Чары дракона - Керр Катарина - Страница 109

– Дитя, мне очень жаль, – его голос звучал непривычно ласково. – Я знаю, что ты любишь Родри.

Джилл согласно кивнула, чувствуя себя несчастной.

– Ты должна продолжать обучение, – говорил старик. – Разве ты не видишь, что случилось? Ты пользуешься своим двеомером, но ты им не управляешь, не контролируешь его… даже не понимаешь по-настоящему, что ты делаешь. Ты сидишь здесь, мечтая о Родри, ты представляешь его у себя в сознании и внезапно погружаешься в транс…

– На самом деле, я даже этого не ощутила! – Осознав, что произошло, Джилл испугалась по-настоящему. – Что бы со мной случилось, если бы я не поехала с тобой?

– По правде говоря, не знаю, но велика вероятность, что ты бы сошла с ума.

– И все равно ты позволил бы мне остаться с Родри, если бы я захотела.

– Я бы и сам остался рядом, чтобы следить за тобой, независимо от цены. Однако ты должна была сама сделать выбор.

Огонь горел слабо. Джилл встала и добавила дров. Она наблюдала, как они разгорались, когда на них прыгнули огненные духи, осыпанные дождём искр. Призрак воспоминания томился у неё в сознании, смутный образ, память о далёком времени, когда ей не позволили выбирать, когда она была отмечена для двеомера, но что-то встало у неё на пути… Джилл не могла вспомнить, что это было, – возможно, другой мужчина, которого она любила так же сильно, как Родри. Внезапно она осознала, что должна вспомнить, должна увидеть свой вирд . Когда воспоминание исчезло, Джилл молча села, затем снова поднялась с места, словно беспокойный дух из Иных Земель.

Время, когда выбор принадлежал ей самой. Время, когда вирд утратил свою власть. Время, когда человек, сидящий рядом, должен был привести её к двеомеру…

– Галрион, – промолвила Джилл. – Тогда тебя звали Галрион.

– Да, – очень тихо сказал Невин.

Имя, произнесённое вслух, принесло с собой образ, извлечённый из памяти. Образ Невина, когда тот был ещё совсем молод…

– Ты не умер, – продолжала Джилл. – Ты не умер с тех самых пор и до сегодняшнего дня.

– А как бы я мог умереть и остаться здесь? Разве когда человек умирает, это не является его концом?

И он засмеялся. Когда Джилл поняла шутку, то так похолодела, что невольно встала, чтобы отогреть руки у очага.

– Все это было очень давно, – сказала Джилл.

– Да.

– И сколько жизней я прожила с тех пор?

– А… Так ты знаешь правду?

– Знаю. – Джилл отвернулась от огня, чтобы посмотреть на него. – Так сколько же?

– Со временем ты вспомнишь их все. Давай просто скажем, что их оказалось слишком много и прошло слишком много лет.

Невин уставился в огонь, и Джилл поняла: он тоже вспоминает ту, другую жизнь. У Джилл возникло ощущение, словно она взобралась на вершину горы, после того как прожила долгие годы в глубоком ущелье. Наконец она смогла увидеть мир, простирающийся вокруг, и поняла, что он куда больше, чем она когда-либо мечтала. Воспоминания толпились в сознании, призраки кружили вокруг, чтобы поведать свои истории… Наконец Невин поднял голову.

– Бранвен, – прошептал он чуть слышно. – Ты прощаешь меня?

– Я никогда тебя ни в чем не винила.

– Значит, ты любила меня слишком сильно. Всему виной моя гордыня и неосторожность… Я предал тебя, и это все равно как если бы я утопил тебя своими руками…

Джилл вспомнила тёмную, как ночь, реку, ледяной холод воды накрывающей её с головой. Содрогнувшись, она вновь приблизилась к огню.

– Вероятно, ты прав, – сказала она. – И я на самом деле любила тебя слишком сильно… – Джилл помялась, подбирая слова и гадая, хватит ли у неё мудрости сказать то, что необходимо, но в то же время ощущая, что она помнит и понимает истину. – И именно поэтому я должна была тебя потерять. В этой слепой, щенячьей любви не оставалось места для двеомера. Боги, я хотела похоронить себя в тебе, утопить себя в тебе! Так что вина лежит на нас обоих, в равной мере.

– Все верно. Но если бы я честно признался тебе, что собираюсь сделать, вместо того чтобы таиться и увиливать, как жалкий раб… если бы я только дал тебе знать, что впереди нас ждёт свобода, а не просто жизнь в ссылке, – разве ты не нашла бы способ сбежать из замка твоего брата?

– Конечно. Ведь я выбирала между жизнью и смертью, а не между тобой и Геррантом…

– О, да. Ты не была глупа, Гвенни… только молода, очень молода. – Невин надолго замолчал. – Но ты прощаешь меня?

– Да. С лёгкостью.

– Благодарю тебя. – Его голос сильно дрожал.

Джилл снова опустилась на скамью рядом с Невином. Они долго сидели молча, наблюдая, как дикий народец резвится в огне, и отблески пляшут на стенах, и как бесконечно движутся свет и тень, снова и снова сменяя друг друга.

Глоссарий

Абер (деверрийское) – устье реки, эстуарий.

Авер (дев.) – река.

Алар (эльфийское, мн. ч.: аларли) – группа эльфов, которые могут быть (необязательно) кровными родственниками и которые решают путешествовать вместе какой-то неопределённый период времени.

Алардан (эльф.) – встреча нескольких аларли, обычно повод для пирушки.

Ангвид (дев.) – неизведанный, неизвестный.

Архонт (перевод бардекианского «атзенарлен») – выборный глава города-государства (по-бардекиански: ат).

Астрал – плоскость существования прямо «над» или «внутри» небесного пространства. В других системах магии часто называется «Иное Измерение» или «Сокровищница Образов».

Аура – поле электромагнитной энергии, которое окружает каждое живое существо и исходит от него.

Банадар (эльф.) – военачальник или судья у определённой группы аларли, выбираемый членами, чтобы служить сто лет. В любое время после выборов новые аларли могут решить встать под его юрисдикцию, но выйти из неё – серьёзная проблема, требующая согласия всех других групп, которыми он командует.

Бара (эльф.) – энклитика, которая показывает, что предыдущее прилагательное – это эльфийское агглютинативное слово в названии предмета, следующего за энклитикой, типа кан + бара + мелим = Бурная река (бурный + слово, обозначающее, что данное выражение – это название + река).[2]

Бел (дев.) – главный бог в деверрийском пантеоне.

Бел (эльф.) – энклитика, подобная по функции «бара», за исключением того, что показывает: предыдущий глагол – это название следующего элемента в агглютинативном термине, как: Дарабелдал = Гладкое озеро.

Бригги (дев.) – свободные шерстяные штаны, которые носят мужчины и мальчики.

Брох (дев.) – невысокая башня, в которой живут люди. Изначально в таких башнях имелся один большой очаг в центре первого этажа и несколько отсеков или маленьких комнат по бокам, но ко времени нашего повествования этот древний стиль уступил место обычным полам с каминами и трубами с каждой стороны строения.

Великие – духи, когда-то люди, теперь – бесплотные сущности, которые обитают на неизведанной высокой плоскости существования и которые посвятили себя окончательному просвещению всех разумных существ. Они также известны буддистам, как бодхисатвы.[3]

Вирд (перевод дев. «тингед») – судьба; неизбежные проблемы, которые принесены разумным существом с последнего воплощения.

Гвербрет (дев.) – высший ранг господ благородного происхождения, следующий за самой королевской семьёй. Гвербреты функционируют, как верховные судьи в своём регионе и даже короли колеблются перед тем, как отменить их решения, из-за их многочисленных древних прерогатив.

Гейс – табу, обычно запрет делать что-либо. Нарушение гейса приводит к ритуальному загрязнению и неблагосклонности, если даже не активной враждебности, богов. В обществах, которые истинно верят в гейс, человек, который его нарушает, обычно довольно быстро умирает – или от ужасной депрессии, или какого-то несознательно навлечённого на себя «несчастного случая», если только он или она ритуально не покаются.