Землеописание - Собур Алла - Страница 48

— Если иносущности нижнего мира называют демонами, то верхнего — ангелами? — решаю уточнить. Интересно, а к человеческой религии это отношение имеет?

— Ну, в принципе называют…, - Сьюзи замялась, — Но за это церковь может потребовать штраф, если кто донесет. А было время — так и вовсе на костер за такие слова отправляли, как еретика. Просто, те иносущности, которых чаще всего вызывают, очень похожи на то, как священные книги описывают ангелов и демонов.

Магине явно не хотелось развивать эту тему, и я не стала настаивать. Лестница, добравшись до половины высоты башни, закончилась широким балконом, или, точнее, вывела на уровень, где менялся диаметр всего здания. С внешней стороны тянулись вверх все те же перья, выросшие до высоты пяти человеческих ростов, плавно сходящиеся к стенам башни высоко над головой, и оставляющие просветы друг между другом шириной в локоть. Вот, почему снаружи это сужение казалось плавным! Прямо напротив лестницы располагалась полукруглая арка, в которую мы и вошли.

Внутри были прохлада и полумрак, разгоняемый сиянием символов, украшающих стены. Света хватало лишь на то, чтоб не споткнуться. Впрочем, как только глаза привыкли, я смогла рассмотреть необыкновенно высокий и широкий коридор. Конечно, в истинном облике я бы здесь едва протиснулась, но… людям-то зачем такие громады. Через каждые пару шагов в стороны отходили коридоры поменьше, но Сьюзи шла прямо, пока не уткнулась в полированную дверь, кажущуюся от темноты черной, со светящимся изображением трехногой жаровни.

— Мне сюда, — чуть встревожено сообщила магиня. Не хочет, чтоб я и дальше шла с ней? Хорошо.

— Ладно, я пока поищу с кем тут можно мои вопросы обсудить, — мягко улыбаюсь, заглядывая в ближайший коридор, откуда доносились странные певучие звуки. Вдалеке на потолке и стенах желтел бледный отблеск огня.

— Удачи. Тогда, наверное, возвращаться будем поодиночке, — тревога не хочет уходить ни с лица, ни из голоса магини Си.

— Удачи, — эхом откликаюсь я и направляюсь к заинтересовавшему меня свету.

Коридор приводит в небольшой практически пустой зал. Только в центре валяются какие-то амулеты, и, склонившись над разбрасывающей алые блики трехногой жаровней, стоит закутанная в мантию невысокая хрупкая фигура. Она и издает те долгие напевные звуки, которые привлекли моё внимание. Далеко не сразу я узнаю в них руны:

— За-а-а-а-а-Ру-у-у-у-Э-э-э-эт.

Мгновенно перехожу на магическое зрение, чтоб увидеть, как темно-синие жгуты, собирая разлитое в пространстве золотистое сияние, начинают раздвигать едва заметную сине-зеленую дымку. И что это она делает? Хм, кажется, пытается освободить от воздуха некоторую часть пространства перед собой.

— За-а-а-а-а-Ру-у-у-у-Э-э-э-эр-Ру-у-у-у-Э-э-э-эт.

А теперь пытается привязать это заклинание к лежащей перед ней кости. Хм, пожалуй, логично. Основы им враждебны, так что остается зачаровывать либо живых, либо мертвых.

Фигура устало вздыхает и кладет получившийся амулет на один из углов пентаграммы. Да, пентаграмма здесь тоже была: нарисована синей краской по темно-синему полу, так что сразу я её и не заметила. Немного не правильная: один из лучей был слишком велик, и на нем стояла жаровня.

— Пусть ветер пути наполняет твои крылья, — тихо произношу классическое приветствие сильфов. Фигура резко отшатывается, едва не падая на расклеенные угли. Капюшон, скрывавший лицо, слетает с головы, открывая белокурые волосы, собранные в небольшой, едва доходящий до плеч хвост. Лишь несколько прядей, оставленных свободными, падали на круглые румяные щеки. Аккуратный ротик чуть вздрагивал, словно сдерживая крик. Голубые глаза сияли страхом. Этакая прекрасная принцесса, наткнувшаяся во время прогулки на разбойника. Вот только я её грабить точно не собираюсь!

— Мое имя Айана. Могу ли я попросить Вас о помощи, — стараюсь говорить мягко, спокойно. А то ещё засветит в меня каким-нибудь заклятием — мало не покажется. Магини — они народ нервный. И опасный. По себе знаю.

— К-конечно, — выдохнула блондиночка, — Я не заметила, как вы вошли. Мое имя Илиана. Что я могу для Вас сделать, Айана?

— Мне бы хотелось понаблюдать практику заклинаний За, — не совсем искренне говорю я. В смысле посмотреть-то мне, конечно, хочется, но для привязки я уже достаточно увидела.

— Если Вам это интересно, можете понаблюдать за моей попыткой вызвать иносущность. Только с условием: не мешать, — осторожно пожимает плечами.

— Попыткой? — удивленно переспрашиваю, подходя ближе к магине, — Вы не уверены в успехе.

— Увы, — грустно кивает она, — У меня никак не получается. Вроде бы все делаю правильно, но — не выходит.

— Может быть, стоит тогда подождать? Попрактиковаться в более простых заклинаниях, например? — предлагаю, огладывая наваленные прямо на полу инструменты: еще несколько обработанных костей, чуть в стороне — банка с краской. А в жаровне, кстати, не угли, а какие-то разогретые камни. Похоже, темно-синие кииле нагрели на столько, что они стали сиять алым светом. Хм, не дешевый у них инвентарь. Надеюсь, он хоть во время вызывания не расходуется, а то эти иносущности очень дорогие получаются.

— Увы, — она тяжело вздыхает, — Если до конца десятидневья я не предоставлю матте Эрзану призванного, он откажет мне в пятой ступени. А это уже моя третья попытка.

Третья, третья…. Это, что ли, последняя?

— Лэ! А почему ты решила её сейчас осуществить? — удивленно пожимаю плечами.

— Мой учитель, — голос магини чуть вздрогнул. Она опустила голову. Пытается скрыть слезы?

— Мой учитель, матте Лисинл, пол года назад не справился с призванным. А обходится без наставника может лишь маг пятой ступени.

Лэ! Что там Сьюзи говорила про отношения с наставниками? Тэ! Да эта девчонка, если не сумеет никого призвать, запросто может сделать какую-нибудь глупость. Вроде самоубийства.

— Ну, если ты все равно не рассчитываешь на успех, то какая разница, буду я мешать или нет? — осторожно улыбаюсь.

— Пожалуй, и впрямь, никакой, — Илиана чуть-чуть улыбается, — А ты собираешься просто смотреть, или тебе лучше объяснять, что я собираюсь делать?

— Лучше с комментариями, — киваю и сажусь на пол чуть в стороне. В конце концов, не стоять же мне все время. Я и так достаточно сегодня нагулялась.

— Ладно, слушай. Только что я зачаровала хиирс для освобождения пространства. Ведь, прежде чем привести сюда что-либо, нужно очистить для этого место. То, что призывается живое существо, создает определенные проблемы: нужно, одновременно с его появлением, вернуть атмосферу. Поэтому, воздух не просто разгоняется, но и привязывается по границе пентаграммы. По мере появления здесь призванного, я, с помощью этого хиирс, буду возвращать воздух по границе появляющегося здесь существа. Благодаря некоторому искривлению времени, это будет возможно: то, что в смещении миров мгновенно, для нас займет около эвела. Теперь я зачарую другой хиирс для создания силового барьера вокруг пентаграммы.

Илиана взяла в руки ещё одну кость и начала петь:

— За-а-а-а-Ру-у-у-Э-э-э-эр-Ру-у-у-Си-и-и-и.

Привычно вернувшись к магическому зрению, я увидела, как темно-синие пряди подгоняют едва заметную золотистую пыль Рух и собирают её в жгуты. А те, уже подхватывают всевозможные, разлитые в комнате энергии, собирая их вокруг пентаграммы в белый цилиндр, закрывающийся на уровне двух моих ростов полусферой.

Девушка кладет полученный амулет на следующий луч.

— Следующее заклинание — заготовка для притяжения нашего мира к другому, — безжизненным комментирует она и берет следующую заготовку.

— За-а-а-а-Э-э-э-эр-За-а-а-а-За-а-а-а-Э-э-э-эт.

Не вижу никаких проявлений этого заклятия. Разве только хиирс в руках вызывающей приобрел пугающее синие свечение, да голова заболела.

— А теперь наоборот: чужой мир к нашему, — Илиана, расположив кость на положенной ей месте, берет последнюю, — За-а-а-а-Э-э-э-эр-За-а-а-а-За-а-а-а-Э-э-э-эль.

И устало вздыхает. Руки у девушки немного дрожат.