Студент поневоле - Товбаз Елена - Страница 85

Мы простились с фтофиками, и за нами поначалу бежали дети и козы, пока не отстали… До леса было рукой подать, рос он сразу за лугом. На опушке, где порхали стрекозы, задержались, слушая инструкции Линка под беззаботный щебет птиц.

— Пергамотумская граница близко, — втолковывал магистр. — Увидите дозорных — прячьтесь в кусты, а я как-нибудь разберусь. Поняли?

Мы покивали и углубились в заросли, по едва заметной стёжке. Повернули к западу. Деревья с могучими стволами и раскидистыми кронами будто затанцевали вокруг нас. Лес поражал величественностью и красотой. Нежная травка укрывала подлесок — идти было одно удовольствие. Когда граница осталась далеко позади, мы остановились передохнуть.

— Знакомые места! — воскликнул Линк, дыша полной грудью. — До Сэрьенова дома ещё четверть лиги, но… Что-то мне подсказывает…

— И недаром, всезнающий братец! — громко ответил кто-то.

— Промышляешь внезапностями, непредсказуемый друг? — рассмеялся Линк…

Тотчас из-за дерева вышел смуглый человек в зелёном кафтане, с луком в руках и колчаном на поясе:

— Сколько лет — сколько бед!

Они обнялись, как и полагалось старинным приятелям.

— Здорово, Сэрьен, — сказал Линк.

— Привет, Линк, — ответил Сэрьен.

Вот он каков, веклокский колдун! Они с магистром были одного роста, а Сэрьен даже малость покрепче.

— Это твои спутники?

— Разумеется.

Сэрьен весело оглядел нас.

— Привет!

— Привет… привет, — вразнобой ответили мы.

— Не робейте, — улыбнулся Сэрьен. — Не кусаюсь я.

— Они под впечатлением, — усмехнулся Линк. — Копи, бу-шмыги.

— Что ж, — сказал Серье, — отдохнёте, переночуете у меня, а завтра проведу вас тайными тропами через Шуршащие леса.

Астра хотела было возразить, но не осмелилась.

Веклокский колдун повесил на плечо лук и зашагал по тропке. Линк рядом. Мы за ними.

— Всё так и живёшь меж двух границ? — допытывался Линк.

— А как же? Так и живу. Две лиги до Пергамотума, лига до графства. Здесь мои места, мой заповедник.

— Всё так же якшаешься с медведями и зубрами?

— А что ж делать-то? Медведи в наших лесах — трусливые увальни. И шороха боятся. Когда фтофиковы девчушки по ягоды приходят, из малинников выскакивают и, — дёру, аж пятки сверкают. А те от них — стрекоча. Так и бегают друг от дружки, прячутся… Не то что в порченных северных лесах… Кто ж о них позаботится? Вот давеча одного пчёлы покусали… В общем, я понял, что лучше держаться подальше от пчёл, чем от медведей.

— А зубров — мало осталось. Многие сгинули…

Деревья расступились, и мы вышли на поляну возле дома, похожего на… огромный гибрид тыквы и кабачка. И в огороде отлёживались точно такие же оранжево-полосатые гибриды.

— Ого! — только и смогла вымолвить Верения.

— А, кабатыки, — махнув рукой, пояснил Сэрьен. — Хозяйки нет, ухаживать некому, вот кабачки с тыквами и переопылялись летом. Оставил в зиму, под парником. А одна уж так выросла, так выросла. Вот дом из неё и выдолбил. В прежний-то попала молния…

— Н-да, сплошные бедствия, — пробормотал Линк, памятуя о сметённом лавиной трактире.

— Хорошо ещё звери не пострадали…

С домика свешивались дождевые трубы из коры, а под ними стояли пузатые бочки по сторонам от маленького — в две ступеньки крылечка. На крыльцо беззаботно прыгнули зайцы, но, увидав нас, замерли; а из-за дома-тыквы робко выглянула косуля. Верения заахала от восторга и умильно сложила ладошки у груди.

— Ой, а можно погладить?

Сэрьен кивнул, что-то пропищал зайчишкам, и уже через минуту Верения теребила зверушек, сидя на крыльце. Ушастые смело залазили к ней на колени, а косуля тянулась бархатными губами к ладони за кусочками булки.

— Идёмте в дом, — с улыбкой пригласил волшебник.

В тыкводомике оказалось довольно тесно: всего одна комнатка. Но зато два окна с клетчатыми занавесками. Здесь помещался стол, два табурета, топчан, застеленный лоскутным покрывалом. Этажерка с посудой и книгами, сундук под окном, вешалка у двери. В углу очаг из речных голышей с железным колпаком.

— Не тесно? — поинтересовался Линк, разглядывая узорчатые тарелочки на стенах.

— Меня и дома-то не бывает. Сутками брожу по лесам. Там и ночую, — ответил Сэрьен. — Прошу к столу.

Он угостил нас цветочным чаем с лесным мёдом, орехами и ягодным мармеладом. А мы выгрузили из рюкзака часть фтофиковых гостинцев и закатили пир на всю поляну. Сидели и разговаривали до самой темноты, рассказывая лесному колдуну о своих приключениях. Норда поставили в центре стола, и они с Сэрьеном обменялись приветствиями.

В раскрытые окна залетал ветер, размахивая занавесками, а порой заглядывали косули. Забежала лисичка, заглянул дикий кот, недовольно мурлыкнув. И Сэрьен поставил ему блюдечко с молоком.

Вокруг поляны шумели деревья похожие на ясени. Высыпали звёзды. Давно я не видел таких ярких и крупных, как жемчужины. Повис кверху рожками месяц. Наступила ночь.

Чтобы не стеснять хозяина, мы поставили во дворе палатку и впервые за много ночей уснули, не думая о завтрашнем дне. Опасности нас не тревожили, а ночные шорохи лишь убаюкивали…

После спокойного и безмятежного сна настало яркое радостное утро. Хотя на рассвете задул ветер, набежали тучи, но после распогодилось и пригрело. А мы завтракали, разложив на траве покрывало.

Сэрьен принёс свежий творог, сметану и крынку парного молока. Пока мы нежились утренним сном, он успел сходить в ближайшую деревню и доставить молочные вкусности прямо к столу. Мы ели и пили вдоволь, и с аппетитом…

Уф, здесь я определённо обожрусь и обопьюсь… Девчонки хохотали над молочными усами.

— Через пять дней мы должны быть в Истик-вуде, — сказал Линк. — Чтобы встретиться с графом и договориться насчёт Лука и Стрелы.

— Я провожу вас, — пообещал Сэрьен. — Но, думаете, отдаст?

— Граф — хороший человек, всё поймёт, — вмешалась Астра и в ответ на взгляды Линка, смутилась и пояснила:

— Я училась в Клубе стрелков… — она покраснела и опустила глаза.

— Да, я знаю графа, он человек чести, — согласился Сэрьен. — Но после исчезновения шестерых прирождённых и свержения короля Тёрна — никому не верит.

— Я с ним поговорю, — откликнулся Норд. — Мне — поверит.

— Придётся, — нахмурился Линк.

— Граф зачаровал оленьи границы, — покачал головой Сэрьен.

— И? — не понял Линк.

— Лощину вам не перейти. А в обход вдоль реки — опасно. Местность там открытая. Если вас ищут…

— Что это значит? — спросил Линк.

— Через границу проникнет лишь зверь или птица…

— Для этого у нас есть Норд и Кеес, — невозмутимо ответил Линк, как будто знал, что так и будет. — Считай, что мы уже в графстве.

Возможно, и правда знал.

— Тогда я проведу вас секретными тропами рарринарри, — ответил Сэрьен. — Выступим на закате. Отдыхайте пока. К вечеру вернутся пичужки-разведчицы. И в путь.

День прошёл весело и мирно. Верена играла с зайчатами, а мы с Астрой гуляли по лесу и разговаривали. Впервые вот так — наедине. Она болтала без умолку, с блестящими глазами и раскрасневшимися щеками, об Истик-вуде и Клубе стрелков… Я рассеянно слушал, кивал и любовался. Мне было всё равно, о чём она говорит, только бы смотреть на неё и… Сам не знаю как у меня это вышло. Мы стояли у шелестящего дерева, я наклонился и поцеловал её…

— Никогда больше так не делай, — Астра посмотрела на меня несчастными глазами и убежала.

Я всё испортил! Дальше бродил в одиночестве, укоряя себя за слабость и торопливость. А когда вернулся, — поляна заливалась щебетом птиц, и все собирали вещи.

— Пора, — сообщил Сэрьен.

Через час мы продолжили путь, а так не хотелось уходить. Широкая лесная дорога вывела нас к зелёной ложбине, где в густой траве серебрились колокольчики. А на другой стороне лога раскинулись Шуршащие леса.

— Эрлей-лог, — сказал Сэрьен. — За ним начинается Оленье графство.

— Оленье графство — лесов богатство, а правит ими сам граф-олень, — неожиданно пропела Астра, а я заслушался. Такой у неё был чудесный голосок. И поймал на себе грустный взгляд Верении…