Землеописание - Собур Алла - Страница 173

Нэри плавно, словно подкрадываясь, подошел к подмеченным мной шубам. Задумчиво провел ладонью по меху.

— Действительно Сеуш, — недоверчиво качает головой. Торговец в ответ надменно усмехается.

— По два таких камня — за шубу…, - и задумчиво посмотрев на меня добавляет, — На ребенка — за один подберу.

Седой подошел к стене и выбрал три шубы:

— Вот, примерьте-ка.

Тонкий, словно кожа, мех ласково скользнул по пальцам. Неужели он может греть?

Застежки на «шубе» не было, так что одевать пришлось через голову. Капюшон лег словно волосы: плотно, не мешая смотреть. Рукава едва доходили до запястий, а подол — до колен, только спереди и сзади были разрезы — чтоб не сковывать движений. А что, удобно… и тепло. Лэ! Как бы в нем не вспотеть!

Нэри и Ачи, тоже примерившие обновки, казались серыми призраками…. А ведь горы здесь, кажется, тоже серые…. В таких нарядах мимо пройдут — не заметишь.

— Ну как? — довольно усмехнулся торговец.

— Не стоят они таких алмазов, — сердито откликнулся Эр, — Такого размера камней и в Императорском дворце нету!

Ну, конечно Кор подобрал довольно крупные камни, но не на столько уж! Размером с лесной орех, разве что.

— Ну, не знаю как у императоров, а у меня — цена такая, — сурово отвечает торговец, возвращаясь в первую комнату. И впрямь — пора. Да и шубку эту лучше снять: тепло здесь.

— Ачи, — тихонько подзываю сильфенка, не прислушиваясь к торгам, — Ты все-таки сходи позавтракай.

— Хорошо, госпожа, — мальчишка кивает, заставляя свободные пряди коснуться сероватой рубашки и тихо выскальзывает на улицу.

— Седой, у тебя совесть вообще есть? — в голосе Эр слышаться нотки отчаянья.

— Цена — есть цена, — сурово супит брови. Лэ, и не лень им?

— Вы до вечера спорить будете? — осторожно опираюсь на стеллаж…. Вроде крепко стоит.

— Вообще-то это не мои камни, — обижено замечает Эр.

— Вот и я о том же, Нэри, — безразлично пожимаю плечами.

— Не жалко? — чуть удивленно спрашивает торговец.

— А что их жалеть? — беспечно улыбаюсь, — Камни они и есть камни. Если Нэри считает, что нам в горах нужны эти шубы — значит, они нужны. А вот зачем на перевале камни — ума не приложу.

— Ладно, долси, — задумчиво откликается торговец, — Я ещё письма для знакомых добавлю.

Седой вытаскивает пару листов со стеллажа, и, склонившись над столом, начинает осторожно выводить что-то пером.

— Нэри? — ловлю взгляд застывшего у противоположного стеллаж вампира, — А почему только для троих?

— Эли здесь остается, — Эр пожимает плечами.

Брови против воли поднимаются вверх:

— Почему?

— Ян, у нас осталось лишь двое шалшей…. Под двойным грузом они не смогут быстро идти…. А мы не можем задерживаться. Пусть лучше останется здесь, чем придется расстаться в Торгете. Потом я вернусь за ним.

— Вот как…, - задумчиво закусываю губу, — Значит, насчет пещер передумал?

— Почему? — Эр растерянно вскидывает брови.

— А шалши там пройдут? — отвечаю удивленным взглядом.

— Конечно, придется немного потрудиться, но — пройдут, — Нэри мягко улыбается.

— Вот как. Только… там ведь тоже… не возвращались, — грустно опускаю голову.

— Это точно? — Эр внимательно заглядывает мне в глаза.

— Ну, говорят, парень, чью комнату вы сняли, под землей идти собирался, — растерянно пожимаю плечами, — Не вернулся.

— Ясно — задумчиво откликается вампир, — Говорят, до седловины путь свободен: можно туда и верхом добраться, а потом — посмотрим.

Киваю в ответ:

— Наверное, так лучше. Только смотреть нужно будет везде: мало ли какие хищники встретятся.

— Ну, тут уж скорее нежить — хищники в горы не поднимаются, — усмехается торговец, собирая написанные бумаги.

— Угу. Они для этого слишком умные. Только безмозглая нежить и шастает, — выразительно смотрю на Нэри, но тот равнодушно пропускает шпильку.

— А это Вы зря, долси. Здесь и вполне разумная нежить встречается…. Я бы даже сказал, что её здесь — большинство, — Седой тихонько усмехается. Вот как? А ты откуда знаешь? И не значит ли это….

— И как? Не рассказывают, что хребет перекрыло? — внимательно смотрю в глаза торговцу.

— Да что ты думаешь…, - начинает Седой. Скептически фыркаю:

— Что большая часть «ходоков» с местной нежитью и торгует. Не так, скажешь? — самодовольно улыбаюсь.

— Так, Ян, — на вопрос отвечает Нэри, — Уж не знаю, кто и когда здесь постарался, а только все на перевале умершие — там нежитью остаются. Кому — какой повезет. В Ольсорноке почти у всех предки на перевале остались. С ними и договариваются. А раз никто не знает, что перевал закрывает — значит и нежить его пройти не может.

Лэ! Он… серьезно?

— Здесь что, филиал плоскогорья Синту? — растерянно сжимаю губы.

Нэрит недовольно морщится:

— Нет, Ян. Вампиров тут нет. Просто нежить. Хотя, пророй сохранившая и разум, и память.

— Тут случайно, месторождения сенле нет? — в памяти тут же всплывает любимый камень некромантов. Похожий эффект.

— Несколько веков искали — но так и не нашли, — Эр виновато пожимает плечами, — Иначе бы эта аномалия столько времени не продержалась.

— Все-то Вы знает, долс, — недовольно ворчит торговец, протягивая письма.

— Отлично, — Нэри бегло просмотрел бумаги и вернул Седому, чтоб тот их запечатал: капля странной тягучей массы, удар тяжелой статуэтки, прилаженной вместо печати и — письма готовы.

— У вас не найдется комнаты, где долси сможет переодеться? — Эр спокойно забирает письма и шубы, пока я вручаю торговцу камни, — Мы не хотели бы терять время: чем скорее выйдем — тем дальше успеем засветло.

— Конечно, долс, — Седой взмахом головы указал на легкую занавесочку, прячущуюся между стеллажей в дальнем конце комнаты, — Прошу, долси.

— Спасибо, — тепло улыбаюсь в ответ, проходя в маленькую комнату. Тусклый свет из узкого окошка падает на приютившуюся у стены лавку, застеленную темным одеялом. На небольшом столике лежат какие-то непонятные вещи: каменные и деревянные шарики, странно изогнутые полоски металла…. Не важно. Бросив сумку на лавку, быстро стянула платье. Так, а вот и доспех. Даже вычищенный…. И когда только успели? Или это Нэри кровь в прах обратил? А Ристовой рубашки, конечно, нету…. Ну и ладно, одену лучше шерстяную… помнится, покупала в Лиарне парочку потеплее.

Меч и кинжал тоже здесь. Отлично. Теперь можно и на перевал….

Когда я вышла, в лавке Нэри уже не было.

— На улице тебя дожидается, — с улыбкой пояснил Седой, — Удачи, долси.

— Спасибо, — киваю, не останавливаясь, — Пусть и Вас она не оставляет.

Нэри действительно оказался на улице, впрочем, как и Ачи, и Элиси. Эр уже сидел на черном ящере, устроив мальчишку у себя спиной. Впрочем, это для чужих глаз: думаю, сильфенку теперь придется двигаться своим ходом.

— Доброго утра…. Ян, — улыбнулся мне Элиси, ожидающий, придерживая за холку своего шалша.

— Доброго, — виновато вздыхаю, — Только, кажется, пора прощаться, а не здороваться.

— Наверное, — эльф решительно кивнул и, отпустив ящера, подошел ко мне. В руках у него оказался какой-то ящичек, — Я здесь нашел нашу… эльфийскую аптечку. Возьми, может быть пригодиться.

— Спасибо, — с улыбкой подхватываю светло-розовый покрытый темным цветочным узором ящик, словно живой льнущий к рукам… хотя и глаз не ловил никакого изменения. Осторожно касаюсь подозрительно похожего на замок бутона. Крышка послушно отходит…. Лэ! Да она даже без петель! В руке остается небольшая деревянная пластинка, покрытая цветочным рисунком…. Или не рисунком? Линии стеблей складываются в эльфийские слова: «Сочинение о полезных травах….».

— Это наша книга, — с улыбкой поясняет эльф, — Коснись какой-нибудь темы.

После его слов замечаю, что ниже заглавия идет список различных видов недугов. Наугад выбираю «противоядия» и тонкие стебли послушно переплетаются в знакомые сок черного тучника и корнь верескового шалха….