Судьба (СИ) - Рыжая Анна - Страница 22

В 8 утра я и еще несколько туристов сели в экскурсионный автобус и отправились смотреть на фьорды. Фьорды — жемчужина Норвегии, величественные горные заливы — уникальный природный феномен. Это заливы в скалах ледникового происхождения, образовавшиеся миллионы лет назад в результате таяния и движения ледников. Каждый фьорд отличается неповторимым ландшафтом и цветом воды. Моя группа сейчас едет на Гейрангер-фьорд. Гейрангер-фьорд — самый величественный фьорд Норвегии. Захватывающая дыхание природа, дикие водопады, зеленые равнины и величественные горы — вот что обещает рекламная листовка. То что, сейчас без пяти минут зима, в расчет не берем. Во время круиза продолжительностью 1,5 часа кораблик, на котором мы и будем любоваться красотами северной природы, проплывает по самой узкой части Гейрангер-фьорда из местечка Хеллесульт в довольно крупный туристический центр Гейрангер. Фьорд окружен высокими скалами и бесчисленными водопадами, наиболее известны из которых — Фата невесты, Семь сестер и Жених. Вот на это я посмотрю с удовольствием.

От Бергена до парома мы добрались ближе к вечеру. Вот сейчас-то мне и пригодится дальнобойный объектив, докупленный к новой камере. Поплыли. Только б из-за очередной скалы не выплыл какой-нибудь залетный айсберг. Не хотелось бы, чтобы наш маленький паром повторил печальную участь Титаника. А некоторые, кстати, до сих пор не умеют плавать. Я подошла к борту и взглянула на воду. Темная, мрачная, холодная. Опасная вода. Если я упаду туда, это будет конец. Я захлебнусь, опущусь на дно, меня съедят рыбы, рыбу поймают рыбаки, продадут заботливому мужу, рыбу съест его беременная жена, у нее родится дочь, которую, возможно, назовут Алисой. Так и произойдет круговорот Алис в природе…Что-то меня не в ту степь понесло. Ну вот, затошнило. Вроде бы я раньше не страдала морской болезнью. Это все от нервов. Туристы гоготали на разных языках, их говор сливался в единый непонятный поток звуков. Кто-то фотографировался на фоне водопадов, кто-то беседовал с друзьями. Мне не понравился только один человек из команды парома, он рассматривал группу так тщательно, что я на всякий случай проверила карманы. Встретившись со мной взглядом и поняв, что я тоже за ним наблюдаю, он тут же ушел куда-то.

Я сделала несколько снимков водопадов и скал. Если человек спрыгнет оттуда, интересно, сможет ли он выжить? Проверять не будем.

До маленького городка Гайрангера мы добрались затемно. Я сняла на ночь комнату и отправилась на вечернюю прогулку по улицам. Несколько человек из группы встретились мне около местного бара. Немцы. Они помахали мне и зашли в бар. Я вошла следом. Бары они и в Африке бары. Небольшой пивной паб, если уж быть точной. Я заказала себе сушеную рыбку и кружку пива и села за отдельный столик у окна. Немцы начали махать мне, приглашая присоединиться к их компании из трех девушек и двух парней. Я вежливо отказалась. Мне принесли заказ. Я отпила несколько глотков. Неплохое пиво. Внезапно я заметила на себе пристальные взгляды двух местных. Обоим было около сорока на вид, слегка обросшие, или рыбаки или лесничие. Как только я взглянула на них, они тут же сделали вид, что беседуют. Не нравится мне это. Тут нет моих любимых вампиров, способных защитить меня от всего, кроме разве что конца света. Я встала и присела за столик к немцам. Они обрадовались и тут же принялись знакомиться со мной. Очень милые немецкие студенты, альбинос Кристиан, юморист Мартин, пацанка Магда, улыбчивая Глория и рассудительная Нора заваливали меня вопросами, но по-английски понимала только Глория. Через нее мы и общались. Оказалось, ребята сдали сессию экстерном и устроили себе предрождественские каникулы. Я призналась им, что сбежала от всех. Я допила пиво, но уже спустя несколько минут почувствовала головокружение и тошноту. Глория предложила проводить до дома, где я остановилась, он находился буквально в двухстах метрах от бара. Я не могла ровно идти, предметы начали раздваиваться. Глория посадила меня на лавочку.

— Я всегда думала, что русские люди способны выпить больше, — придерживала меня в ровном положении Глория, — но чтоб так развезло с одной кружки пива…

— Со мной раньше такого не было, — сбиваясь, возразила я, — это не с пива…

— Извини за личный вопрос, ты не беременна? — осторожно поинтересовалась Глория.

— Да нет, исключено, — я даже вздрогнула. Я уже не маленькая девочка, знаю, почему появляются дети. И знаю средства защиты от подобных сюрпризов. Но почему меня так плющит? Я не могла съесть ничего такого, чтобы отравиться. В глазах потемнело, я почувствовала, что падаю с лавки, как на каруселях…Крик Глории, грохот, незнакомые хриплые голоса, я теряю сознание, что происходит…?

Очнувшись, первое, что я почувствовала — это жуткая головная боль и слабость во всем теле. Я с трудом повернула голову. Серая комната, примерно тридцать метров в длину и десять в ширину. У стен стояли заправленные койки, рядом с каждой тумбочка. Один умывальник и старые занавески на окнах с решетками.

— Алиса, ты как?

— Глория, что случилось? — с трудом произнесла я и попыталась сесть.

— Лежи, — остановила она меня, — Тебе в пиво какую-то дрянь подсыпали.

— Что?! — я вскочила, но мгновенно схватилась за голову, — Что за бред?

— Я не знаю, — она заплакала, — Я ничего не понимаю!

За дверью в противоположном углу комнаты послышались шаги и разговоры. Мы напряглись. В комнату вошли девушки. Они гоготали, обсуждая что-то, на каждой был надет халатик с поясом и балетки.

— Что за на…? — вырвалось у меня, — Мы в психушке?

— Не знаю, — прошептала Глория.

Следом за девушками вошел мужчина в темной одежде. Девушки тут же притихли.

— Проснулись, красавицы? — произнес он на ломаном английском, — Ольга, объясни им все, — он кивнул одной из девушек.

Как только дверь захлопнулась, Ольга подскочила к нам.

— Я не знаю, откуда вы, — заговорила она по-русски, — но попытаюсь объяснить…

— Я понимаю, я — русская, — недовольно сказала я, — Меня зовут Алиса, это Глория, она немка. Говори, я переведу.

— О…теперь я не одна тут говорю по-русски, — искренне улыбнулась Ольга. Она прищурилась, улыбаясь, это позволяет мне надеяться на ее искренность. Девушка продолжила, — Меня зовут Ольга, я из Украины.

Я перевела Глории.

— Что это за дурдом? — спросила я.

— Это не дурдом, — улыбнулась Оля, — Скажи, ты веришь в вампиров?

Я опешила от такого вопроса, но постаралась изобразить непонимание.

— Веришь? — переспросила она.

— Что за бред? — наигранно усмехнулась я.

— Это не бред, — лицо Оли стало серьезно-задумчивым, — Мы все здесь — доноры.

— Оля, признайся, это дурка? — недоверчиво покосилась я.

— Извини, Алиса, это жизнь, — грустно улыбнулась она.

— What`s happened?! — не выдержала Глория.

— Wait, please, — я попросила Глорию подождать, самой еще ничего не понятно.

— Оля, насчет вампиров, это правда? — аккуратно спросила я, — Что тут творится? Объясни.

— Я раньше не верила в подобные сказки, — начала она свой рассказ, — но когда каждый день видишь такое, поверишь даже в дьявола…Мы находимся на вилле какого-то человека, который пьет кровь. Он не один такой здесь. Они называют себя вампирами. Они действительно походи на монстров из легенд, бледные, не выходят на солнце…да и солнца тут почти не бывает, — Оля тоскливо посмотрела на окно, а я закончила переводить Глории, — Вампиры держат нас здесь, как доноров. Каждые два дня мы сдаем кровь. Нас кормят, разрешают гулять в саду. Они говорят, после прогулки, наша кровь насыщается кислородом и становится полезнее для них, — Оля замолчала, а мои мысли заработали сразу в нужном направлении.

— Вы пытались убежать? — тихо спросила я.

— Некоторые пытались, — ответила Оля, — Дальше водопадов никто не уходил. Предпочитали возвращаться, чем умирать. Тут с одной стороны лес, с другой фьорд с водопадами. Бежать некуда. Мы уже даже привыкли. Кормят неплохо, раз в два месяца медосмотр. В их интересах, чтобы мы были здоровы.