Землеописание - Собур Алла - Страница 43

— Это и впрямь довольно интересный вопрос. Хотя до конца он не изучен. Просто в людях есть кровь всех основных рас. Когда одной крови по какой-либо причине становится больше чем другой, человек становится магом. А что если больше чем других становится сразу две крови? Обычно, какая-либо одна все же перетягивает. И просто с какой-то школой маг может работать лишь немногим хуже, чем со своей. Кто-то, опираясь на эти случаи, говорит, что возможен маг, принадлежащий сразу нескольким школам. Но в реальных ситуациях, когда крови примерно одинаковое количество, то либо дар ослабляется практически до нуля, особенно если это враждебные школы, либо просто перескакивает на другие дружественные школы. Так, например, потомкам За и Си дружественна лишь Ша. И большинство магов разума — те, в ком кровь иносущностей и сирен.

Я заворожено слушала Шали. Слишком неожиданным было для меня такое толкование утверждения, что дар у младших рас в крови. Значит полуэльф-полуорк, например, должен оказаться магом Стихий. Странное и неожиданное утверждение. Или не должен? Это в людях есть кровь всех рас. Хотя, союзные школы подвластны и основным расам. Что-то я запуталась.

— Не ты одна, Айана. Об этом вопросе часто спорят. Ответ мог бы дать только эксперимент, но у основных рас есть запрет на межрасовые браки. Так что остается лишь гадать.

Шали опять подслушал мои мысли? А, пожалуй, это даже удобно: не нужно вслух вопросы повторять.

— Вот мы и пришли, — сообщил телепат, вступая в светлую комнату с белеными стенами, нетипично прямоугольную для этой башни. В центре стоял белый стол, со странными приспособлениями и несколько стульев. Вдоль одной из стен шли заваленные всяким барахлом стеллажи. А возле противоположной, в клетке, сидел огромный черный волк с не по-звериному умными синими глазами.

— Это и есть мой эксперимент. На звере уже есть два заклятия подчинения: на чувства и на разум. Конечно, считается, что у животных нет разума, а только чувства, но это не совсем так. Я полагаю, что их разум находится в зачаточном состоянии. И теперь пытаюсь увеличить его у этого зверя, — вешал Шали, влюбленными глазами глядя на клетку с волком, — Для этого я пытаюсь наполнить разум этого зверя Ша-а-рух.

— То есть, ты берешь за энергию Ша и за цель Ша. А каково орудие?

— Без орудия и с тройным усилением. Мне кажется, что что-то уже начало получаться. Смотри.

Шали с глубокомысленным видом пялится на клетку. Я, устав смотреть не понятно на что, перехожу на магическое зрение. Салатовые лучи оплетают голову несчастного животного. В принципе, Шали прав, часть силы перетекает в мозг животного, но как же мала эта часть! Вскоре в голове волка появляется золотистое свечение. Лэ! Да ведь надо же просто наполнить разум волка Рух, и он сам собой изменится! Главное, не перестараться и не сжечь! Просто энергия — Рух, цель — Ша. И через союзную школу, не важно какую, кроме, разве что Основ. И с кучей ослаблений Чувствами, чтоб Сила не повредила Ша-аш как проявление враждебной силы.

Салатовое плетение рассыпается на осколки. Спешно возвращаюсь к нормальному зрению.

— И совсем не обязательно так кричать. Я уже думал об этом способе. Там свои проблемы, — устало фыркнул Шали.

— И ничего я не кричу. Просто надо к чужим мыслям меньше прислушиваться. А какие в этом способе проблемы? Кроме дозировки силы?

— Для этого нужен Рух… в смысле, боевой маг. Вряд ли можно кого-либо из них уговорить…

— Уверен? — ехидно улыбаюсь. Телепат резко поворачивается ко мне.

— Ты… поможешь? — спрашивает как-то очень робко и растерянно. Когтистая ладонь, покрытая изящной темно-зеленой чешуёй, перебирает пальцами по белой плите стола.

Ох, Шали. Да разве я против?! Но я же ещё не разобралась в этом способе плетения заклинаний. А рисковать твоим экспериментом….

— Спасибо! — вдруг расплывается Шали в улыбке. И даже не вспоминает про прижившуюся в институте привычку использовать в таких случаях дословный перевод с языков основных рас. А так, пожалуй, даже лучше. Искреннее.

— А что у тебя за проблемы? — заботливо уточняет.

— Брат Канхор говорит, что это называется привязка рун.

— Давай я посмотрю, — Шали подходит ко мне, вглядываясь в мои глаза, — Попробуй воззвать к своей силе. К силе, а не к крови.

Послушно вытаскиваю из резерва искру силы.

— А теперь прислушайся к себе. Что ты держишь в руках?

Я и вдруг чувствую: теплые лучи солнца на щеках, шорох ковыля под степным ветром, запах иссушенных трав и пыли. Это — Рух?! Да, это — она. Теперь я вижу. Как бы ещё теперь остальные силы увидеть.

Вздрагиваю, когда прохладная руку телепата касается моей щеки. И понимаю, что смотрю не на бескрайнюю степь, а в зеленые змеиные глаза Шали. Сила удивленно отходит от моих ладоней в резерв. Сама, без подсказки. Или я как-то умудрилась дать ей понять, что она не нужна? Кстати, если все происходит именно так, то… Мысли о том, что людская магия проще драконий я старательно замяла в глубь сознания, опасаясь вездесущего телепата.

— Спасибо, Шали. Ты просто чудо! — весело смеюсь. Просто потому, что мне хорошо.

— Не за что, Айана. Я был бы рад помочь тебе и с остальными силами, но для этого нужно, чтоб ты научилась взывать к ним. Но это не возможно…, - Шали грустно повел плечами.

— Почему? То есть, А-рух мне, конечно, подчиняться не должны, но до Шаан я-то, наверное, могу достучаться? — удивленно взмахиваю руками.

— Ну, попробуй. Только не очень себе представляю, как это будет выглядеть.

А я представляю. Нужно, чтоб у меня на руках золотая искра превратилась в салатовую, как те нити, что ты выплетал вокруг головы бедного волка. Застываю подобно статуе. Кажется где-то так. Лэ! Похоже, я взяла недостаточно силы: искра слишком быстро тает. Но, прежде чем она совсем исчезнет, изумрудные глаза ловят мой взгляд, и я чувствую жару безводной пустыни, иссушающую кожу, шорох бессчетных песчинок, пересыпаемых ветром в барханах. Который немыслимым образом сплетается сразу и с шорохом страниц и с легкостью осознания при чтении кристаллов памяти. И я тону в этих странных образах.

— Отлично, Айана! Получилось, — Шали слегка обнимает меня за плечи, помогая выбраться из странного состояния, прежде чем жара пустыни вытопит все соки из моего тела.

— Осталось посмотреть, как работают другие силы и попробовать их так же привязать, — слабо улыбаюсь. Вроде бы ничего не делала, а устала как после полноценной тренировки с Кенрином.

— Конечно, Айана. Приходи в любое время. Буду рад помочь. Да и просто поговорить. Ты задаешь интересные вопросы. Не волнуйся, они от тебя никуда не убегут. Лучше отдохни пока.

— Отдохнуть? Да я вроде ничего не делала…

— Разуму тоже нужен отдых. Не меньше чем телу, — с улыбкой сообщает Шали, — Давай я провожу тебя.

— Спасибо, — благодарно опираюсь на крепкий локоть. Лэ! Кажется, я прямо на ходу засыпаю.

Глава 4. Чувства

Светло-зеленый потолок, странно прогибающийся по середине и у стен. Необычно волнистые стены, желто-зеленого цвета. Да и во всей мебели вариации тех же цветов. Хорошо хоть сама мебель привычных форм. Ну, почти. Правда, все углы заменены плавно изгибающимися поверхностями. И среди всего этого царства оттенков зеленого лишь одно белое пятно: по-змеиному треугольное лицо с узкими бледными губами и огромными изумрудными глазами. И ещё темно-зеленые трилистники чешуек на щеках. Где-то я это видела. Точно, это Шали. А где я тогда нахожусь?

— Айана? Ты не волнуйся. Просто твой разум не выдержал сразу двух привязок, и ты потеряла сознание, — тихий шипящий голос был немного взволнован.

Это, по-моему, ответ на вопрос что случилось, а не где я нахожусь. Или случилось что-то такое, о чем он боится говорить?

— Ничего не случилось, — Шали как-то неуверенно покачивает головой, — Просто человеческие женщины, порой, придают этому слишком большое значение. Тебе нужно было где-то отдохнуть, и я не был уверен, как воспримут твои…, -он запнулся, подбирая слово, — братья, если я принесу тебя к ним без сознания. Ты в моей комнате. Она рядом с лабораторией.