Шелена Тешен: Совершенная кровь - Трейн Леона - Страница 3

Так взяла своё начало война между Цактаной и Диаспорой, названая Щенвясу.

Щенвясу бесконечна, она не знает конца. Империи сменяли друг-друга, человечество развивалось, а в тени всё ещё шли войны по господству над смертными. Хартия нарушалась, истреблялись вампиры, всё было и будит так, пока победу не одержит одна из сторон.

Антонио сделал паузу и внимательно посмотрел на меня. Я недоуменно смотрела на него широко раскрытыми глазами. Я никак не могла понять, зачем он мне всё это рассказывает.

— Дракула тоже вампир? — Спросила я.

— Нет, Mi sueño, дело в том то всё что ты слышала про некоего Дракулу, всего лишь сказки. Само слово "вампир" пришло из венгерского языка, а большинство преданий о них родилось в Восточной Европе. Ирландец Брэм Стоукер, написавший знаменитого "Дракулу", позаимствовал этот сюжет из легенд о Владе IV — трансильванском дворянине, который жил в XV веке и сражался против турецкого ига. Влад также был известен своими садистскими наклонностями — он наслаждался истязаниями пленных узников. Легенда гласит, что граф любил устраивать пирушки среди огромного, количества заостренных деревянных кольев, на которые были насажены тела турок, плененных в бою, поэтому он вошел в историю под прозвищем Цепеш — Сажающий на кол.

Но не меньше ужаса навевал Цепеш и на своих соотечественников. В окрестностях его замка исчезали люди. За высокими каменными стенами свершались ужасные и богомерзкие дела. В одной из историй об этом замке графа назвали "вампиром". Его пристрастие к крови разделяли и другие карпатские дворяне.

Так что Дракула своего рода лишь сказка, призванная сомневаться в том, что вампиры действительно есть. Это обман, весьма искусный обман, ты не находишь?

Я кивнула. Антонио расплылся в улыбке:

— Вы весьма соблазнительны, Mi sueño, если б я знал и был уверен в вашем истинном предназначении, но, к сожалению, я не знаю этого.

— Кто вы?

— Стрегонибенфици. Вряд ли это тебе что — либо скажет, Mi sueño, но я поясню. Я наполовину испанец наполовину итальянец. Мне больше пятисот лет. — Заметив шок в моих глазах, Антонио рассмеялся.- Mi sueño, не бойся меня. Я единственное существо, которое не хочет причинить тебе вред, единственное которое и потом не захочет. Моё призвание убивать вампиров.

— А тогда кто же вы?

Антонио нахмурился, наверно подбирая правильные слова, и наконец улыбка вновь вернулась на его лицо:

— Я вампир.

Я отшатнулась, испугано уставилась на него, внутри меня вновь всё затрепетало.

— Нет, Mi sueño, не бойся. Издревле Стрегонибенфици — не убивали невинных. Изначально мы были чем-то вроде карателей, хорошо натренированных вампиров, которые находили и по-возможности наказывали тех, кто нарушал Хартию или угрожал Диаспоре. Для полнейшей бесстрастности нас исключали из кланов, и таким образом мы были беспристрастны к любому из членов Диаспоры. Этот "пост" вампира всегда был на стороне света, если так можно выразиться. И мы всегда были противовесом вампирам преступившим закон. Они нарушают — мы их убиваем.

— А кто я?

— Mi flor, я бы очень хотел помочь тебе, но я не знаю ответа на твой вопрос.

— Что я делала там? — Мне до сих пор было не по себе, я не могла вслух произнести то, что только что вылезла из могилы.

— Дело в том, что этого я тоже не знаю. Это очень старинное кладбище там есть захоронения как XIX так и XVIII века. Почти все имена стёрты, а бумаги утеряны. Но думаю, мы сможем выяснить, кто ты есть. — Антонио развёл руками, словно, оправдываясь.

— Как ты нашёл меня?

— Понимаешь, Mi flor(исп. — мой цветок), можешь не верить мне, но я услышал тебя. Почувствовал энергию, которую ты словно импульсы направляла на меня. Обычно такая энергия образуется между создателем и новообращённым, дабы он мог контролировать подопечного. Но я не создавал тебя, да и пока никого не создавал, поэтому не могу понять, почему эта связь возникла между нами.

— Новообращенными?

— Mi encanto(исп. — моё очарование), я уверен, что у нас с тобой будет много времени, чтобы ты узнала все мои знания, а так же получила новые, а сейчас думаю, тебе стоит поспать.

Я приподнялась на подушках и попыталась возразить, но Антонио мягко коснулся моего лба, и я услышала его голос, который казалось, звучал у меня в голове. Голос что-то нашёптывал мне, уводя меня всё дальше и дальше за собой, пока, наконец, я не провалилась в бездну.

3.

Со дня нашей встречи с Антонио прошло несколько лет, я многое узнала с того дня, но всё это ни на шаг не приблизило меня к ответу на, казалось бы, простой вопрос "Кто я?". Мы словно отшельники жили в заброшенном замке, который находился очень далеко от города, гости у нас бывали крайне редко. Антонио стал для меня отличным учителем, все его знания я впитывала как губка, но самым суровым уроком мне стало, то, что он показал мне, что кем бы я, ни была до смерти сейчас я не человек.

Таких, как я называли: undead- не мёртвый. Весьма интересное название, нас не относят ни к какому виду живых существ, и мёртвыми мы не являемся, потому, что подобно живым существам передвигаемся, разговариваем и живём. Мы поверхностно похожи на людей, но между нами миллиарды отличий как психологических, так и физических.

Да, вампир клинически мёртв, мы не дышим, не стареем, наша кожа холодна — но при этом мы думаем, охотимся, планируем, говорим и убиваем. Мы выживаем благодаря тому, что периодически питаемся кровью, это помогает нам продлевать своё искусственное бессмертие. Большинство из нас питается человеческой кровью, но есть индивидуумы, которые питаются кровью животных, дабы не наносить вред людям.

Сейчас за долгое время обучения Антонио решился взять меня на высвобождение вампира. Он очень нервничал и то и дело входил ко мне в комнату, чтобы просто убедиться, что со мной всё хорошо.

— Антонио, ну что с тобой! — Наконец не выдержав воскликнула я. — Смотри я цела и совсем не переживаю, однако место себе не находишь!

Антонио неуверенно расправил полы своего пиджака и, встав за моей спиной начал расчёсывать волосы.

— Мi invencible, я не устаю поражаться твоей красоте.

— Антонио, я никогда себя не видела.

Заметив, как я потупилась, мой наставник нежно провёл ладонью по моей щеке, и тихо словно боясь, что нас кто-то подслушает, заговорил:

— Когда я впервые тебя увидел, то был поражён твоей красотой, mi flor. Твои медные волосы, словно мягкие волны, спускаются и струятся по твоим плечам. Твоя бледная кожа, словно самый дорогой фарфор сияет в темноте и притягивает взгляд, и я не могу оторвать ладонь от твоей щеки не почувствовав её на ощупь. Твои глаза подобны кошачьими изумрудам, всегда полны чувства и отражают всю твою душу. Чёрные как смоль ресницы порхают, словно крылья бабочек. У тебя чудесный правильной формы носик, а твои губы… — У Антонио перехватило дыхание, и он сглотнул слюну, перед тем как продолжить дальше. — Твои губы это верх скульптурной лепки, бесподобны, выглядят такими мягкими, чувственными, полными и сочными, редко кто сможет удержаться от того чтобы не коснуться их…

— А ты можешь? — Почти одними губами прошептала я.

Антонио наклонился к моему лицу, я чувствовала его запах, почти ощущала его вкус. Он находился в паре сантиметром от моих губ, и сила его накопленная веками, накрывала меня горячей волной, заставляя трепетать всё моё тело. Я подалась вперёд, но Антонио резко отстранился и принялся дальше разглаживать мои волосы щёткой.

— Итак, Шелена, высвобождение это сложный процесс. Особенно высвобождение вампира создатель, которого нам не известен. То, что нам неизвестно кто этот новоиспечённый вампир тоже не очень хорошо, он может быть психом и тогда нам пройдется немало повозиться с ним.

— Кто специально создал новопришедшего и скрылся? Но зачем?

— Мi invencible(исп. — моя непобидимая), если бы у меня были ответы на все вопросы, я бы уже знал кто ты.

Я негодующе фыркнула, отбросив его руки от своих волос, отошла к комоду и стала подбирать себе одежду на сегодняшний вечер. Мой выбор пал на чёрные джинсы- дудочки и свитер крупной вязки белого цвета. Я была невысокой и хрупкой девушкой, вся моя одежда была почти детского размера, но это меня нисколько не смущало, как говорил Антонио моя "компактность" это большой плюс.