В постели с незнакомцем - Коновалов Э. Г. - Страница 23

Бродик издал звук, который свидетельствовал о его раздражении. Он уперся ладонями в бедра, отчего стал выглядеть еще более крупным. Рукоять меча, выглядывающая из-за его правого плеча, придавала ему еще более внушительный вид.

— Ты водишь меня за нос, — заявил он.

— Я испытываю ваше терпение, потому что не отношусь к тем, кто не любит шотландцев?

Он шагнул к ней, что моментально заставило отреагировать ее плоть. Анна невольно попятилась, он же продолжал наступать на нее до тех пор, пока она не уперлась спиной в стену. Они отстояли друг от друга всего лишь на длину пальца.

Сердце Анны заколотилось, едва она уловила исходящий от Бродика запах соблазна. Она никогда не подозревала, что мужчины имеют такой запах. Ее соски под корсетом тут же воспрянули. Его взор сосредоточился на ее губах, и все тело заныло от желания.

Время остановилось. Она перестала ощущать что-либо, кроме Бродика и его тела. Каждой своей клеточкой она хотела его прикосновений, хотела, чтобы он ее гладил и ласкал.

Это было безумие.

— Я буду ждать Агнес, чтобы через нее узнать, что же ты решила.

Голос его был хриплым от желания. Нагнувшись, он поцеловал ее в губы. Поцелуй был кратким, но жар пронизал Анну вплоть до пальцев ног.

— Не ошибитесь относительно того, что я решил, миледи. Я буду обладать вами сегодня.

Он отстранился от нее и зашагал через главный зал башни. Обитатели замка наблюдали со двора. Вытянув шеи, они пытались увидеть, что происходит в башне. Судя по их смущенным лицам, никто не мог этого увидеть. Бродик остановился, чтобы переговорить с Агнес. Повитуха кивнула, сосредоточив внимание на Анне.

Граф широкими шагами покинул помещение, освободив вход, и люди смотрели в промежуток между его широкой спиной и застывшим выражением лица Анны.

Любопытствующая толпа устремила взоры на повитуху, когда женщина с задумчивым видом остановилась перед Анной. Она довольно долго ничего не говорила, проницательно разглядывая Анну с головы до ног. Пальцем она потрогала свою фибулу-брошь, которая надежно удерживала ее клетчатый плед на одном плече.

— Вы нуждаетесь во мне, миледи? — спросила наконец она, четко произнося тихим голосом каждое слово. — Или я могу вернуться домой?

Анна почувствовала искушение.

Она настолько запуталась в интриге Филиппы, что даже мельчайшую возможность услышать что-то такое, что могло помочь ей, не хотела отбрасывать. Застенчивостью следовало в этом случае пренебречь.

— Я с благодарностью выслушаю ваше мнение.

Агнес нахмурилась, но Анна вскинула голову.

— Такой брак, как этот, не должен иметь место, если возникают сомнения. Граф не может быть таким нестрогим при выборе жены. Ему нужен наследник. Если я не смогу это обеспечить, то лучше разорвать наш союз сейчас, чтобы не было разочарования в будущем.

Недовольное выражение на лице повитухи исчезло.

— Вы, без сомнения, честная женщина.

«Честная… ну и ну!»

Агнес направилась в сторону лестницы, ведущей наверх; было очевидно, что она хорошо знает замок.

— Пойдемте, госпожа. Приступим к этому делу. Я понимаю характер ваших мыслей. Если бы все благородные женщины были столь же разумными, — Агнес снова окинула ее взглядом с головы до ног, — мир стал бы счастливее. Мать господина также была осмотрена перед свадебной ночью. Ваша мама поступила мудро, научив вас уважать традиции.

Анна силой воли заставила ноги передвигаться. Каждый шаг давался ей ценой огромных усилий, и она вдруг осознала, как мало на ней одежды. Ее накидка была наброшена поверх сорочки. А пестрые шелковые башмачки предназначались для спальни и были очень тонкими. При ходьбе воздух овевал ее обнажающуюся кожу.

Анне показалось, что преодоление этого лестничного пролета потребовало очень много времени. Элен в ее отсутствие развела огонь в камине и подбросила гораздо больше дров, чем всегда. Огонь горел ярко, наполняя комнату теплом. Элен подошла, намереваясь снять с нее накидку.

Анна выпрямилась, заставив себя преодолеть смущение. Понадобились секунды, чтобы снять накидку, хотя казалось, на это ушли часы. Секунды тянулись, время почти остановилось.

Агнес долго стояла неподвижно, медленно рассматривая Анну. Она обошла ее, осмотрела сзади. Снова оказавшись впереди, повитуха положила ладонь Анне на грудь.

Анна закусила нижнюю губу, чтобы подавить свой протест. Повитуха прикинула на ладони вес и строение груди. Завершила исследование тем, что ущипнула сосок и наклонилась ближе, чтобы увидеть реакцию.

Агнес не произнесла ни звука и приступила к исследованию второй груди. Ущипнув сосок, она убрала руку.

— Ложитесь на кровать. Я должна посмотреть, правильно ли располагается у вас в животе детородный орган.

— Д-да… конечно, — хриплым голосом произнесла Анна.

То, чего хотел от нее Бродик, было гораздо серьезнее. Ей следует согласиться с требованиями повитухи и пройти детальный осмотр. Тогда у повитухи может появиться больше поводов для высказывания неблагоприятного мнения. Главное было попасть к отцу. Он разберется с Филиппой.

Агнес прижала ладони к животу Анны, двигая их от одного бедра к другому. Анна наблюдала за уверенными движениями женщины, которые можно отработать только с помощью большой практики. По крайней мере это было то, что вызывало восхищение, Агнес прощупывала до тех пор, пока не исследовала каждый дюйм живота Анны.

— Можешь теперь одевать свою хозяйку, — обратилась она к Элен.

Повитуха отступила, и Элен взялась за сорочку.

Анна не произнесла ни слова, поскольку Агнес продолжала ее разглядывать изучающим взглядом. Поднявшись на ноги, она помогла набросить на себя накидку. Повитуха снова приблизилась к ней.

— Покажите мне ваши зубы.

Агнес не пропустила ни единой части тела Анны. Она даже заставила ее закрыть глаза, при этом щелкала пальцами под ухом, после чего Анна должна была поднимать соответствующую руку.

— Вы более чем отвечаете всем требованиям, госпожа.

Анна ахнула, зато Элен восторженно всплеснула руками.

— Я сейчас принесу вам ужин. Вам понадобится много сил сегодня ночью.

И тут же повернулась и выскочила из комнаты, живо постукивая каблучками.

— Ой, но…

Элен уже успела выйти из комнаты, прежде чем Анна смогла что-либо придумать, чтобы остановить ее.

— Свадьба — это всегда время сомнений и неуверенности для женщины. Но все образуется, как у всех женщин.

Тон у Агнес был по-матерински наставительный. Он заставил Анну сомкнуть губы. На какое-то время Анна почувствовала себя маленьким ребенком, которого поймали в тот момент, когда он стащил кусок сладкого пирога в промежутке между обедом и ужином.

— Я не хочу разочаровывать графа.

Повитуха медленно покачала головой.

— Вы не разочаруете. Я видела многих девушек, которые были сложены гораздо хуже вас, но даже они рожали здоровых детей.

Кажется, западня захлопывалась за ней все крепче. Анна с трудом дышала. Агнес не спускала с нее глаз, наблюдая за игрой эмоций на ее лице. Анна отвернулась и направилась в дальний конец комнаты.

— Ваша мама рассказывала вам страшные истории о болезненной обязанности, связанной с осуществлением брачных отношений?

Агнес искренне пыталась понять проблемы Анны. Анна чувствовала стыд за то, что она вынуждала эту женщину искать способы помочь ей. Анна никому не доверяла, хотя ей этого хотелось бы. Желание все рассказать начистоту становилось у нее все сильнее при встрече буквально с каждым человеком. Но даже если этот человек хотел ей помочь, это еще не означало, что он способен был помочь.

Бродик мог оставить ее в Стерлинге, но Филиппа все равно оставалась ее хозяйкой в Уорикшире. Даже граф не имел права забирать слуг из другого владения.

— Нет, я знаю об отношениях между мужчиной и женщиной.

— Тем не менее вы определенно их боитесь. — Агнес последовала за ней. — Вы в самом деле опасаетесь того, что не сможете родить сына? Я слыхала, что ваша мама так и не смогла этого сделать.