Три жизни бога (СИ) - Хайрулина Екатерина - Страница 26

Возможно стоило просто смотаться, что бы не было лишних жертв, или все же попытаться как-то убедить этих людей, в том что он делал все правильно и иначе всем в деревне было бы очень худо. Эти двое принесли себя в жертву ради… бред какой-то.

В конце концов можно просто пригрозить им скорой расправой и разогнать, бог он или не бог! Бог. Значит эти люди должны его бояться.

Проблема в том, что куруби не знали богов кроме Утнапи, а Утнапи… ну он не слишком годился на эту роль. Он был скорее старейшиной и учителем, но не верховным божеством. Он не мог даже прикрикнуть на них и заставить делать то, что считал нужным, он все пытался помочь и убедить.

Значит поговорить. Можно еще подкрепить слова молниями и фейерверками, вот уж что-что, а это он умеет. Убивать всех поголовно не хотелось, они могут быть еще полезны, да и не хорошо это, по отношению к их учителю.

Эмеш вышел в центр образовавшегося круга, выжидающе разглядывая собравшихся людей. Интересно, кто возьмет на себя инициативу, вождя-то он убил.

Куруби перешептывались, нервно сопели, но ни нападать, ни говорить пока не стремились.

Эмеш ждал, но скоро это бессмысленное стояние в центре круга начало ему надоедать. Он еще раз окинул их испытывающим взглядом, переступил с ноги ногу, поправил пояс.

— Что вам нужно? — поинтересовался он, когда стало очевидно, что ждать можно долго.

По толпе пробежала волна шепота, они зашевелились, но никаких действий не последовало.

— Я спросил что вам нужно? — повторил он.

Вперед вышел невысокий, кособокий мужчина, с орлиным носом и длинными седыми волосами. Видимо, теперь он тут за старшего. Вполне неплохо, по крайней мере выглядел он разумным и сдержанным, убивать сразу не будет, сначала наверняка произнесет длинную пафосную речь.

— Мы не к тебе пришли, а к Учителю, — с чувством собственного превосходства произнес он.

Вот те на. Как это он не подумал о таком простом варианте, может мания величия начала развиваться. Эмеш усмехнулся про себя, и состроил серьезное лицо.

— Ваш учитель не может сейчас с вами говорить, — сказал он, — если у вас есть какое-то дело, говорите об этом мне.

Переговорщик недовольно засопел и окинул Эмеша оценивающим взглядом.

— Сперва я бы хотел знать кто ты есть, — ничуть не смущаясь заявил он.

Эмеш уже открыл было рот, но задумался. Кто он для них. Морской бог? Они и моря-то не видели никогда. Создатель и покровитель ремесел? Для этих людей Утнапи всегда был учителем.

— Я бог людей долины Инну, — сказал он.

Переговорщик несколько удивился, видимо чего-то не понял, оглянулся на своих собратьев и с сомнением покачал головой.

— Что значит "бог"? — выпятив вперед подбородок, поинтересовался он.

У Эмеша даже челюсть отвисла от таких слов. Как это понимать? Он действительно не знает? Лодочник их забери! Чему же тут Утнапи их учит! Что за…? так спокойно, как это интересно объяснить? Вот уж действительно непростая задача, сразу не придумать.

— У вас есть учитель, Утнапи, который живет в этой хижине, — начал Эмеш.

— Есть, — с умным видом согласился переговорщик.

— Он живет здесь так долго, что даже самые старые из вас не помнят день когда он пришел в деревню.

Переговорщик причмокнул губами и снисходительно произнес:

— Учитель живет тут всегда, он построил первый дом у реки и научил нас всему.

— Правильно. А еще он умеет делать многое из того, что не может никто из вас.

Что же такого особенного умеет делать Утнапи, Эмеш задумался, но так и смог привести подходящий пример. Ладно, это сейчас не важно.

— Вы же наверняка понимаете, что ваш учитель совсем не такой как другие люди, он вообще не человек.

Тут лицо переговорщика озарила широкая улыбка, он понял.

— Это и называется "бог"?

— Да, Утнапи ваш бог, — с готовностью согласился Эмеш, — а я такой же учитель для людей в долине, как Утнапи для вас.

Переговорщик снова задумался, видно было, что новые знания не легко ему даются, слишком много всего для одного раза. Вряд ли он прояснит для себя вопросы теологии, но по крайней мере разберется кто стоит перед ним.

— А где эта долина Инну? — вдруг спросил он.

Мда… видимо куруби никогда не перестанут его удивлять.

— К северу отсюда.

Эмеш махнул рукой в нужном направлении. Переговорщик тоже посмотрел в ту сторону, с сомнением почесал подбородок, потом макушку, потом живот — видимо этот как-то помогало ему соображать.

— А разве там есть люди? Есть деревня? — наконец осведомился он.

Эмеш с тоской вздохнул.

— Много деревень. Там есть деревни намного больше чем ваша, в них живет множество людей.

Переговорщик пожевал губу и авторитетно произнес.

— За рекой только пустые бескрайние степи.

— Далеко отсюда, в степи, есть великая река Шанар, а по ее берегам множество деревень. Очень далеко отсюда.

— Зачем же ты пришел к нам, так издалека? — с вызовом поинтересовался переговорщик.

Его голос ясно говорил "пошел вон". Эмеш улыбнулся, эти куруби пусть не далекие, но довольно забавные существа. Он бы, пожалуй, с удовольствием пожил здесь, понаблюдал за ним. Жаль что сейчас слишком много других забот.

Пора перейти к главному.

— Из пустыни надвигается страшная опасность, — без всяких ненужных вступлений объявил он.

Переговорщик ничуть не поверил, лишь поднял бровь и обернулся на толпу за спиной. Толпа тоже не поверила, зашевелилась, закачала головами.

— Что за опасность?

— Черные бабочки. Разве ты не знаешь? Разве я не приказал сообщить всем, что бы не смели прикасаться к этим тварям?

Это затронуло не ту струну, которую должно было. Реальные дела деревни для куруби были куда важнее непонятной грядущей опасности. Переговорщик насупился, засопел пуще прежнего, изо всех сил стараясь принять внушительный грозный вид. Он пришел сюда не просто так, и сейчас был самый подходящий момент заявить об этом.

— Ты убил нашего вождя!

Вот сейчас начнется самое сложное. Объясняться и оправдываться Эмеш всегда очень-то не любил, но сейчас как раз тот момент, когда это необходимо. Нужно попытаться завоевать доверие этих людей, или по крайней мере убедить их подчиняться. Можно конечно применить силу, но это на крайний случай.

— Я сделал то, что было необходимо. Тот кто прикоснется к бабочке, превратится в ужасное чудище. И тогда пострадать может очень много людей.

— Но Субах не превращался в чудище, — резонно замелил переговорщик.

— Это происходит не сразу, а через несколько дней.

Эта мысль стала для куруби едва ли не откровением, переговорщик замялся и даже как-то сник.

— А эта-а… — протянул он, размышляя, — и ничего уже не поделаешь?

— Ничего.

В подтверждение своих слов Эмеш рубанул рукой воздух.

Переговорщик опустил глаза. Хороший, простой человек, так легко доверяет незнакомым богам. У него были еще вопросы, но пока было слишком не по себе, чтобы спрашивать. События последних дней всех выбили из привычной жизни, и вряд ли теперь можно быстро восстановить былое спокойствие. Даже куруби начали понимать, что самое страшное еще впереди.

— А Учитель тоже превратиться в страшное чудище? — тихим, подавленным голосом спросил он.

Было такое ощущение, словно его шибануло током.

— Что? Утнапи? Как?

— Он тоже брал в руки ту черную бабочку.

Эмеш почувствовал, как холодный пот выступает на лбу. Этого только не хватало. Утнапи? Не может быть! И что же теперь? Убить его своими же руками? Ну за что ж ему все это! Может быть есть какой-то способ.

Эмеш беспомощно оглянулся на хижину.

А если Утнапи все слышал, если он попытается сбежать. Ну за что ему это! От одной мысли о том, что ему предстоит сделать темнело в глазах.

Надо сначала поговорить, может быть… конечно никакой надежды нет, и он прекрасно это понимал, но нельзя же вот так! Эмеш тяжело дышал, пытаясь собраться с силами.

— Смотрите! — чей-то крик вернул его к действительности.