Студент поневоле - Товбаз Елена - Страница 103

— Бессовестный лжец! — взревел король, хватая его за грудки и притягивая к себе. — Я видел, как ты проигрался в трик-трак какому-то проходимцу. Он потом в трактире пил на твои… мои деньги и похвалялся. И теперь будешь отрицать? — Старик захрипел и затряс головой, и Тёрн отпустил его, боясь задушить.

— Было, было… Только раз и было, от отчаяния было…

— Тогда объясни мне. Ты и раньше этим баловался, у самых маститых выигрывал. Неужто изменила удача, а? Или зелья варить разучился.? Спускаешь всё подчистую… В чём дело? Когда тебе везло в последний раз?

Алхимик вздохнул.

— Пару лет назад, всего-то двести реалов. Уже не так ловок, да и тот парень оказался написателем…

Тёрн расхохотался.

— Ну и дурень ты, Ринн! Видать, голову проиграл. Куда делось чутьё? Золотое правило всех прожжённых игроков — «с написателем за стол не садись, а то голым уйдёшь».

— А на них не указано — написатели они или кто ещё, — старик пожал плечами.

— А «зрящего» спросить? Денег жалко?

— Перевелись они в наших краях, — мрачно ответил алхимик.

— Что так?

— Ушли на восток. Полгода назад.

— Та-ак, интересно…

— Поговаривали, что разучились определять потенциалов, будто мешает что-то. А вот за Истик-вудом сила возвращаться.

Тёрн выразительно посмотрел на Линка. Тот нахмурился.

— Ладно, с этим тоже разберёмся. Но сам-то чего? Сварганил бы зелье.

— Пробовал… Не получается, — угрюмо ответил Ринн.

— Это всё пристрастие к заморской выпивке. По носу вижу.

— Так я ж… это… согреваюсь. Дрова нынче дорого стоят, а топливные брикеты ещё дороже…

— А выпивка — дёшево?

Старик энергично закивал.

— Кому ты рассказываешь? У меня отобрали королевство, а не мозги, — король ткнул директора в бок, и тот чудом удержался на ногах. И этим чудом оказался Линк. Он-то и подхватил Ринна, явно сочувствуя ему.

— Ладно, — примирительно сказал Тёрн. — Но при мне этого не будет. Мы живо поправим дела. Веди-ка нас к Кубку, а заодно покажи моим друзьям училище… К слову, а где студенты?

Старик втянул голову в плечи:

— Ужинают, ко сну готовятся.

— Раньше они бегали по коридорам, а теперь даже мыши попрятались.

— Мало их осталось. Кого родители забрали, кто сам ушёл. Училище в упадке.

— Куда только инспектора смотрят?! — возмутился король. — Ладно, разберёмся, дай срок… Веди к Кубку, если хочешь передо мной оправдаться.

— К Кубку?

— К нему.

— А может завтра? — заюлил алхимик.

— Сегодня! — гаркнул король.

Ринн растерянно замер, хлопая глазами.

— Чего стоишь, жертва ступора? Пошли!

Алхимик вздрогнул и первым засеменил по длинному коридору с множеством дверей и пыльных окон. Вскоре коридор упёрся в лестницу, и следующий этаж поразил нас изъеденными молью гобеленами и дырявыми портьерами. На полу вместо ковра лежал слой пыли, запечатлевая наши следы.

Да уж, помешанного на чистоте герцога здесь не хватало… Я опомнился и сплюнул через левое плечо. Кажется, мы пришли. Ринн остановились перед резной двустворчатой дверью.

— Зал торжественных возлияний, — распахивая её, с гордостью сообщил он.

— Зал чего? — вырвалось у меня.

У них что, «школа пьяного алхимика»? Я недоумённо разглядывал ряды столов и скамейки с загнутыми ножками…

— Возлияний, — повторил алхимик. — Ежегодно перед зимними праздниками здесь проводится церемония с участием выпускного курса, алхимиков и гостей. Весело и зрелищно. Вы, к сожалению, опоздали. В другой раз…

— Другого раза не будет, — буркнул Линк.

— Ой, а расскажите-расскажите! — затрещала Верения, прихлопывая ладошками от нетерпения.

А я осматривал зал. Ничего примечательного: золочёные канделябры, тяжёлые шторы на окнах… Ряд каминов с фигурными решётками. В одном из них слабо теплились угли. А стены и купол потолка украшали изображения худосочных типов с унылыми физиономиями — и в профиль, и анфас…

— Великие мастера прошлого за работой, — пояснил Ринн.

Желтолицые алхимики в тёмных балахонах, — склонившись над колбами, кубками и чашками, — наливали, смешивали, нагревали…

Н-да, кто-то явно страдал несварением желудка — либо художник, либо натурщики…

— Пожалуйста, расскажите, — упрашивала Верения, — что за «церемония» такая?

— Самая обычная, — попытался уклониться алхимик.

— Ну и… — любопытная девчонка только что в рот ему не заглядывала. — И?

— Кубки собирают на большой поднос и ставят посреди стола. Волшебный Кубок наполняют водой, передают по кругу, и каждый по очереди произносит: «Я пью за наше здоровье…» и называет напиток… — Ринн запнулся.

— А что за напиток? — нетерпеливо дёрнула его за рукав Верения.

— Ну-у… обычно это… э… молоко…

— От пьяной коровы, — хмыкнул Тёрн, — из огромной пузатой бочки.

— Да-а?! — оживился Линк. — И где этот ваш кубок?

— Даже не думай, — зашипел из кармана Норд, а король широко ухмыльнулся.

— Вино или эль, какая разница…

Алхимик дёрнул плечом и, раздув огонь в камине, зажёг стоящую на нём свечу.

— Вы не договорили, — напомнила Верения, полагая, что уже достаточно выдержала паузу. Ринн подпрыгнул от неожиданности.

— … Называет напиток, заменяет им воду и делает глоток, плеснув немного в кубки на подносе, а затем передаёт дальше. Пока кубки не наполнятся. И завершая ритуал — все пьют из своих кубков. Ничего интересного.

— Наоборот, — улыбнулась Верена. — Спасибо, господин Ринн.

— Пожалуйста, — буркнул в ответ тот.

— А я бы сказал — очень изобретательно, — усмехнулся Линк. — Дидрид удачно совместил приятное с полезным.

Вместо ответа директор поднёс зажженную свечу к носу нарисованного на стене алхимика. Стена с натужным скрипом отъехала в сторону, открывая глубокую нишу. Внутри размещался шкаф со стеклянными дверцами. Ринн нехотя отворил дверцу и вытащил кубок из прозрачного хрусталя с вкраплениями синего. Оправа из серебрянки обвивала боковые ручки на манер виноградной лозы. Король тотчас выхватил его у Ринна.

— Ну, здравствуй, Дидр, — дрогнувшим голосом произнес он.

У директора округлились глаза. Он покачал головой, сочувственно глядя на Его Величество. Только что пальцем у виска не покрутил, а ведь с королями такие жесты чреваты последствиями.

— Спрячь его, Кеес, подальше, — Тёрн отдал мне Кубок.

«То есть, на самое дно рюкзака», — мысленно добавил я и немедленно втиснул Дидрида где-то между Вестом и Зюйдом. Не забыв обернуть специально приготовленной феглярийской тканью.

Ринн вернул стену на место и повёл нас устраиваться на ночлег. Одолев бесконечные лестницы и коридоры, мы оказались в светлой рекреации с чахлыми растениями в потрескавшихся вазах. Лишь один цветок выглядел неприлично ухоженным на фоне всеобщей запущенности. Мясистый стебель и глянцевитые листья сине-зелёного цвета заполонили весь оконный проём… Ринн распахнул перед нами резную дверь как раз напротив окна.

— Прошу.

Шагнув в комнату с затянутой в чехлы мебелью, Тёрн огляделся с кислым видом и высказался:

— Не понял… Это что? Спать тут?! Не-е, Ринн, ты совсем обнаглел…

Алхимик закашлялся, поспешно отводя взгляд.

— В чём дело? — нахмурился Тёрн. — Твоя голова забилась пылью, и ты запамятовал, что мои покои в южном крыле замка?

— Нет-нет, В-ваше Величество… Тут… такое дело… Обвалился потолок, начали ремонт и… Но мои комнаты в вашем распоряжении, велю подать туда ужин. Всё для Вас, если окажете честь и отужинаете со мной.

— Хорошо, — ответил король и распорядился:

— Авгус, Викур — за мной! Шанд и… остальные ночуют здесь, — и удалился в сопровождении довольной свиты и растерянного алхимика.

— Полагаю, мне дали выходной, — усмехнулся Шанд и плюхнулся на диван поверх чехла. Другие чехлы мы тут же сдёрнули, и разместились на вполне чистых кроватях.

— Покушать бы, — вздохнула Верения.

Увы, о нашем ужине никто не позаботился. К счастью, в камине нашлись трухлявые поленья. Наверное прошлогодние. Мы с Нордом благополучно превратили одно из них в топливный брикет, разожгли огонь, разогрели припасы, наелись и завалились спать. Линк долго ворочался и бормотал: «Ой, не к добру… ой, не к добру», пока не захрапел. Вскоре и я смог уснуть.