее.

Филипп засмеялся.

— А с Марком ты так же разговаривала?

— Хуже.

Мы поехали.

— Я бы поменял амортизаторы, — задумчиво произнес вампир.

— По делу, пожалуйста, — не глядя, бросила я ему.

— Ну я много не знаю. Марк, похоже, на меня обиделся…

— Так тебе есть, что рассказать или нет? Мне надо домой, у меня завтра самолет. Некогда развозить всяких вампиров, — я резко затормозила. Хорошо, что сзади никого не было.

— Поехали, поехали. И не перебивай, когда старшие говорят, — усмехнулся он.

Я тронулась так, что он чуть не ударился лбом об окно.

— Какой дурак тебе права дал? — прорычал он.

— Рассказывай!

— Только то, что мне передали, — начал Филипп, — После того, как ты ушла, Марк бросил свои трущобы и уехал из России.

— Куда? — перебила я. Хоть бы во Францию. Хотя шанс, что я могу встретить его в многомиллионной стране, ничтожно мал.

— В Европу, насколько я знаю.

— А именно?

— Не знаю. Зачем тебе? Он к тебе не вернется. Забудь его, пока не нажила проблем.

— От тебя что ли? — хихикнула я.

— Я обещал Марку тебя не трогать.

— Значит, ты его видел?

— Нет, он написал мне о том, что ты уехала.

— Кому ты должен был сообщить про наши отношения? — вспомнила его слова о некоем Совете.

— Я могу тебе рассказать, — усмехнулся вампир, — но тогда ты не проживешь и недели.

— Тогда не рассказывай, — поежилась я.

Он засмеялся.

— Приехали, останови здесь, — он указал на дом недалеко от Зимнего дворца.

— Так это все, что ты знаешь? — разочарованно произнесла я.

— А ты что хотела?

— Скажи его фамилию хотя бы, — я вспомнила о намерении провести опрос на улицах Франции.

— Ринар, — опять усмехнулся он, — хочешь поискать в «Одноклассниках»?

— Заявлю в милицию о пропаже, — скорчила ему рожу, — чао, надеюсь, больше не увидимся.

Вампир отвесил мне воздушный поцелуй и вышел из машины. Я, не оборачиваясь, поехала домой. Что ни говори, а этот зубастый дал мне полезную информацию, хоть и мало. Теперь я знаю, что Марк в Европе (если уже не уехал, конечно), и скорее всего у родни. Еще теперь я знаю его фамилию (правда, толку мне от нее, как от козла молока).

Хотя Софи Ринар, занимающуюся виноделием, найти уже проще.

Обдумывая схему поисков родни моего беглого вампира, я вдруг с ужасом вспомнила о хвосте, который будет сопровождать в поездке. Катя, конечно, не отлипнет от меня ни на минуту. Может застрелить ее? Или лучше ядом? Моя больная фантазия + садистские наклонности = статья уголовного кодекса. Конечно, я не могу обидеть подругу. Но в этот раз, Катя очень некстати. К тому же, возможно мне придется посетить вампирское общество. Я же не подвергну ее такой опасности.

Я долго не могла заснуть, размышляя надо всем этим, но ничего путного мой измученный мозг так и не выдал. Что ж, придется импровизировать на месте.

Сплю. Никому не мешаю. Звонок. Это звонят в дверь или телефон? Долбаные жаворонки, пристрелила бы всех к чертовой матери! Нормальному человеку уже и поспать в отпуске нельзя. Нехотя выползаю из своего сонного царства и понимаю, все-таки телефон.

— Алиса! Ты где?!

Блин, кто это?…А ну да, Катя.

— Тебе чего надо? Я сплю еще.

— Открывай давай, спит она!

Отключилась. Чего ей открывать-то? Дверь что ли? Подхожу к двери и вглядываюсь в глазок. Катя нервно переминается с чемоданом. С таким лицом в гости не ходят.

— Явление Христа народу, — съязвила Катя, когда я высунулась из-за двери.

— Доброе утро, Кать, — надула я губы, — Ты в курсе, сколько времени?

— Ага, полпервого. Ты должна была приехать ко мне час назад.

— Погоди…Как?? — сон как рукой сняло! Сегодня же день отлета. Пробки!

Я мгновенно испарилась за дверью. Катя вошла следом и плюхнула свой чемодан в прихожей. Пока я металась по кухне в одном белье, разрываясь между приготовлением завтрака и укладкой, Катя сидела рядом и следила за моими суматошными передвижениями с нескрываемым злорадством. Когда же я второпях бухнула в чашку кофе полную ложку соли, она чуть не умерла со смеху. Надо было добить…Через полчаса я была готова. Выходя из квартиры, я обернулась и посмотрела назад, на свой родной дом. Это моя крепость. Эта маленькая, уютная квартирка знает обо мне все, все мои переживания и секреты. Я уезжаю всего на пару недель, но буду очень скучать по ней. Несмотря на мой кочевой образ жизни, я все же остаюсь истинной домоседкой. Не могу жить без осознания того, что мне всегда есть, куда вернуться. Но также я не смогла бы вечно сидеть в четырех стенах, непременно понимая, что жизнь проходит мимо. Так было и в Озерске с Марком. Сейчас у меня возникло странное чувство тоски. Не понятно. Я еду отдыхать и веселиться, искать следы Марка, наконец. Где этот оптимизм, когда он так нужен?

За полчаса мы добрались до аэропорта, объезжая пробки по дворам и ухабам. Летим. Никогда не привыкну к самолетам. Мысленно я успокаивала себя тем, что по статистике, самолет является самым безопасным видом транспорта, что поезда сходят с рельсов значительно чаще, не говоря уж о разбившихся автобусах. И все-таки, а вдруг? Нет… Только не со мной. У меня еще такие планы… Кого только они волнуют, эти мои планы? Да нет, ну почему должен разбиться именно мой самолет? Ну почему сразу, невезучая? В голове вдруг возникла картина, достойная кисти Пикассо. Огонь, крики, пассажиры в панике, стюардессы бьются в истерике о двери. Катя падает на колени и в надежде хватает меня за руку.

— Теперь только ты можешь нас спасти!

Переполняемая отвагой спасти пассажиров злосчастного лайнера, Алиса решительно идет в кабину пилотов. Те, естественно, в отключке. Крепкой женской (хорошо хоть не волосатой) рукой отважная героиня, сбрасывает с кресла одного из пилотов. Теперь ОНА в ответе за жизнь этих людей. Она полностью контролирует ситуацию, ее действия точны и продуманы. Она самостоятельно сажает самолет в ближайшем аэропорту, успев по ходу затушить пожар в салоне, реанимировать пострадавших и поправить макияж. И вот отважная Алиса стоит на трапе. Вспышки фотокамер, овации, цветы, летящие мне в руки. Сам президент вручает мне орден Мужества. Снова аплодисменты, я улыбаюсь. Да, я такая. Да, я это заслужила. Кому дать автограф?

— Алиса, у тебя лицо, будто ты под кайфом, — доносится Катин голос из скучной реальности, — Что за дибильная улыбка? Ты о чем думала?

— Да так, — проворчала я разочарованно, отвернувшись к окну, уж нельзя помечтать, — бред всякий.

— Оно и видно, — утвердительно кивнула Катя и достала из сумочки очередной суперпопулярный глянцевый роман.

Я попыталась заснуть. Если самолет разобьется, я хоть испугаться не успею.