Страх Мудреца. Дилогия (ЛП) - Ротфусс Патрик "alex971" - Страница 127

Он кивнул.

- Вы можете заметить, мои птицы чувствуют себя хорошо,- сказал он слишком небрежным тоном.

Я посмотрел в дверной проем и увидел, как колибри шныряют в своей позолоченной клетке, живые, как никогда.

Я почувствовал холод от его комментария.

Он всё ещё не верил, что Кадикус отравлял его.

Я был слишком ошеломлен, чтобы сразу ответить, но спустя пару мгновений мне удалось сказать: - Их здоровье меня не занимает настолько, насколько ваше.

Вам действительно лучше, не так ли, ваша светлость?

- Это природа моей болезни.

Она приходит и уходит. - Маер поставил свою чашку с чаем, еще полную на три четверти.

В конечном счете она исчезает полностью, и Кадикус волен идти слоняться месяцами, собирая компоненты для его заклинаний и склянок.

Кстати говоря,- сказал он, складывая руки на коленях.

- Не окажете ли вы мне любезность забрать мое лекарство у Кадикуса?

- Конечно, ваша светлость. - Я натянуто улыбнулся, стараясь не замечать растущее в моей груди беспокойство.

Я прибрал беспорядок, который навел готовя чай, засовывая пакеты и связки трав обратно в карманы моего бордового плаща.

Маер милостиво кивнул, а потом закрыл глаза и, казалось, вновь погрузился в пучину спокойного, солнечного сна.

- Наш молодой историк! - сказал Кадикус, приглашая жестом меня внутрь и предложил мне сесть.

- Если вы меня извините на минуту, я сейчас вернусь.

Я погрузился в мягкий стул и только тогда заметил множество колец на соседнем столе.

У Кадикуса их было столь много, что он сделал для них стойки.

Каждое было выставлено именем наружу.

Их было очень много, серебряных, железных и золотых.

Оба моих золотых кольца и одно железное Алверона лежали на маленьком подносе на столе.

Я забрал их, подмечая такой довольно изящный способ бессовестного предложения возврата колец.

Я осмотрел большую комнату башни в немом любопытстве.

Какой возможный мотив мог быть у него для отравления Маера?

В отсутствие доступа к Университету, само по себе это место было мечтой каждого арканиста.

Из любопытства, я поднялся на ноги и побрел к его книжным полкам.

У Кадикуса была приличная библиотека, содержавшая около сотни книг, заполняющих всё пространство.

Многие из названий я узнал.

Некоторые из них были химической литературой.

Некоторые алхимические.

Другие рассматривали естественные науки, гербологию, физиологию, бестиарий.

Подавляющее большинство носили исторический характер.

Мысль закралась ко мне.

Возможно, я смогу заставить местные винтийские суеверия работать в свою пользу.

Если Кадикус был серьезным ученым, и хотя бы наполовину суеверен как коренной винтиец, он может знать кое-что о чандрианах.

Лучше всего то, что поскольку я играл роль недалекого молодого лорда, мне не нужно было беспокоиться об ухудшении моей репутации.

Кадикус вышел из-за угла и, казалось, несколько опешил, когда увидел меня, стоящего у книжных полок.

Но он быстро опомнился и вежливо мне улыбнулся.

- Увидели что-нибудь интересное?

Я повернулся, качая головой.

- Не особенно, - ответил я.

- Вы знаете что-нибудь о чандрианах?

Кадикус какое-то мгновение смотрел на меня непонимающим взглядом, а затем расхохотался.

- Я знаю, что они не придут к вам в комнату ночью, чтобы украсть вас из постели,- сказал он, шевеля пальцами, как будто дразня ребенка.

- Значит, вы не изучаете мифологию? - спросил я, борясь с волной разочарования от его реакции.

Я пытался утешить себя тем, что это должно будет прочно укрепить его в мысли, что я полоумный молодой лорд.

Кадикус фыркнул.

- Вряд ли это мифология,- сказал он пренебрежительно.

Трудно было бы даже опуститься до того, чтобы называть его фольклором.

Это суеверная чушь, и я не стал бы терять на это время.

Ни один серьёзный учёный не стал бы.

Он начал прибираться в комнате, закупоривая бутылки и складывая их в шкаф, поправляя стопки бумаг и возвращая книги на полки.

- Говоря о серьезных исследованиях, если я правильно помню, вам было любопытно на счёт семьи Лаклесс?

Я просто смотрел на него на мгновение.

Со всем, что случилось, я совсем забыл, что было предлогом и какую анекдотическую генеалогию я придумал вчера.

- Если вам не трудно, - сказал я быстро.

- Как я уже сказал, я практически ничего не знаю о них.

Кадикус серьёзно кивнул.

- В таком случае Вам будет интересно рассмотреть их имя. - Он поставил спиртовку под кипящую стеклянную призму посреди впечатляющего набора медных трубок.

Что бы он ни гнал, мне кажется, это был не персиковый бренди.

- Видите ли, имена могут рассказать вам много о чем.

Я усмехнулся на это, потом постарался побороть улыбку.

- Что вы говорите?

Он повернулся лицом ко мне в то время, когда я снова смог контролировать свой рот.

- О да,- сказал он.

- Видите ли, имена иногда основаны на других, более старых именах.

Чем старше имя, тем ближе оно лежит к истине.

Лаклесс это относительно новое имя для семьи, не более шестисот лет.

На этот раз мне не пришлось притворяться удивленным.

- Шесть сотен лет - новая?

- Семья Лаклесс старая. - Он перестал расхаживать и сел в потертое кресло.

- Намного старше дома Алверона.

Тысячу лет назад семья Лаклесс имела такую же огромную власть, как и Алвероны.

Было время, когда части нынешнего Винтаса, Модега и большая часть мелких государств принадлежали Лаклессам.

- И какое же у них было имя ранее? спросил я.

Он вытянул толстую книгу и с нетерпением залистал её страницы.

- Вот оно.

Семью называли Лоеклос или Локлос или Лоелоес.

Всё переводится одинаково - Локлесс.

В те времена произношение было не так важно.

- Когда же это было? - спросил я.

Он снова проверил книгу.

- Около девяти сотен лет назад, но я видел другие истории, в которых упоминается Лоеклос за тысячу лет до падения Атура.

Я оторопел при мысли о семье, более старой, чем империи.

- Таким образом семья Локлесс стала семьей Лаклесс? (прим. здесь игра слов - дословно: Lockless - Без замка, Lackless - Без нужды)

Какая причина могла быть у семьи, чтобы изменить своё имя?

- Некоторые историки дадут правую руку на отсечение, чтобы узнать ответ на этот вопрос,- сказал Кадикус.

- Общепринято считать, что произошла какая-то ссора, которая расколола семью.

Каждая часть взяла себе отдельное имя.

В Атуре осталась семья Лак-кей (прим. дословно: Нужда-ключ). Они были многочисленны, но наступили тяжелые времена.

Вот откуда произошло слов «лакей», знаете.

- На юге они стали Лакличами (прим. дословно - податливая смола), которые постепенно ушли в тень.

Тоже самое с Капкаенами в Модеге.

Большая часть семьи была здесь, в Винтасе, только тогда Винтаса еще не существовало. - Он закрыл книгу и протянул ее мне.

- Вы можете взять ее, если хотите.

- Спасибо. - Я взял книгу.

- Вы слишком добры.

Послышался отдалённый звон колокольни.

- Я слишком скучный,- сказал он.

- Я говорил столько времени и не дал вам ничего полезного.

- Одна лишь эта история уже принесла не мало пользы, - произнес я с благодарностью.

- Вы уверены, что я не могу заинтересовать вас несколькими историями других семей? - Спросил он, подходя к столу.

- Я зимовал у семьи Джакис (прим. семья Амброза из Университета) не так давно.

Барон вдовец, как вы знаете.

Довольно богатый и несколько эксцентричный. - Он поднял обе брови, его глаза округлились, подразумевая скандал.

- Я уверен, что я могу вспомнить несколько интересных вещей, если буду уверен в своей анонимности.

Мне очень хотелось выйти из роли ради этого, но я покачал головой.

- Может быть, когда я закончу работу над разделом Лаклесс,- сказал я, со всей важностью кого-то, действительно преданного бесполезному проекту.