Колдуны Ордена Ночного Крыла - Хантингтон Джеффри - Страница 36

— Но ты сильнее… Иначе мы не беседовали бы с тобой, — заметил Рольф, и в его голосе послышалось восхищение.

— Ну да. — Девон и сам ощутил что-то вроде гордости. — В общем, пока я справляюсь с ними.

— Ты не можешь не знать, кто ты, Девон. Твой отец должен был объяснить тебе.

Мальчик выпрямился на стуле:

— Тем не менее, Рольф, я ничего не знаю. Кроме одного — что я сильнее любого демона и не должен бояться. Так говорил отец.

— Странно. Я уверен, что твой отец был Хранителем, а прямая обязанность Хранителя — научить. — Монтейн немного подумал, потом сказал: — Бесспорно, твои настоящие родители поручили тебя его заботам. Будучи Хранителем, он не мог не замечать твоих особых способностей. Но почему от тебя скрывали информацию, я не могу объяснить. Это благородное, гордое бремя…

— Погодите! Какую информацию? Кто такой Хранитель? — Девон смотрел на Рольфа во все глаза.

Рольф улыбнулся и бросил взгляд на книгу, лежащую у него на коленях.

— В книге есть портрет твоего отца, правильно? — спросил он.

Девон кивнул:

— Человек на портрете не может быть моим отцом. У него другое имя, к тому же этой книге более ста лет.

— Покажи, — попросил Рольф, передавая книгу Девону.

Девон перелистывал старые страницы, пока не нашел портрет Таддеуса Андервуда.

— Вот он.

Рольф изумленно посмотрел на него:

— Твоим отцом был Таддеус?

— Вы его знали?

— О да, — ответил он. — Я его знал. — Рольф поднялся и налил себе второй бокал вина. Дождь громко барабанил по стеклянной стене. На горизонте одна за другой сверкали молнии. На Мыс Невзгод надвигалась очередная гроза.

— Он никак не мог быть моим отцом, — сказал Девон. — Он жил в прошлом веке.

— Хранители живут долго. Они воспитывают, обучают и защищают несколько поколений. Сколько лет было твоему отцу?

— Когда он умер, ему было пятьдесят семь.

— Думаю, к этому следует прибавить еще по меньшей мере пару сотен лет, дружище, — ухмыльнулся Рольф.

— Но это невозможно, — поразился Девон.

Ухмылка Рольфа стала шире.

— Так же невозможно, как заставить книгу летать по воздуху? Так же невозможно, как бороться с демоном?

Девон попытался осмыслить новые сведения.

— Тогда Марч — это не настоящая фамилия моего отца, — вслух размышлял он. — Должно быть, он взял такую фамилию в честь месяца моего рождения.[2] Но разве это возможно — жить так долго? Мой папа был человеком. Иначе и быть не могло.

Рольф вздохнул.

— Он был человеком, Девон. И все остальные Хранители тоже. Но это очень древняя раса… Их история началась на заре магии, именно тогда они получили особый дар. А взамен обязались учить, воспитывать, защищать…

— Кого учить?

Рольф, казалось, не расслышал вопроса. Его мысли были далеко, он погрузился в воспоминания.

— Когда я был мальчишкой, Таддеус Андервуд был величайшим Хранителем на всем американском континенте. Я боготворил его. Он был для меня вроде любимого дедушки, мудрого, великодушного, доброго старого дедушки. Мой отец восхищался им. — Монтейн помолчал. — Все любили Таддеуса: мистер Маер, Эдвард, Аманда.

— Он бывал здесь, в «Скале воронов»?

— Да. Недолго. Он обучал моего отца. Видишь ли, мой отец тоже был Хранителем. — Рольф посмотрел на Девона, словно пытаясь разглядеть что-то родное. — Однако я понятия не имею, кто твои настоящие родители. Я не знаю никого, кто мог бы поручить тебя Таддеусу.

— Они жили здесь, на Мысе Невзгод, — твердил Девон. — Папа настаивал, чтобы я приехал именно сюда после его смерти. И почему он никогда ничего мне не рассказывал?

— Я не знаю ответа на этот вопрос, но убежден, что Таддеус Андервуд ничего не делал без веской причины. Он был невероятно умен. Думаю, он хотел, чтобы ты самостоятельно узнал о своем предначертании. Здесь больше не осталось Хранителей, никто не сможет помочь тебе.

Девон подошел к стоявшему у окна Рольфу.

— Ты проницательный парень, Девон. Именно так, вроде той двери. — Монтейн горько усмехнулся. — Их еще называют Дверями в Бездну.

— Как стенной шкаф у меня дома. Дверь в Бездну.

Рольф поглядел на него с состраданием:

— Они обосновались у тебя в шкафу? Бедняга.

— Но почему, Рольф? Вот что я пытаюсь выяснить. Почему у меня?

— Ты и в самом деле совсем ничего не знаешь?

— Ничего, — сказал Девон.

Рольф поставил бокал, положил руки на плечи Девону и взглянул ему в глаза:

— Девон Марч, ты наследник старинного и гордого рода, ты — колдун благородного Ордена Ночного Крыла.

И в этот момент земля содрогнулась от грома.

ОРДЕНА… Ордена Ночного Крыла?

Девон пришел в себя спустя несколько секунд. Его бил сильный озноб. Ему вспомнились старинные книги, в которых он встречал слова «Орден Ночного Крыла». Значит, Маеры тоже принадлежат к Ордену — достаточно вспомнить о воронах с черными как ночь крыльями, когда-то облюбовавших их дом.

Рольф неожиданно рассердился:

— Нет. Совсем не как Джастин Маер. Джастин Маер запятнал славное имя Ордена. Он нарушил законы, завещанные ему отцом, великим Горацием Маером. Джастин использовал свою силу, чтобы творить зло. Поэтому он стал ренегатом, колдуном-отступником, и члены Ордена во всем мире отвернулись от него.

Девону казалось, что он слышит отрывок из сказки, скорее даже, он сам оказался героем какой-то фантастической книжки. В это было трудно поверить, тем не менее для него это прозвучало утешительно: он — один из избранных. Впервые в жизни мальчик ощутил свою связь с чем-то значительным.

— Значит, существуют и другие… люди… из Ночного Крыла?

Рольф улыбнулся:

— О да. Его члены рассеяны по всему миру. История Ордена уходит корнями в глубокую древность, когда первый колдун Ночного Крыла постиг секреты древнего истинного знания и научился использовать силу демонов во имя добра.

Девон рассмеялся:

— Звучит чудно.

— Я тоже так думал. Но однажды, когда я был мальчишкой, мне довелось увидеть, как мой отец и старый мистер Маер одолели демона, не давая волю рукам, одной только силой мысли. Мерзкую тварь отправили обратно в Бездну, и я тогда осознал, что удостоен большой чести — стать свидетелем удивительного таинства.

— Значит, Маеры — все Маеры — принадлежат к Ордену, — проговорил Девон. — Вся семья. Я читал про них, про Горация. — Мальчик взглянул на Рольфа. — Миссис Крэнделл тоже об этом знает?

— Разумеется, но… — Рольф поморщился, словно вспомнил о чем-то неприятном, — …это было очень давно. Произошли ужасные события, после которых о колдовстве в доме забыли.

— Из-за Джастина, да?

Рольф кивнул.

— Он был известен под именем Маньяк.

Девон вздрогнул:

— Говорят, он уехал из «Скалы воронов» в Европу…

— Да. Он испортил отношения с отцом, используя силу для личной выгоды.

— Поэтому его стали считать рене… Как вы сказали?

— Ренегатом. Отступником.

У Девона закружилась голова. Ему пришлось опереться о стол.

— Но ведь Джастин вернулся в «Скалу воронов», — произнес он. — Вернулся и женился на Эмили…

— Да. Он убедил брата, что изменился. О, Джастин умел быть очень хитрым и расчетливым. Бедняга Рэндольф слишком поздно это осознал.

Девон вспомнил газетную вырезку, в которой сообщалось о гибели Эмили.

— Я видел имя вашего отца в старой заметке об Эмили Маер. Это правда, что она покончила с собой? Из-за Джастина?

Рольф скрестил руки на груди:

— А ты времени зря не терял! Ты провел большую подготовительную работу, мой мальчик. Я был юнцом, когда погибла Эмили Маер. Но я хорошо помню ее: милая, печальная молодая леди. Ей не удавалось подарить супругу наследника, и Джастин начал ей изменять. Она впала в глубокую депрессию…

— …и покончила с собой?

Рольф кивнул.

— Но Джастин скорбел о ней, — сказал Девон. — Мне говорила Сесили. Он соорудил памятник на ее могиле. Значит, в нем все же оставалось что-то человеческое, раз он любил ее.