Шелена Тешен: Совершенная кровь - Трейн Леона - Страница 23

Возможно Изольда и подходила ему идеально. Подручную клана Ретер не будут кидать в самое пекло заварушки, дабы перебить негодяев. Она не будит пропадать спасая Диаспору от посягательств чужаков. Не будит убивать…

"Она полная противоположность."- Подвела итог своим рассуждениям я. Это почему-то больно кольнуло меня прямо в сердце. Отчего-то мне казалось, что Изольда не та женщина, что нужна была Кристьяну, хотя чего греха таить, я вообще считала, что кроме меня ему никто не подходит.

Я закрыла глаза и восстановила в памяти образ Криса, я собрала его из мельчайших кусочков своих воспоминаний. Слеза медленно скатилась по щеке. Я должна была отпустить его, не мучить его и себя. Но едва ли я могла это сделать, хоть и понимала, что так будит проще и лучше всем. Опять ложь. Кому будит лучше? Не мне…

Но я не могла позволить своему эгоизму взять вверх. Я должна отпустить его, я должна дать ему свободу и не разрывать его на части. Должна…

— Шелена, очнись! — Голос Антонио вернул меня из мира моих размышлений. — Мы на месте.

Я взглянула в окно машины. Мы подъехали к огромным воротам, которые, по-видимому, были крепко заперты. Вокруг дороги, на которой мы оставили машину сгустились огромные, многовековые деревья. Их тёмная листва тихо шелестела, и было слышно, как капли дождя падают на листья. Луна сегодня была почти не видна, лишь изредка она просачивалась сквозь густые тучи, которые поливали нас дождём, и бросала свой свет на землю. Вокруг нас стояла тишина, не слышно было ни птиц, ни животных, даже кузнечики замолчали. С чем это было связано, я не знала, возможно, потому что шёл дождь, а возможно, потому что в воздухе висела неведомая сила, которая парализовывала всё живое. Я кожей чувствовала, как кто-то словно опутывал меня с ног до головы своей мощью, наэлектризовывал воздух вокруг. Я взглянула на Натара, тот стоял, хмурясь и смотрел прямо перед собой, не моргая.

Видимо не я одна ощутила здесь древнюю мощь, и это меня пугало, лучше иметь дело с восставшими вампирами современности, чем связаться с чем-то, что сильнее тебя в несколько сот раз и древнее на несколько тысячелетий.

Мы оставили Изольду в машине, чтобы не подвергать её опасности. Тихо, почти не дыша, мы начали приближаться к дверям в катакомбы. Катакомбы, если верить путеводителю по городу были древними, и потому, что двери здесь были в хорошем состоянии, и явно недавно установлены, становилось ясно, что эти катакомбы облюбовали уже давно.

Приближаясь к дверям, мы замедляли шаг и старались двигаться как можно тише, если там кто-то был ни к чему оповещать их о нашем приезде заранее. Антонио достал из-за пояса мачете их ещё называют "боло", в другой руке он сжимал томагавк с секирообразным наконечником. Легко подбросив томагавк в воздухе, он тут же молниеносно его поймал, и улыбнулся во весь свой белозубый рот.

Арнольд держал в руках катану в красивых ножнах, скинув пиджак, он перебросил лямку от ножен через плечо и закрепил его так, чтобы при надобности, можно было легко выхватить катану. В руках Арнольд сжимал викидзаси, младший брат катаны.

Я ещё раз проверила, как закреплены кинжалы у меня на поясе. Проведя рукой по своему холодному оружию, я вздохнула. Затишье перед бурей, кажется, так можно было назвать наше состояние сейчас. Антонио остановился и, заткнув в специальный пояс оружие, завязал свои густые чёрные волосы, алой лентой, затем вновь выхватив оружие, весело мне подмигнул.

Я смотрела на двух мужчин идущих рядом со мной. Такие разные они были крепко связаны друг с другом, теснее, чем можно было представить. И вот сейчас они бок обок готовы отдать свои жизни во имя Диаспоры и того во что они верили, ради того частью чего они были. Две высокие фигуры в белых рубашках, и с блестящим в редком свете луны серебряным оружием, они без каких либо других мыслей шли в самое пекло опасности, не задумываясь ни о чём.

Многие Натары до Арнольда предпочитали всё валить на Стрегонибенфици и Карателей, а сами отсиживались там где опасность грозила им минимально. Но Арнольд был совершенно другим и предпочитал отстаивать своё право на титул в боях, а не отправлять на смерть других вместо себя. Таким образом сейчас он тоже стоял возле меня и мы внутренне готовились ко встрече с неизвестностью, лицом к лицу.

— Пора. — Сказал Натар и кивнул головой в сторону дверей.

Антонио толкнул двери, но они не поддались. Кто-то запер их.

— Позволь мне. — Арнольд начал колдовать с замком и вскоре тот жалобно скрипнув, открылся, освобождая нам путь.

Когда двери распахнулись, в лицо нам пахнуло сыростью и плесенью, я поморщилась и заткнула нос. Создавалось впечатление, что здесь уже давным-давно не было доступа свежего воздуха. Мы шагнули в темноту коридоров. Сырость была повсюду, кое-где слышно было, как журчала вода, сбегая по стенам, а потом превращалась в лужи, которые неприятно чавкали под ногами. Я и Антонио шли с боку чуть сзади Натара, тот же величественно вышагивал впереди нашей процессии. Антонио держал наготове томагавк и мачете, казалось, что при малейшей угрозе он кинется на обидчика и порвёт его на куски.

Мы шли по извилистым коридорам, которые делали причудливые петли. Продвигаясь всё дальше, я чувствовала, как сгущается воздух, и дышать становилось всё труднее. Остановившись, мы стали вслушиваться в тишину, пока, наконец, не различили еле уловимые крики. Натар махнул рукой и ускорил шаг, по мере того как мы продвигались шум и голоса нарастали и скоро мы отчётливо слышали стоны, плач и крики вампиров клана Ретер.

— Антонио, все кто не с нами те против нас. Шелена, выведи клан отсюда. — Прокричал Арнольд, выбивая ногой дверь в зал, куда были загнаны вампиры клана Ретер.

21.

Дверь, будто фанера, отлетела в сторону, крики и стоны обрушились на нас словно стена. Арнольд ворвался в зал и тут же на него бросились несколько вампиров, весьма крупных, одетых во всё чёрное, и в масках. Возможно, это были наёмники, поэтому так тщательно скрывали свои лица. Викидзаси делал неуловимые движения и двое из нападавших рухнули на землю, возле них я увидела вырезанные сердца. Натар орудовал викидзаси так словно этот меч был продолжением его руки. Его молниеносные, почти не уловимые глазом движения, рассекали грудь нападавших и почти с хирургической точностью вырезали оттуда сердца.

Вскоре нападавших стало больше, они появлялись, словно из под земли, и бросались на нас вздымая над головой свои мечи. Я прижималась к стенке и испугано, следила за Антонио и Арнольдом.

Антонио, мастерски орудовал мачете и томагавком, с силой опуская их на врага, он буквально рвал им грудные клетки и откидывал поверженных в стороны. Мачете свистело в воздухе, вонзаясь в очередного вампира, который пытался нанести удар сзади.

Вдруг мой взгляд натолкнулся на одного из ребят в чёрной маске, который успешно миновал Антонио и Арнольда, и уже направлялся ко мне, сжимая двумя руками рукоятку меча, который занёс над головой. От страха я стояла не шевелясь, и наверное даже не дыша. Фигура, которая несла в себе мою погибель, приближалась, а я не могла ничего с собой поделать. Слёзы медленно покатились у меня из глаз. Я выхватила кинжал из-за пояса и кинула в нападавшего, но кинжал, поблескивая, пролетел мимо, и звякнул о каменный пол.

Видимо, то, что я промазала, воодушевило вампира, и он рванулся ко мне ещё быстрее. Я в страхе сползла по стене вниз и закрыла голову руками, ждала удара меча, который прервет мою жизнь. Крики клана и звук ударов мечей, всё закрутилось у меня в голове смерчем. Я слышала только своё дыхание и биение сердца. Ноги вампира-наёмника были уже рядом, я слышала, как он возносит меч, тут что-то во мне щёлкнуло и, не желая погибать как трусливая тварь, я подняла голову и посмотрела в глаза убийце. Тот, замешкавшись на несколько секунд, пришёл в себя и начал опускать меч. Тут его глаза распахнулись в немом ужасе, а в груди образовалась огромная сквозная дыра, через которую мне стало видно толпу. Кровь хлынула из вампира, который всё ещё стоял, широко раскрыв глаза. Я не сводя с него глаз следила, как безжизненное тело опускается вниз. Когда наёмник упал, я увидела перед собой Натара, который вытащил свой викидзаси из тела наёмника и, вытерев серебреное лезвие о брюки, вновь ринулся в толпу сражаться.