Два хвостатых террориста - Тюрина Екатерина Александровна - Страница 71

— Ударили со спины, — глухо выговаривая слова, сказал Салер. — На кинжале был яд, но и без него удар пришелся по сердцу. Ума не приложу! Сильв, он же был такой… такой! Мало кому доверял, и ко мне не всегда спиной поворачивался… А тут…

Ив слез с мох рук и шмыгнул в ноги подошедшего Змея.

Правильно маленький мне сейчас не до тебя…

Дед… Деда…

Как же больно, что ты не спишь!!!

Салларес подхватил меня, прижал к себе. Гладил по волосам, целовал в макушку и молчал. Ему тоже было больно. Дед был его самым близким другом, они были знакомы задолго до моего рождения. Я плакала навзрыд, комкая в пальцах рубашку дракона. Боль и жжение, поселившиеся в груди, требовали выхода…

— Плачь, девочка плачь, — прошептал дракон, прижимаясь своим виском к моему. — Будет не так больно…

— Са-алер, Салер, — заикаясь и глотая слезы, кое-как выговорила я. — П-почему?.. — Но он меня понял.

— Не знаю, маленькая. Не знаю. Лучше пойдем отсюда. Да?

Я кивнула и прижалась к нему крепче. Приобняв за плечи дракон вывел меня из зала и отконвоировал в комнату Айвелина. Интересно, почему не в мою? Наверное, чтобы она не напоминала мне лишний раз о мнимом предательстве Змея и его самого.

Усадил мою тушку на диван, вытер руками слезы и спросил встревоженным голосом:

— Тебе нужно что-нибудь?

Шмыгнув носом я ответила:

— Нет, не нужно, спасибо. Хоронить когда будем?

— Завтра, — немного помолчав, все же ответил Салер. — Ты не высовывайся пока лишний раз, попадешь под руку здешним интриганам, прибьют и не заметят. Они там власть делят. Все как всегда.

— А Айв? Его хоть охраняют?

— Не то слово. Да и я лично наблюдаю за ним, чтобы в горячке не натворил ничего. Мало ли…

— Убийцу нашли? — Сердце сжалось от такого, казалось бы, нужного и обязательного вопроса…

— Нет, пока, Сагвер. Но ищут. И найдут. А я сам перережу ему глотку.

— Верю, — попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривая и невеселая. — Верю…

— Мне надо идти.

— Иди.

— Тебе не страшно будет тут одной?

— А она не одна, — раздался от дверей голос Змея. Он сам стоял оперевшись плечом о косяк и наблюдал за нами темными то ли от гнева, то ли еще от чего глазами.

— Тогда ладно.

Мы остались одни. Я подтянула колени к груди, уперлась в них лбом. Выяснений отношений я сейчас не переживу.

— Солнц, что происходит? — Ну, вот начинается. Жаль он не эмпат, если чувствовал бы как мне плохо, небось, не полез бы.

— А что происходит? — устало переспрашиваю. В висках поселилась боль. Реветь не надо было! Теперь терпи, пока он выскажет все, что о тебе думает, после чего, так уж и быть, с испоганенным окончательно настроением, можешь идти спать!

— А сама ты не замечаешь?

— А что должна, Змей? — Если разобраться, то это он виноват! Так что облегчать задачу не буду. Пусть даже мне от этого и хуже. — По-моему все великолепно.

Он сел рядом со мной на диван. Коснулся плеча рукой.

— Не трогай меня, пожалуйста, — попросила я отстраняясь.

— Ах да, — саркастически заметил мой жених, — все же великолепно! Кому ты врешь, Сагвер?

Глупый вопрос. Здесь есть кто-то еще?

— Тебе.

— И зачем?

— Вдруг поверишь. — Ага, и отстанешь от меня.

— Все как-то резко изменилось. До ритуала все было почти замечательно! А потом ты вдруг холодная, чужая и равнодушная. Почему?

Во мне все словно бы закипело. Я вскинула голову, прожигая его обвиняющим взглядом красных заплаканных глаз.

— Это я — чужая? Я равнодушная? Холодная, это тоже я, да? Ну, ты сволочь дорогой жених! Мало того, что, наигравшись, охладел к раньше любимой игрушке, так теперь еще и требуешь чего-то? Зарываешься, ты Змей! — Я вскочила и заметалась по комнате, с трудом давя желание что-нибудь расколотить и сломать. Давно меня так не злили! — Может быть, ты сначала в себе разберешься и чувства свои разложишь по полкам, а потом уже ко мне полезешь?

Змей тоже встал, и я осеклась, смотря на него снизу вверх.

— Что-то я перестаю понимать. Сагвер, ты о чем? Какая игрушка, какие требования? Что такое ты несешь?

— А ты не понимаешь? — заорала я.

— Нет! — рявкнул он в ответ. — Не понимаю! Только вижу, как ты липнешь к этому своему дракону!

— Он твой друг, между прочим!

— А теперь видимо еще и соперник! Раз уж моя невеста решила переменить свои принципы верности. Если они были, конечно.

— Вот значит, как? — я задохнулась от злости. — Найди себе другую!

— И найду, — неожиданно спокойно ответил Змей. — Сомневаешься?

— Ничуть, — ответила уже нормальным голосом, который, правда, дрогнул от его слов. — Начинай прямо сейчас. — Я отвернулась, скрывая слезы.

— Сагвер, перестань, — мягко произнес он. — Мы ссоримся из-за ничего. Это глупость, маленькая.

— Я тебе не маленькая! — Он обнял меня, я попыталась вывернуться, но не вышло. — Пусти!

Ага, так он и послушался!

— Хорошо, не маленькая, — чарующе прошептал он мне на ухо. — Уже большая и самостоятельная. Только на что ты злишься? На мои слова, там в домике? Прости, но я и вправду не подозревал, что ты способна ощутить эмоции кого-то из своей родни, в данном случае брата. До ритуала я тебя чувствовал очень хорошо, — сейчас намного хуже. На что еще злиться?

— На твой тон, — помедлив, сообщила я. — И на твои действия. После, ну той ночи, — я невольно покраснела, — ты стал чужим. Так, наверное, и надо, но все равно… Я мечтала о другом, и разбивать свои мечты оказалось больно.

Змей развернул меня к себе.

— Знаешь, Сагвер ты живешь только своими чувствами и совсем не хочешь думать. Я стал чужим? Возможно. Только было ли тебе лучше, если бы я полез к тебе со своими притязаниями сразу после ритуала? Ответь честно хотя бы самой себе.

Проклятье, а ведь он прав…

— Нет, не легче, — сдалась я. — Я не думала об этом в таком ключе. — Да и вообще, кажется, не думала…

— Устала? — он ласково погладил меня по волосам. — Бедная моя, как же тебе досталось… Давай я тебя спать уложу.

Просто поразительно! Вот это перепады настроения! Только что выясняли отношения и тут бац! уже и нежность в голосе и заботу проявляем.

— Ванну горячую хочу. — Настроение настроением, но чувствую я себя грязной как последняя свинка.

— Со мной или без? — игриво поинтересовался мой жених.

Так, я в шоке немного.

— Только если в качестве большой игрушки, — улыбаюсь. И тут же морщусь.

— Что такое?

— Голова болит…

Змей потерся своим носом о мой, и тихо произнес:

— Прости. Тебе так плохо было а я еще выяснять отношения полез… Но без этого было нельзя.

— Понимаю.

— А вот примешь ли? — он посерьезнел

— Что приму? — не поняла я.

— Меня с моими недостатками, идиотским мировоззрением и вечными попытками решить за тебя. И с ревностью моей, конечно.

— Приму, разумеется! Если…

— Если что?

— Поможешь мне принять ванну и спать без сновидений!

— Для тебя все что угодно, солнышко мое!

Я очень боялась, что мне снова будут сниться кошмары, но обошлось. И слава Пламени. Не знаю, правда, Змей ли этому поспособствовал или сильная усталость.

Да, хорошо, что мы помирились.

Причем очень долго мирились, наслаждаясь друг другом в горячей воде пахнущей яблоками. Раньше я считала что ничего чудесней нашей первой ночи быть просто не может… Змей доказал мне насколько глубоко я заблуждалась.

Затем он завернул совсем обессилевшую меня в большое мягкое полотенце, отнес на кровать и долго расчесывал волосы деревянным гребешком, а я млела, мурлыкала, да так и заснула.

А когда проснулась, с удивлением обнаружила рядом с собой помимо Змея еще и двух дракончиков. Ив привычно свернулся клубочком, а Лала вытянулась во весь свой рост, нагло закинув хвост на брата. Умильная картина.

Интересно где спал Айв, если мы заняли его комнату? И спал ли вообще…

— Доброе утро, — шепнул Змей, заметив, что я проснулась.