Студент поневоле - Товбаз Елена - Страница 80

Девчонки поначалу шарахались от дракона, а потом освоились, и Зирб повёл их показывать дворец. А мы с Линком отправились к чародею. Тот всё утро терпеливо ждал моего пробуждения. Но едва мы пересекли вчерашний зал, как из холла послышалось:

— Саурх! Наатар, хрук… Отец! Где ты?!

Вскоре оттуда появился Дэв и поражённо уставился на нас. При этом он едва держался на ногах. На его груди зияла рваная рана, и голубая кровь сочилась на ледяной пол. Он старался зажать её одной рукой, а другой — тянул верёвку, к которой было привязано нечто массивное и клыкастое в панцире. Хрук?

— Вы?! Откуда…

— Вот ты бы нам и объяснил! — накинулся на него Линк. — А то бросил нас в каком-то…

— Погоди, Линк, — прервал я магистра. — Не видишь, он ранен. Что случилось Дэв?

— Ничего серьёзного — царапина. Отец вылечит.

— Отец?

— Чародей — мой отец.

Вот так дела!

— Я знаю про драконью лихорадку, — сказал я. — Почему ты скрывал?..

— Чтобы вы сразу сбежали от меня? — он горько усмехнулся. — Поэтому и оставил вас, сразу как почувствовал скорый приступ. Не хотел, чтоб вы это видели. Но перевоплотился слишком поздно. Хрук успел зацепить меня.

— А кинлит?

— Я оставил его тебе.

— Но ты же говорил…

— Я обманул, ради вашей безопасности. Никакого запасного не было.

— Но ты рисковал!

Он усмехнулся.

— Я — драколедд. Всякая тварь в этих горах бежит от меня без оглядки, если ей дорога жизнь… И хрук пытался, — он покосился на тушу, — тщетно…

— Сынок! Что с тобой? — в зал влетел встревоженный чародей. — Я слышал твой голос.

— Всё в порядке, отец. Вот, принёс тебе мёртвого хрука. Половину. Остальное — съел.

Чародей покачал головой, и вскоре уже суетился возле сына, протирая его раны добытыми из карманов тряпицами, смоченными в зельях.

— Идёмте, — сказал он, закончив процедуру, — завтрак готов. А с тушей Зирб разберётся.

— Я разберу-усь, — с готовностью согласился Зирб.

Только сначала нам с драконом пришлось слетать за вещами и провизией в ущелье. Чародей закрепил на спине Зирберо седло, и я, памятуя о верховой прогулке, не без опаски уселся в него. Но это оказалось чертовски здорово — летать на драконе! С ветром наперегонки… Я бы повторил, да Зирб не горел энтузиазмом.

— Запомни, — строго предупредил он. — Никому не рассказывай. Ледяные драконы никому не позволяют садиться себе на спину. Просто Геурз — мой друг. Он спас мою семью, вот я и помогаю ему.

Потом мы завтракали на чародеевой кухне и обсуждали планы дальнейших действий. Но сперва Дэв пожурил нас.

— Вы зачем разбрелись? На том месте, с кинлитом — вы были в безопасности. Зов лишь слегка одурманил бы вас, но не захватил.

— А как же Верения? — усомнился я.

— Я помню, как решила прогуляться, — возразила она, — и до этого всё было нормально.

— Вот-вот, всё зло от женщин, — пробубнил Линк.

— Когда ты подошла к пещере, рдасс поймал тебя, а Кеес, отправившись на поиски, оставил других без защиты.

— Выходит, я сохранил рассудок благодаря кинлиту?

— Да.

— Почему ты покинул нас в таком опасном месте? — нахмурилась Астра.

— У меня не было времени. Приступ мог начаться с минуты на минуту, точно не угадаешь, — вздохнул Дэв и нехотя признался. — Я не был уверен, что в заброшенных рудниках живёт рдасс. Они хорошо прячутся.

— Так это ты! — вскричала Верения. — Тот дракон, которого видели над городом.

Дэв кивнул. Вот смышлёная девчонка. Взяла и с ходу сопоставила факты.

— Мы скрываем от феглярийцев своё отличие, а для леддинов носим укороченные имена.

— Вы изгои? — нахмурился я.

— Вовсе нет, — он улыбнулся. — Это чтобы предупреждать без лишних объяснений. Отец тоже сократил имя, чтобы поддержать каарат… Отец?

Чародей изучал меч.

— Подумать только! И это сокровище пролежало в рудниках сотни тысяч лет. Глупый рдасс не знал, что почивает на собственной смерти.

— А как он там оказался? — спросила вечно любопытная Верения. Укус рдасса не ослабил её тягу к знаниям.

— Когда-то, по легенде, Чёрный меч принадлежал великому воину — Дирктарвернталю-дэт, таадату… много веков назад. На таадат напали исчадия с чёрными волосами и красными глазами… Они истребили весь народ.

Что-то зашевелилось в памяти…

— Воины защищали свой дом до последнего живого, но исчадия всех истребили, даже маленьких детей. Никого не осталось из славного рода таадата. Никого… Горстку защитников оттеснили к ущелью и перебили. Смертельно раненый Дирктарвернталь отступил в рудники и обрушил свод, чтобы уничтожить врагов, и погиб, погребённый вместе с мечом под обломками. Многие искали этот меч. А время очистило рудник, и позже там поселился рдасс.

— А после этих исчадий у вас случайно ничего не пропало? — поинтересовался я, озарённый догадкой.

— Пропало, — удивлённо ответил Геурз. — По легенде, именно тогда исчез из недр чёрный хрусталь…

— И, кажется, знаю куда, — задумчиво проговорил я. — И где в прошлый раз открылись врата в Некедемерию.

Линк задумчиво сощурился. Он тоже знал, только молчал. Остальные воззрились на меня, как на демона ночи. Пришлось объяснить.

— Мы слышали о вратах, — кивнул Геурз, — но не верили… А зря. Теперь многое прояснилось.

Потом чародей объявил, что ему удалось получить лечебную сыворотку из моей слюны, и уже завтра он собирается её испытать. Дэв был в шоке, а в глазах девушек я стал героем в квадрате. Линк бурчал, примиряясь с новой реальностью, где его знания оказывались бессильны.

— Зирберо, в округе есть заболевшие? — поинтересовался чародей.

— В деревне, — три лиги к югу отсюда, — больная девочка. Её держат в пещере. В драконьем поселении — двое заболевших. Они тоже сидят в пещере.

— Хорошо, что эпидемии нет, и, надеюсь, мы сумеем её предотвратить. Отнесёшь сыворотку?

— Конечно, Геурз.

Чародей обратился к нам:

— Понимаю, что вам нужно спешить, но останьтесь хотя бы до выздоровления. А я что-нибудь придумаю, чтобы доставить вас поскорее. Да и Дэву нужно подлечиться.

Вот так мы и остались. Чародей оказался радушным и ненавязчивым хозяином. В нашем распоряжении был целый дворец. Он уходил вглубь горы анфиладой комнат, и мы могли выбирать любую. Но в зале всё же поставили палатку, и к вечеру все собирались там, поближе к жаровне. Ночевали в основном там же. Иногда так хотелось сбросить феглярийские теплокостюмы и посидеть у живого огня в пижамах, тоже феглярийских. Они надевались под костюмы. Зато приходилось экономить провизию. Поэтому мы не гнушались и леддинской пищей. Для нас она оказалась вполне съедобной, хотя вместо тепловой обработки подвергалась замораживанию. Леддины не держали огня. Освещался же дворец хрустальными светильниками, накапливающими солнечный и лунный свет.

Всё это время Верения почти не отходила от чародея и частенько беседовала с драконом. Девчонка и здесь упорно поглощала знания, как сладкоежка конфеты. Он выведала у дракона о дисковом времени, о чём далее прожужжала мне все уши.

Ледяные драконы условно делили полусферу неба на солнечные или лунные диски, в зависимости от времени суток. И определяли временной интервал по их расположению, относительно исходной точки — горизонта и высокой — зенита. Два диска соответствовали примерно одному часу леддинского времени.

Зирберо также упомянул, что его поселение — единственное на добрую сотню лиг вокруг. Другие драконы предпочитали жить на юге или в Сумеречном краю на северо-западе.

Я самоотверженно отдавал чародею слюну для новых опытов, и наши труды оправдались.

В один прекрасный день Зирберо вернулся с новостью. Драконы выздоровели, а девочка идёт на поправку. Все счастливы. Геурз был в восторге. Ещё более растрёпанный, чем обычно, с сияющими глазами, — он прыгал и орал как оглашенный. А потом, когда мы пили на радостях ледяной напиток из молока игуроны — снежной коровы, мечтал:

— Понимаешь, что это значит? Мы спасены. Я сделаю вакцину, мы будем прививать детей и победим болезнь навсегда… И всё это — благодаря тебе!