Солдаты Оборотня (СИ) - Чихирев Владимир Евгеньевич - Страница 80

— Бросьте это — капитан презрительно скривился — я не боюсь вашу гвардейскую шайку! Ты думаешь, показал свою смелость, выворачивая кишки этим пьяньчугам?! На самом деле ты поступил подло и трусливо! Я допускаю, что эти парни были ублюдками, и то, что ты рассказал, правда, но ты мог не убивать! Мог! Но ты убил! Ради удовольствия! Кто ты тогда после этого?

— Послушайте, капитан……

— Ты пес «Оборотня»! Мните себя бравыми парнями на страже империи, а на самом деле сборище садистов и убийц!! — капитан уже кричал на меня, приподнявшись со стула и облокотившись руками об стол.

Затем, подойдя к кувшину с водой, он сделал два глубоких глотка и снова посмотрел на меня.

— Я не потерплю, чтоб в Йерварде резали глотки людям только за то, что те, что-то там не то говорили! Ты можешь написать донос за мои слова, и меня схватят, как неблагонадежного человека, но я очень рад, что все это я сказал тебе в лицо! Сказал тебе правду, и ты это знаешь. Вам слишком многое стало сходить с рук.

— Эти типы имели мало общего с людьми — я попытался оправдаться, потому что слова капитана сильно задели меня — и вы не правы…..

Дверь за моей спиной заскрипела. Капитан, взглянув на вошедшего и быстро поставил кувшин на место, мгновенно изобразив на своем лице приветливую улыбку, поспешил навстречу гостю.

— Госпожа Флюкеске! — он отвесил ей легкий поклон своей лысой головой.

Я хмыкнул, за что был одарен страшным взглядом капитана, а затем повернулся к вошедшей даме. В шаге от меня стояла молодая женщина в синем платье, выгодно подчеркивающем её красивые формы. На плечах у неё был накинут толстый шерстяной плащ. Она откинула капюшон, отстегнула застежку и отдала его капитану, который с удивительной галантностью принял его, и повесил на ржавый гвоздь, заменявший вешалку.

— Дождь сегодня просто беда — вставил я — холодный, пробирает до костей.

Она даже не удостоила меня взглядом, неспешно пройдя к столу капитана. Черные, как смоль волосы были аккуратно уложены, а её большие зеленые глаза были очень выразительны. Даже слишком. Оливковая кожа и правильные черты лица делали эту женщину по-настоящему красивой. На мой вкус.

— Здравствуйте господин капитан — голос у неё был строгий и холодный с хрипотцой, будто от легкой простуды — я узнала, что вы собираетесь отправить одного из раненных гвардейцев обратно в действующую армию минуя комиссию.

— Этот раненный сидит перед вами — проворчал Дикий — отдыхает после устроенной им резни в портовом кабаке.

Женщина, наконец, удостоила меня взглядом.

— Так это вы тот «герой», что расправился с тремя пьяницами? — она не пыталась скрыть презрения в своем голосе — Вы настолько невоспитанны, лейтенант, что даже не встали при появлении дамы? И к тому же продолжаете сидеть, когда я стою перед вами.

Немного опешив, я поднялся и встал перед ней. Она оказалась чуть ниже меня, и от неё тонко пахло сиренью.

— Меня зовут Риттер. Лейтенант гвардии генерал — лорда Дэвлина. К вашим услугам госпожа — и я спародировал недавний поклон капитана.

— Своё кривляние приберегите для казарменных подружек — меня окатила новая волна презрения.

— Учту. Кстати, мы не могли с вами, где-то видеться до сегодняшнего момента? Где-то раньше. Ваше лицо кого-то мне напоминает.

За спиной у меня шумно задышал Дикий. Женщина покачала головой, как мне показалось, немного смутившись, но быстро взяла себя в руки и оглядела меня с ног до голов

— «Идеальный» вид гвардейца «Оборотня». Словно оживший образ из баек о вашей армии — её губы изогнулись в легкой усмешке.

Я стоял напротив и пялился на её лицо не мигая, поймав себя на том, что мне просто нравится смотреть на неё.

— Лейтенант — Дикий дернул меня за рукав, возвращая к реальности — у тебя хоть какое-то воспитание есть?

— Оставьте его, капитан, зачем, таким как он приличия. Он солдат «Оборотня» — тон её был ледяным.

Я невольно расплылся в улыбке. Выглядел я должно быть мерзко, так как на лице девушки отразилась брезгливость, словно она сейчас должна будет поцеловать жабу.

О чем-то, немного подумав, она, посмотрела на капитана.

— Так вот, пока я его не осмотрю и не удостоверюсь в том, что он здоров, я не позволю отсылать его из Йерварда.

— Да вы бы видели, как он мечом махал! — вскипел Дикий.

— А вы видели, капитан? — огрызнулся я.

— Я осмотрю его прямо здесь — тоном не терпящем возражений проговорила она, жестом останавливая Дикого — пока ещё я управляю военным госпиталем! И именно я буду выпускать из него пациентов. И старайтесь больше так не делать, капитан. Мне ещё не хватало специально ходить через полгорода и осматривать каждого солдафона, которого вам лично вздумается отправить в действующую армию — эта фраза, больше предназначалась мне, чем капитану.

— Да и сейчас бы не следовало — пробубнил Дикий — вызвали бы старика, он все бы оформил.

— Куда были ранены? — на капитана она больше не обращала внимания.

— Спина, лицо и плечо — ответил я.

— Раздевайтесь по пояс.

— Я снова невольно улыбнулся, совсем не желая того, и принялся стягивать с себя одежду. Затем повернулся к ней спиной.

Почувствовав, как её теплые пальцы ощупывают мне спину возле шрама я снова улыбнулся. Стало так приятно, что по телу пробежали мурашки.

— Вам холодно, лейтенант? — поинтересовалась она — вы такой изнеженный?

— Нет, просто очень приятно.

Дикий крякнул, сидя за своим столом.

— Раны затянулась, воспалений нет. К тому же с такими ранениями большинство остаются в строю, а не бегают по тыловым госпиталям. Одевайтесь.

— Я попал сюда не из-за этого — реплика Флюкеске разозлила меня — А из-за отравленного ножа! Если бы вы больше времени проводили в госпитале, а не в замке, вы лучше бы знали по каким причинам в госпитале оказался тот или иной человек!

— Лейтенант!! — Дикий подскочил словно ужаленный.

Лицо женщины потемнело, но она не отвела взгляда, а продолжала смотреть мне в глаза.

— Извинитесь — тихо проговорила она — извинитесь или пожалеете.

— Только после вас, госпожа. Вы обвинили меня в трусости, в то время как я получил ранение делая работу за того человека, который теперь сидит в замке на холме, наслаждаясь вином и морскими пейзажами!

— Грязный убийца! — она даже задохнулась от возмущения — Ты подписал себе приговор!

На этот раз Дикий промолчал. Он просто стоял и хмуро смотрел в мою сторону. И я знал почему. Генерал Ресид не пользовался авторитетом среди местных солдат. По их глубокому убеждению именно его действия привели к осаде Йерварда, который пал бы не окажись гвардия во время в нужном месте.

Женщина покачала головой.

— Рассчитываете на солидарность вояк? — едко спросила она.

Я промолчал. Флюкеске посмотрела на капитана и поняла, что произнесенные слова не отложились в памяти Дикого. Он не подтвердит моих слов в адрес генерала Ресида.

— Вот значит как — произнесла она сухим голосом — к вашему сведению, я офицер имперской армии, и чин мой выше вашего — она подошла ко мне вплотную — подобное обращение я расцениваю, как личное оскорбление….

— Расценивайте — кивнул я — только я не позволил себе сказать ничего оскорбительного в ваш адрес.

Она смотрела на меня, не скрывая злобы. Желваки так и ходили на её скулах.

— Капитан — она пошла к двери — помогите мне.

Дикий подлетел к ней, и, сняв плащ с гвоздя, помог накинуть его ей на плечи.

Она открыла дверь, впуская в крошечную комнату шум булькающих от крупных капель дождя луж.

— Госпожа Флюкеске — капитан был очень расстроен — я прошу вас прощения за этого молодого офицера. Я уверен, что у него не было умысла оскорбить вас! Не передавайте этот разговор….

— Успокойтесь, капитан — она мягко улыбнулась ему, как ни в чем не бывало — это наше личное дело, и я не собираюсь каким либо способом обозначать в нем вас.

Дверь закрылась, и капитан тяжело вздохнув, посмотрел на меня.

— Ну и дурак же ты парень — горько произнес он — просто дурак.