Колыбельная для эльфа - Хрипина-Головня Ольга "Amarisuna" - Страница 68

Воины клана бились отчаянно, но Суна, чувствуя, как ритм битвы начинает захватывать ее, тем не менее, прекрасно сознавала, что без подмоги им долго не продержаться. Они пытались атаковать стрелами — но против щитов стрелы были бесполезны, тем более, что трудно натягивать тетиву лука, когда противник находится на расстоянии вытянутой руки и уже замахивается на тебя мечом или, что хуже, силери.

Увидев, что Улиэня оттесняют к стене домика пятеро воинов, Амарисуна бросила силери — устали давно не тренированные руки, — выхватила меч и бросила коня вперед. Меч прочертил дугу — и один воин упал на землю, выпустив, оружие из рук. Второй, дьеши, резко ушел в сторону и полоснул-таки эльфийку по ноге. Та охнула, и обратным движением меча снизу вверх, развернув в сторону дьеши корпус, чиркнула того по груди. Улиэнь эффектно раскрутил силери — и оставшиеся трое упали как скошенная трава на лугу.

Суна втянула ноздрями воздух. Происходило что-то странное, страх исчез, уступив место…пьянящему чувству свободы. Какая может быть свобода посреди крови?!

Девушка обернулась назад и похолодела. Хватило одного быстро брошенного взгляда, взгляда, чтобы на место прежнего чувства отваги пришел страх. Воины клана терпели явное поражение, оказавшись взятыми в кольцо, на замену павшим воинам из первых рядов приходили сражающиеся из следующих. Почти все воины клана спешились, мелькали в воздухе силери и мечи, эльфы дрались отчаянно, один против двух, один против трех, четырех, словно в их жилах вдруг проснулась кровь далеких предков, не привыкших проигрывать или отступать.

Высокая женщина, сражавшаяся в первых рядах окруженных, вдруг выронила меч и упала на землю, тотчас на ее место встала другая, раскрутив над головой силери и заставив нападающих потесниться назад. Раскрутила неловко, несколько медленно — видимо не так давно освоила это оружие, не доучилась, но ни на секунду не отступив назад.

— Лучше тебе отступить.

— Нет, лучше тебе вспомнить.

Одуревшая от страха Амарисуна тряхнула головой, прогоняя голоса, коснулась пятками боков коня и пустила его вперед, туда, где оборонявшимся приходилось хуже всего.

Едва ли сейчас она понимала, что делает.

Но или сражаться, или убежать — а второго Амарисуна не могла больше допустить.

Никогда.

Аллард крутанул силери и одним ударом выбил меч из рук эмъена. Тот оскалился и бросился на Повелителя безоружным. Взмах силери — и эмъен упал, белоснежные крылья мгновенно окрасились кровью.

— Остановитесь же! — Аллард едва успел отразить два удара, отступил на шаг и крутанул силери перед собой. Мастерства нападавшим эмъенам явно не хватало, зато упрямства было с избытком. Вкупе с численным превосходством это придавало им уверенности и наглости.

Аллрад бросил взгляд в сторону воинов клана — дела обстояли хуже некуда, теперь это походило больше на защиту из последних сил, нежели на бой с противником.

— Да что б вас всех! — Аллард отпрыгнул назад, бросил силери, крутанул кистями рук и сделал движение, будто отбрасывает что-то- эмъены рассыпались в пыль, словно их и не было. Пошатываясь, Аллард поднял оружие.

— Магия смерти называется… — побормотал он, выпрямился и увидел бегущих к нему еще четверых эмъенов. Аллард встал поустойчивее, эффектно расправил крылья для равновесия и приготовился отражать удары.

Амарисуна врезалась в кольцо нападающих, наугад делая выпады мечом. Конь гарцевал, и эльфийке казалось, что она дерется посреди муравейника: дело времени, когда это словно не уменьшающееся количество врагов подомнет ее под себя и прикончит парой ударов.

Сейчас бы ей не помешало ехидное словечко Вихря. Или его крепкие копыта и острый рог. Но Суна оставила его в школе, запретив ехать с ней.

Правда, для этого пришлось опоить его сонной водой.

Левую руку пронзила яркая боль — эльфийка яростно отмахнулась мечом и поняла, что начинает терять сознание.

Девушка изо всех сил прикусила себе губу, переключая внимание с одной боли на другую.

Ну отчего, отчего все должно закончиться так нелепо? И почему она не видит нигде Улиэня?

… А она даже не успела ничего, ничего про себя рассказать по-настоящему…

— Суна-а-а! Я здесь! — женский крик со стороны дороги пронесся над сражающимися и в кольцо, окружившее воинов клана, с шумом и громкими воплями: "бей крылатых и тех, то с ними!", врезались невесть откуда появившиеся всадники.

— Аэлька! — выдохнула Амарисуна и бросила коня к отчаянно рубившейся мечом подруге. Кольцо рассыпалось на отдельные группы дерущихся.

— Я же запретила тебе приезжать!

— А то б я тебя послушала! — парировала Стражница, ловко отводя удар противника. Суна огрела того рукоятью меча по голове и, дождавшись, когда дьеши упадет, повернула голову в сторону Алларда. Дела у того были хуже некуда.

— Помоги ему, это друг! — махнула рукой Суна в его сторону. Раненая рука тут же отозвалась болью и голову снова начало заволакивать туманом.

Взлохмаченная, разгоряченная скачкой Аэль кивнула и развернула лошадь.

Подоспела она как раз к тому моменту, когда Аллард пытаясь крутить головой во все стороны одновременно, оборонялся от подступающих все ближе эмъенов.

Драка лицом к лицу дело благородное, но иногда нет ничего лучше опустишегося на спину противнику меча.

Аэль соскочила с лошади и пнула упавшее тело ногой. Несколько поколений назад, во время войны, почти все ее предки были вырезаны эмъенским отрядом. И об этом уцелевшие рода Сонорэй никогда не забывали.

Аэльга поудобнее перехватила меч, поворачиваясь к следующему противнику.

— Не убивай их! — услышала она крик. В это время эмъен, рыча для пущего устрашения, бросился к ней, и Аэль едва успела поставить меч под силери.

— Что?!

— Не убивай, они не хотят драться, это магия!

Аэль крутанула мечом и успела сделать выпад первой — эмъен как подкошенный рухнул на землю.

— Я же сказал! — рявкнул темнокрылый эмъен, опуская силери плашмя на голову третьему эмъену — видимо подразумевалось, что так бедолага должен был остаться жив.

— Вот сам с ними и разбирайся, а я умирать не хочу, — огрызнулась Аэль. Темнокрылый подсек под колени четвертого эмъена и ударом отправил того на землю. Уткнул силери в землю и замер, тяжело дыша и сгорбившись. Аэль подбежала к нему.

— Ты что творишь?! — заорала она. — Не знаю, почему Суна отправила меня к тебе на помощь, но сейчас этот твой эмъен очнется — и снова полезет в драку. Эти крылатые…

— Я сам крылатый, как ты видишь, — Аллард выпрямился и, прищурившись, посмотрел за спину Аэль. Широко раскрыл глаза и вдруг, выругавшись, прыжком сшиб ее на землю.

— Что за… — Аэль не договорила — над головой отчетливо просвистели несколько стрел и воткнулись в землю где-то шагов на семь дальше. Девушка вытянула руки, отпихивая Алларда, уперлась в крыло — рука соскользнула, перевернулась, наконец, на живот и в ужасе ахнула: со стороны леса, слева от дерущихся и справа, шли отряды лучников, которые целились точно в воинов клана. Все до одного — эмъены

— Откуда, откуда они взялись?! — простонал Аллард. — Отец их что ли где прятал?!

— Отец? — повернулась к ему Аэль. И тут же Аллард прижал ее обратно к земле. Новая порция стрел прочертила дуги над их головами, издевательски упав теперь шагах в двух. Со стороны сражавшихся послышались крики, ругань и конское ржание. Не имеющие возможности прикрыться от стрел, воины клана падали один за другим.

— И почему эти глупцы не взяли на свое вооружение щиты? — прошептал зло Аллард. Рывком поднял Аэль на ноги, прижал к себе и сложил за спиной крылья.

Пара стрел, летящих в их сторону, вдруг отскочила назад, словно наткнувшись на стену, и сломалась, упав возле ног Аэль. Эльфийка взвизгнула.

— Только не кричи, — поморщился эмъен.

— Я не кричу. Что это? — неожиданно спокойным голосом спросила Аэль. Аллард шевельнул крыльями.