Ловчие удачи - Седов Вячеслав - Страница 21

Перехватив этот взгляд, «ловец удачи» только пожал плечами. Он вынул из торбы аккуратно сложенный плащ, который Ян ни в какую не хотел отдавать, и набросил себе на плечи.

— Ну, ты, брат, хитер! Собрался в дорогу как надо, — хохотнул Филин, увидев обновку друга.

— Куда мы направляемся? — спросила Скиера, стараясь поддержать смену разговора.

— Как я и говорил раньше, в Лангвальд, там мы встретимся с одним магом. О нем мы говорили с Филином. Ты, я думаю, слышала. Он поможет избавиться тебе от твоего клейма, а мне — от финансовых затруднений, — солгал Феникс, ведь истинные причины его визита были не столь просты и безобидны.

— А я там устроюсь аптекарем, — слова дуэргара меж тем не светились энтузиазмом, — Похоже, пришло время подыскать себе конуру, что б помереть тихо и спокойно.

— Но-но, Филин! Выше бороду, — приободрил полукровка, — И в Лангвальде у тебя дел будет по горло. Будто не знаешь тамошней публики.

— Да уж, все лучше, чем каменный мешок в «Башне Умолкших Криков», — проворчал Филин.

— Скажите мне, а почему она так называется? — спросила Скиера.

Ей действительно стало интересно происхождение этого жутковатого названия.

Полуэльфка задала свой вопрос довольно громко и совсем некстати, так как они подъехали к воротам.

— Тихо, — прошипел Феникс, приложив палец к губам, — За лишние разговоры об этом месте туда можно ненароком и угодить.

Скиера заметила, что взгляд Карнажа устремлен мимо нее в сторону ворот. Глаза «ловца удачи» пристально за кем-то наблюдали. Она последовала по направлению взгляда и увидела, как среди толпы приезжих мелькнула фигура с надвинутым на лицо капюшоном отороченной золотом сильванийской накидки.

— Я вас нагоню за городом, — тихо произнес полукровка, придерживая лошадь.

— Что случилось? — насторожился Филин.

— Ничего особенного. Занятное совпадение, но ничего не опасайтесь. Скорее проезжайте, а я не дам этой змее пустить в ход ядовитый язык.

— Да объясни ты толком! — потребовал дуэргар.

— Проклятье! Не теряйте времени! Проезжайте быстрее! — прикрикнул Карнаж, спешиваясь.

Не смотря на то, что западные ворота из Швигебурга не были скованы ведущим к ним тоннелем, а находились на открытом воздухе, все же, при всей своей огромности, они не могли пропустить за городские стены всех желающих сразу. Особенно в начале торгового сезона, когда с Большого Тракта у Цитадели Бормов сворачивали целые обозы, направляясь в столицу Фивланда, и гораздо реже к ее соседу, Лангвальду — месту небогатому и беспокойному.

Повозки стража пропускала только после тщательного досмотра. Совет Кланов делал все, чтобы город не стал перевалочным пунктом контрабандистов. Поэтому не удивительно, что у ворот с утра до вечера было постоянное скопление народа. Приезжие заполняли небольшую площадку, огороженную высокой каменной стеной, проходя через первые ворота. Внутри производился досмотр и, после, их пропускали через врата, ведущие к тоннелю внутрь потухшего вулкана.

Карнаж протискивался сквозь толпу к той самой фигуре в зеленой сильванийской накидке, что явно торопилась достичь сторожки. Там со скучающим видом курил свою трубку капитан швигебургской стражи.

Скиера и Филин уже проехали внутрь огороженной стеной внешней площадки, и медлить было нельзя. Понимая, что не успеет, Феникс резко окликнул того, кого так упорно преследовал:

— Эй, сударь!

Фигура вздрогнула и резко обернулась. Под капюшоном мелькнуло перевязанное тряпками лицо, оставляя открытым только один глаз.

Их взгляды встретились. Карнаж отрицательно покачал головой и покосился на свой шабер, который незаметно держал в левой руке, прижав лезвием к предплечью.

Мгновение, и фигура отпрянула назад, замешавшись в толпе.

Теперь была очередь его, Феникса, уносить ноги. Наверняка Кеарх явился не один, а с дружками из гильдии воров, и, даже если ему не удалось привлечь в дело стражу, то все равно он попытается отомстить своими силами. Вертя головой во все стороны, Карнаж начал медленно продвигаться в сторону ворот.

Повозок было очень много и у стражи хватало забот, поэтому его одного пропустили быстро. Оказавшись на огороженной стеной площадке, полукровка, не смотря на все неудобства, продолжал вести лошадь под уздцы и не торопился вскочить в седло, за что слышал кучу ругательств в свой адрес, в том числе и от проезжавших мимо всадников. Желтые глаза внимательно изучали каждый фут парапета, каждый укромный угол каменной фортификации на полукруге стены.

Ему показалось, что со стороны внешних ворот возле дозорной башни мелькнула чья-то тень. Ее выхватило проглянувшее ненадолго сквозь тучи полуденное солнце.

Лучник занял неплохую позицию во многом благодаря связям гильдии воров, так что отравленный наконечник стрелы мог поджидать «ловца удачи» и здесь, и снаружи на широком каменном мосту через пропасть, обрывавшую там тракт.

В любом случае, снаружи было больше шансов. Там можно было пришпорить коня и гнать, что есть духу до спасительных крон деревьев. Внутри же лучник вряд ли будет стрелять из-за тесноты и скопления народа. Но и стража может заприметить подозрительного полукровку, что препятствует общей торопливости и суете. К тому же, вырваться из живого потока, несущего «ловца удачи» к воротам, было практически невозможно.

Под аркой, ценой невероятных усилий, Фениксу удалось остановиться и вскочить в седло. Он задержался настолько, насколько это было возможно, усердно осыпая особо рьяных торопыг ударами хлыста.

Вскоре поднялся настоящий гвалт, что явно добавило нервозности поджидавшему убийце, так как цель все не появлялась. Наконец, когда вмешалась стража, Карнаж пришпорил лошадь и рванулся вперед, опрокинув несколько человек на своем пути.

Лучник непроизвольно дернулся, когда из ворот вылетел всадник и поскакал во весь опор по мосту.

Стрелку пришлось снова целиться.

— Ну же! Ну, давай, убей его! — вопил сидящий рядом Кеарх, чье напряжение дошло до предела.

Карнаж мчался вперед. Его сердце бешено колотилось. Невозможно было привыкнуть к бегству от смерти, пусть со временем страх переродился в какой-то безумный азарт. «Ловец удачи» кожей чувствовал, как в нетерпении скрипит тетива лука и жадно сверкает на солнце нацеленный ему в спину наконечник стрелы…

Слишком тесно и долго! Он не успевал, и даже хорошие навыки наездника не могли ему помочь.

В решительную минуту на глаза Феникса попался воз, где под куском старой мешковины, едва прикрытый ей, лежал щит с узором одного из гномьих кланов. Судя по краске и зеркально начищенному металлу, владелец вез его на продажу, будучи из тех кузнецов, кто не любили шумных городов, почитая их мешающими истинному искусству. А это значило, что щит действительно сделан на совесть!

Полукровка резко осадил коня, тот встал на дыбы. Едва удержавшись в седле, Карнаж выхватил щит из-под парусины. Пущенная к тому времени стрела бессильно звякнула о начищенную фивландскую сталь.

Со швигебургских стен донеслось громогласное проклятие, подобное реву смертельно раненого зверя. Окружающие задрали вверх головы, изумленно уставившись на фигуру, укутанную в плащ, с бессильно сжатыми от злости кулаками. Кеарх проводил взглядом скрывшегося под сенью деревьев полукровку и с ненавистью глянул на брошенный тем, надежный, словно фивландские банкиры, фивландский же щит.

Феникс быстро нагнал Филина и Скиеру. Дуэргар отпустил поводья и похлопал в ладоши:

— Ловко, ловко, ничего не скажешь. Только в следующий раз со щитом может и не повезти.

— В следующий раз может и этому сильванийцу не повезти, и мой кинжал доберется до его глотки раньше, — ответил, отдышавшись, Карнаж.

— У тебя еще будет такая возможность, поверь мне. Кеарх этого так просто не оставит, — заметил Филин, — Ты же утверждаешь, если не соврал конечно, что перепахал ему пол лица своим темноэльфийским чудищем.

— Надо же было оставить что-нибудь на память, — ответил «ловец удачи», когда они тронулись в путь.