Солдаты Оборотня (СИ) - Чихирев Владимир Евгеньевич - Страница 47

Доротея неслась по дороге окруженной лесом, не думая о том, что может попасть в засаду. И когда дорога вывела её на деревянный мост через реку, она увидела, как на том берегу лежащего в повозке Ресида везут оставшиеся имперские солдаты. Кинувшись на узкий мост, сделанный из связанных веревкой бревен, она только сейчас увидела, что на том конце моста стоит тот самый гигант, который уже один раз чуть не зарубил её. В Мельнице.

Доротея так сильно натянула поводья, что чуть не свалилась с моста. Остановившись, она посмотрела на своего врага. На этот раз он был в походных кожаных доспехах, без щита. Лишь стальной шлем закрывал его лицо. В руках он держал двуручный меч, лезвие которого лежало на веревочных перилах моста. Вся его фигура выражала полнейшее спокойствие и уверенность в собственных силах. Доротея очень пожалела, что у неё не осталось сил на применение своего искусства. Так они и стояли, пока не послышался конский топот и из леса не выехал Соднар со своими наемниками. Они направили лошадей на мост и остановились за спиной у Доротеи.

— Что все это значит? — спросил её Соднар. — Кто это?

— Мой враг, — проговорила Доротея.

— Тогда, что мы стоим на месте? Только что вы, торопились, а сейчас теряете время, рассматривая этого детину.

Доротея зло покосилась на наемника и осторожно тронулась вперед. Следом, вынимая меч, двинулись Соднар с солдатами.

— Проклятье! Какие же идиоты! — крикнул Соднар.

— Что!? — в голосе Доротеи послышался испуг.

Но большего наемник не успел сказать. Имперец махнул мечом и с легкостью перерубил толстые веревки, связывавшие бревна моста. Мост рухнул вниз и оказавшийся в воде, Соднар увидел, как этот проклятый гигант спокойно спустился к берегу и смотрит на то, как они барахтаются в воде.

«Сейчас я выплыву на тот берег и снесу этому мерзавцу голову», — подумал Соднар, но тут почувствовал, как что-то впилось ему в руку, затем в сапог. Его лошадь, бешено вращая глазами, заржала, и из-под нее на воде стало расползаться кровавое пятно. С другими людьми и лошадьми стало происходить то же самое. Когда Доротею больно укусили за ногу, она сразу же поняла в чем дело. Дикие угри были самыми свирепыми речными хищниками. Она знала, что они водятся, где-то на озерах Великого леса, но здесь она не ожидала их встретить. Захлебываясь и крича от бесчисленных укусов, она поплыла обратно на берег, на котором стояли не успевшие вступить на мост наемники. Вскоре место, куда упали Доротея и солдаты Соднара, бурлило кровавыми пузырями. Тех несчастных, что, потеряв от страха голову, переплывали на противоположный берег, спокойно убивал своим двуручным мечом имперец. Он сбрасывал разрубленные тела обратно в реку, тем самым, распаляя и без того обезумевших от запаха крови хищников.

Доротея и Соднар чудом спаслись, при этом у наемника были ужасные раны на ногах. Такие же раны были и у тех немногих солдат, коим посчастливилось добраться до спасительного берега. Им, как могли, перевязали раны, стараясь остановить кровь. Доротея обернулась на крики о помощи и увидела, как последние солдаты, дико крича, уходят под воду, а змеиные тела угрей кишат на поверхности воды, пожирая останки несчастных людей и лошадей. Имперец к этому времени вытер свой меч о растущий рядом лопух и, положив его себе на плечи, двинулся прочь от реки в сторону леса, куда уводила дорога на Йервард.

— Я найду тебя и съем твое сердце! — прокричала Доротея в бессильной злобе.

Имперец остановился и, повернувшись к ней не поднимая забрало, отвесил поклон. Затем вновь развернулся и зашагал быстрым шагом, уже не обращая внимание на проклятия и угрозы, которыми сыпала Доротея, стоя у берега смертоносной реки. Она утихла только тогда, когда этот человек исчез из виду.

— Едем в лагерь. Мне надо помочь вашему командиру, — она кивнула в сторону бледного Соднара. — В конце концов, мы захватили «Большую Развилку», а значит…. победили.

Глава 17. Что дальше?

Отряд Доротеи медленно возвращался назад. Позади на сооруженных носилках несли Соднара. Командир наемников тихо стонал. Рубашка, которой перевязали его раны на ноге, набухла от крови, а руки судорожно сжимали края носилок. Один из наемников не выдержал и подбежал к лошади, на которой ехала Доротея.

— Госпожа, наш командир совсем плох, он весь горит!

— Я знаю, что он плох! — огрызнулась Доротея — и я вам ещё раз говорю, что мы довезем его до лагеря, и я поставлю его на ноги!

— Мы можем не довезти его!

— Что ты хочешь, чтобы я сделала!? — крикнула она — если он крепок, то перенесет дорогу. Сейчас я ничем ему помочь не могу.

Доротея выжгла бы наглецу глаза, но силы её оставили ещё в бою на развилке. Ей оставалось лишь скрипнуть зубами в бессильной ярости. Она никак не могла смириться с тем, что генералу Ресиду удалось спастись, и что еще её злило, так это тот солдат, который уже дважды унизил её.

«Кто этот негодяй? Судя по нашивкам на его доспехах, он был сержантом обычных регулярных войск. Такой воин и всего лишь сержант?»

Наконец ей надоело ломать над этим голову, тем более что они уже подъезжали к лагерю. Доротея боялась, что её солдаты воспримут весть о неудачном преследовании генерала как поражение. По крайней мере, сейчас ей все представлялось именно так. Но когда часовые увидели, как возвращается их командир, и весть о возвращении Доротеи прошла по рядам солдат, её встретили торжествующие возгласы. Их небольшой отряд проехал по лагерю к строению, где теперь разместился штаб её армии под непрекращающиеся, восторженные крики солдат. Они славили Доротею, словно она одержала решающую битву, и война на этом закончилась.

Такой энтузиазм вскоре передался и самой девушке. В самом деле, задача была выполнена. Они захватили важнейший транспортный узел, солдаты Ресида или уничтожены или перешли на сторону мятежников. До сегодняшней схватки её армия насчитывала около пятнадцати тысяч. Даже, несмотря на сегодняшние потери у нее очень внушительная сила.

Подъезжая к штабу, Доротея уже улыбалась, вяло отвечая на приветствия своих солдат. Несколько наемников быстро занесли носилки со своим командиром в дом и переложили на жесткий топчан, который стоял в углу большой комнаты.

Доротея, войдя следом, устало скинула с себя изорванные доспехи, ремень с оружием и, потянувшись, налила стакан воды. Затем, жадно выпив, она посмотрела на лежащего Соднара. Перехватив обеспокоенный взгляд одного из офицеров наемников, Доротея ободряюще улыбнулась ему:

— Не беспокойтесь, с вашим командиром будет все в порядке. Это я вам обещаю.

— Спасибо, госпожа — офицер облегченно вздохнул.

— Как вас зовут? — спросила она.

— Бори, лейтенант Бори, — отчеканил тот.

— Так вот лейтенант, мне нужна горячая вода и много чистой, очень чистой материи.

— В одной из комнат мы нашли медицинские принадлежности. Там есть бинт.

— Вот как! Я об этом и не мечтала. Но бинты отдайте лекарям. Надеюсь, вы уже организовали госпиталь?

— Да, госпожа. Раненных размещают в бывших оружейных комнатах. Все лекари уже при деле.

— Замечательно. Организуйте сбор оружия. Все трофеи складывайте в той части лагеря, что выходит на лес. А теперь мне нужна вода, плотная чистая материя и сделай так, чтобы меня никто не беспокоил до утра.

— Слушаюсь, госпожа, — офицер развернулся и побежал выполнять её распоряжения.

Доротея тяжело вздохнула и подошла к своим вещам, которые были аккуратно сложены возле стены. Взяв несколько флаконов, Доротея понюхала и, скривившись от резкого запаха, подошла к койке Соднара. Разрезав его штаны, и обнажив раны, она стала дожидаться лейтенанта. Вскоре тот появился, неся с собой моток материи и большой кувшин с водой, от которой поднимался пар.

— Отлично Бори, — сказала Доротея — поставь все у койки и можешь быть свободен. До утра, чтобы не одна живая душа не переступала порог этого дома, — напомнила ему она.

— Слушаюсь, госпожа, — офицер вышел, плотно закрыв за собой дверь.