Побег из гарема - О'Бэньон Констанс - Страница 28

– Вы уверены, что с вами все в порядке? – спросил он, заглядывая в ее изумительные зеленые глаза.

– Да, конечно, но если б вы не подоспели, я не знаю, что было бы… – Ее передернуло.

– Я проходил мимо вашей каюты и услышал возню. Постарайтесь не думать об этом. Теперь вы в безопасности.

Она чувствовала его силу, и это было так хорошо. Девушка льнула к нему, боясь, что он скоро уйдет.

– Пожалуйста, не оставляйте меня! – взмолилась она.

Он сел на край кровати, обнимая и укачивая ее, словно испуганного ребенка.

– С вами ничего не случится, пока вы здесь, – уверенно проговорил он. – Убийца мертв.

Она снова передернулась.

– Это было ужасно. Если б только можно было выбросить этот кошмар из головы.

– Думайте о чем-нибудь приятном.

– Не могу.

Когда Торн прикоснулся к Бриттани, она вскрикнула от боли. В ответ на его вопросительный взгляд она сдвинула бретельку рубашки, под которой обнаружился огромный синяк, багровеющий на коже. Он нежно дотронулся до него.

– Вы сказали, что с вами все в порядке.

– Ничего такого, что не заживет со временем, – заверила она его. – Это ерунда по сравнению с тем, что могло бы случиться. – Ее глаза смягчились. – Не знаю, как и благодарить вас. Похоже, всякий раз, когда я попадаю в беду, вы приходите мне на помощь. Я снова у вас в долгу.

Он улыбнулся:

– А вы, кажется, постоянно притягиваете неприятности.

Она улыбнулась в ответ:

– Выходит, так. Но это для меня не новость.

Торн поймал себя на том, что следит за ее губами, гадая, каково было бы прижаться к ним своими. Он легонько коснулся ее иссиня-черных волос, неосознанно намотав локон себе на палец.

Бриттани почувствовала, как грудь его расширилась от резкого вдоха, когда глаза заскользили от плеча к вздымающейся груди, где ткань была разорвана. Она не сделала попытки прикрыться, лишь смотрела в его глаза, пытаясь понять, чувствует ли он тепло, растекающееся по телу.

– Черт бы вас побрал, – пробормотал он, привлекая ее к себе и прижимаясь щекой к сладко пахнущим волосам. – Вы не знаете, что творите со мной. Я был заинтригован вами с самого начала.

Эмоции, в которых он не признавался даже самому себе, переполняли его. Губы коснулись ее переносицы. Рука, которая разила смертоносным оружием, теперь ласкала ее с нежностью, которой она не ожидала. Губы, которые кривились в гневе, сейчас касались ее мягко, как крылья бабочки. Ей захотелось сбросить одежду, которая мешала его горячему телу соприкасаться с ее телом.

– Сладкая маленькая чаровница. – Слова, казалось, против воли срывались с его губ. – Пощади же меня. Не играй со мной в невинность. Мы оба знаем, что это не так.

Она заморгала.

– Я не понимаю…

– Ты уверена, что не заманила того несчастного в свою ловушку? – прошептал он у ее уха. – Не заставила его обезуметь от желания?

Она покачала головой, не понимая, как он мог подумать такое о ней.

– Я не знала этого человека. Он – злодей и ужасно напугал меня.

– Скольких же других ты очаровала своим телом и своей улыбкой? Господина Симиджина, само собой, и даже султана.

– Я никогда не…

Он взял ее за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Что же так притягивает меня к тебе? Ты задалась целью покорить меня?

– Вовсе нет, – прошептала она дрожащими губами. Он притянул ее ближе, ладонями лаская смуглую кожу, впитывая ощущения, стараясь сохранить их в памяти, желая ее, – до боли желая обладать ею. Но когда взгляд его упал на лужу крови, которая просачивалась сквозь щели в полу, он пришел в себя.

Бриттани вздрогнула, когда Торн поправил на ней рубашку и посадил на кровать. Потом поднялся и улыбнулся ей.

– Хватит, – хрипло сказал он. – Впредь держитесь подальше от моих людей, и особенно от меня. Вы же видите, что со мной творится. В следующий раз я могу не захотеть остановиться. Вы уже завоевали сердца двоих мужчин, мое к этому числу вы не прибавите.

Ей хотелось закричать и броситься на него, ибо слова, которые он произносил, ранили глубже, чем клинок, который поразил турка.

– Я буду ненавидеть вас до конца своих дней, капитан Стоддард.

Он улыбнулся:

– Это хорошо. Ненависть – чувство, с которым я могу справиться. Я боялся, что могу быть вам безразличен, а этого я бы не хотел.

Она отвернулась, желая, чтоб глаза ее никогда не видели этого мужчину.

– Оставьте меня, или я скажу Симиджину, чтобы вам отрубили голову.

Он засмеялся и поцокал языком.

– Ай-ай-ай, какая кровожадная маленькая соблазнительница. Неужели жизни одного человека вам на сегодня мало? Хотите иметь и мою кровь на своих руках?

Она развернулась, грудь тяжело вздымалась от гнева.

– Это вы зарезали турка, хотя могли заковать его в кандалы и пытать.

Веселье заплясало в его голубых глазах.

– Какая жалость, что это как-то не пришло мне в голову, когда я боролся за свою жизнь. Знай я, что вы жаждете пыток, я мог бы пощадить его ради такого дела.

Уперев руки в бедра, она просверлила его убийственным взглядом.

– Вы отвратительны!

Его глаза ощупали мягкие изгибы ее тела.

– А вы, мадам, полураздеты. Не стоит ли вам прикрыться – или вы намерены соблазнить меня?

Она развернулась, схватила с кровати подушку и запустила в него. Мягкий снаряд безвредно пролетел мимо головы Торна, когда он ловко уклонился. С пляшущими искрами веселья в глазах он вышел из каюты, и его смех зазвенел через дверь, когда он закрыл ее.

Лицо Бриттани пылало от гнева. Неужели большинство мужчин такие же невыносимые, как Торн Стоддард?

Горячие слезы обожгли глаза, и она упала на кровать, отказываясь смотреть на лужу крови на полу.

Спустя некоторое время Бриттани умылась, завязала волосы и надела платье. Сегодня ночью она будет сидеть с Ахмедом, потому что знает: она все равно не сможет сомкнуть глаз после того, что случилось.

Выражение лица Торна посерьезнело к тому времени, когда он присоединился к Кэппи на палубе.

– Я хочу, чтобы корабль тщательно обыскали от носа до кормы. Надо удостовериться, что на борту нет больше никаких незваных гостей. Если вдруг объявится еще какой-нибудь «безбилетный пассажир», я с тебя шкуру спущу, Кэппи.

– Я лично прослежу за этим, капитан, – заверил его Кэппи.- С маленькой леди все в порядке?

– Полагаю, она как кошка: всегда приземляется на четыре лапы.

– Мне она показалась испуганной.

– Кто ее разберет, так ли это. Может, она сама заманила этого беднягу к себе в каюту и в конечном итоге стала причиной его смерти.

– Вы ведь сами не верите в это, капитан. Тот человек, он намеревался причинить ей вред. Подозреваю, он был послан тем, кто тогда захватил ее.

Торн стоял у поручня. Он не доверял ни одной женщине с тех пор, как его мачеха показала, какой хитрой и коварной может быть женщина. Его правилом было заниматься с ними любовью, но не допускать близко к сердцу. И он никогда не поверит ни одному слову, сказанному женщиной, особенно этой маленькой соблазнительницей, которая терзает его сердце и путает мысли – так что он уже не может думать ни о чем, кроме обладания ею.

Он посмотрел на чернильно-черное небо, ища Полярную звезду. Отыскав, задался вопросом, не такая же и девушка, как эта звезда – холодная и манящая, но бестелесная. Но нет, он чувствовал ее тепло. Она живая – мягкая и желанная.

– А, будь оно все проклято! – выругался он, и Кэппи удивленно взглянул на него.

– Вы что-то сказали, капитан?

– Ничего серьезного, – пробормотал он. – После того как обыщете корабль, иди и поспи. Сегодня я постою у штурвала и подежурю за тебя. Все равно не смогу уснуть.

Кэппи видел, что капитан в странном настроении, и понимал, что это из-за девушки.

– Слушаюсь, капитан. Хотите что-нибудь еще?

– Нет, но поставь человека, которому доверяешь, присматривать за девчонкой.

– Слушаюсь, капитан, – отозвался Кэппи, пряча улыбку.

Торн с минуту постоял молча, прежде чем взять штурвал.